Страница 3 из 13
После смерти физического тела не сохраняется никакая часть и никуда она не удаляется. Наоборот, биологическое тело и его существование в мире физического пространства-времени – это лишь часть. Часть большего, часть целого, часть души человека, часть вечного и непрерывно существующего сознания, выходящего далеко за пределы видимого нам в данный момент мира.
Это довольно сложно осознать, поэтому нарисую вам понятную картину в привычных земных образах. Представьте, что вы засунули палец в горлышко бутылки. Вот этот ваш палец, стесненный и ограниченный горлышком – и есть вы теперешние, воплощенные в физических телах жители планеты Земля. Палец все чувствует, все ощущает, он может шевелиться, в нем циркулирует кровь, из него выделяется пот, он полностью живой. А внутри бутылки существует своя атмосфера, свой воздух и свой внутренний мир, в котором теперь пребывает палец. Но палец в горлышке бутылки – это не вы целиком, это лишь часть вашего огромного и гораздо более могущественного организма.
Смерть физического тела любого жителя планеты Земля – по сути своей есть разбитие горлышка бутылки и освобождение пальца, ранее стесненного и ограниченного, а теперь получающего полную свободу действий от неудобств пребывания в этом горлышке и воссоединение со всем остальным своим организмом и реальным окружающим миром.
Сравнение очень грубое, так как и разбитие горлышка и воссоединение с целым в нашей реальной жизни не происходит одномоментно. Это сложный, длительный, многоступенчатый и даже творческий процесс. Но, тем не менее, главное понимание такая метафора дает. Воплощенные мы – это стесненные горлышком бутылки пальцы свободной ладони, которая, в свою очередь, является частью руки, а та частью всего тела.
Очень важно понимать, что физическое тело и время его пребывания на Земле – это именно лишь часть, а не целое, от которого откалывается и куда-то удаляется какая-то часть в момент смерти. Смерть – это не разборка, а сборка. Это освобождение. Это возвращение. Это воссоединение. Это продолжение пути к Источнику, из которого все мы вышли, а вовсе не его прерывание, не раскол на составляющие, как об этом сейчас начали говорить те, кто вчера полностью отрицал существование за гранью земного мира.
Точно так же когда-то такие же заржавевшие в познании умы утверждали, что наша планета является центром Вселенной. Вселенной, которая вместе со всем, что в ней есть, обращается вокруг планеты. Сейчас они, пусть и сделав крошечный шаг вперед под напором все новых и новых фактов, утверждают, что физическое тело человека является центром жизни, вокруг которой «вращается» все остальное. Но это, конечно, не так.
Земной, воплощенный человек – это часть огромного организма, его души, вечно существующей на высших уровнях нефизических областей Вселенной, с которой эта часть начинает воссоединяться в момент биологической смерти, чтобы отправиться далее в бесконечном путешествии познания в благих целях строительства разумной, доброй и прекрасной Вселенной Света и Любви, которую мы получили в дар от нашего Единого Отца. И это тот путь, который, к нашему счастью, предстоит пройти каждому из нас.
Глубина 3. Год со дня смерти самого родного человека
Физическое время неумолимо движется вперед. Каждый потерявший своих родных людей со временем удаляется от самого тяжелого дня жизни и проходит годовщины печальных событий, когда жизнь разделилась на «до» и «после». Настал такой день и у меня. Прошел ровно год со дня, когда моя самая родная и близкая душа, Даня, покинул этот мир, и началась наша с ним нынешняя разлука, а также временные неудобства, вызванные пребыванием на разных уровнях бытия. Об удивительных событиях, последовавших за его уходом, продолжавшихся на протяжении всего года и однозначно доказывающих факт продолжения Жизни после жизни, я рассказал вам в предыдущих книгах цикла "Жизнь после жизни есть. Я знаю!".
Разумеется, став за истекший год свидетелем огромного количества так называемых паранормальных явлений, в которые не поверит ни один скептик, а порой не верилось и мне самому, сейчас я уже был готов к тому, что в сам день годовщины и дни «вокруг» него произойдут какие-то новые невероятные события, и будет очередная встреча с Даней. По мелочам так все и было. Количество уже таких родных и знакомых сердец, появляющихся отовсюду, без которых день теперь не день, утроилось, присутствие Дани ощущалось чуть ли не физически, волны утешения, хорошего настроения, юмора и веселья накатывали регулярно, электрические приборы чудили, вещи двигались сами по себе, гирлянда, отключенная от розетки, продолжала гореть и так далее.
Но я даже не мог предположить, какое событие ждет меня непосредственно в ночь годовщины, и какие посылы оно с собой принесет. Этот грандиозный формат сам по себе является очередным доказательством, так как предположить, что я сам мог надумать себе то, о чем собираюсь вам рассказать, едва ли возможно.
Встреча с Даней состоялась во сне. Сон был очень реалистичным, я запомнил его в мельчайших деталях, ощущал и чувствовал все, что в нем происходило. Передо мной была развернута целая картина, целый мир и целая жизнь. Это была то ли прошлая жизнь, то ли будущая, то ли вообще какая-то альтернативная, отличающаяся от нашей, реальность. Но главные игроки в этой реальности были теми же – я и Даня. В этой жизни мы с Даней были родными братьями-погодками. Детьми какого-то очень богатого, властного и влиятельного человека. Мы ходили в старшую школу и вели довольно приятную, обеспеченную жизнь. Внешность у нас была другая, но я точно рекогносцировал Даню именно как Даню, давно знакомого и родного мне человека. Он снова был для меня самым близким и любимым человеком, разница была лишь в том, что в этот раз наши земные узы были братскими, но суть Любви была той же, что и в этой жизни.
Накануне нашего выпуска водитель отца вез нас из школы домой на шикарной черной машине, напоминавшей «Мерседес Майбах» в самом дорогом исполнении. Мы ехали на заднем сидении и, как обычно, о чем-то разговаривали, обсуждали важные для нас вещи. Когда автомобиль остановился перед нашим огромным домом с колоннами, похожим на место работы американских президентов, Даня обернулся ко мне, пристально посмотрел на меня своими бездонными глазами, и мне в голову начали грузиться визуальные образы.
Я увидел, как в этом доме в этот самый момент один из наших слуг, чернокожий мужчина, гладит нашу одежду, в которой мы должны были пойти на выпускной вечер. Я ощутил внутреннее отношение к нему не как к человеку, а как к некоей вещи, как к собственности, которая принадлежит нашей семье. Я понял, что в этом мире все, абсолютно все, чернокожее население законодательно поражено в правах и низведено исключительно до уровня рабов и прислуги. Ничем другим, кроме как служением белым людям, они заниматься попросту не могут, так как не имеют на это права.
Они не могут быть не то, что директорами, учителями или инженерами, они не могут быть строителями, продавцами, пекарями, кассирами… Они не могут быть даже почтальонами, таксистами и курьерами. Они рождаются как рабы, живут как рабы, и умирают как рабы на протяжении столетий. Все, кто нарушает или пытается нарушать этот закон, физически уничтожаются и становятся показательным инструментом страха для остальных. Хозяин вправе распоряжаться жизнью раба так, как ему заблагорассудится. Нет никаких правил или законов обращения с рабами. Хочешь убивай, хочешь насилуй, хочешь издевайся или поручай самую тяжелую работу, которая в конечном итоге все равно убьет.
В нашем богатом доме отношение к рабам было еще вполне себе милосердным. Им шили и выдавали форменную одежду, кормили более-менее нормальной едой, старались поддерживать в здоровой форме, телесные наказания и прочие ужасные вещи, свойственные для домов других белых людей, не применялись. Но все равно это было непосредственное участие в цепи рабства, а значит попустительство и абсолютное его одобрение.