Страница 80 из 131
«Знаешь, а любовь такая сука…», сказал мне Соболев в день нашего расставания, когда я спросила, почему он был со мной, если мой отец оправдал убийц его отца.
Злюсь от того, что вспомнила все это. В больнице я ни о каких взятках не думала. В больнице все мои мысли были заняты только тем, чтобы выносить и родить здорового ребенка. Я не думала, на какие деньги папа меня лечит. Я просто была ему благодарна за то, что он делает все возможное, чтобы Владик родился.
Ноги не несут меня в квартиру Игоря, но больше мне некуда идти. Плетусь медленно-медленно, оттягивая момент, когда все же придется переступить порог его дома. Мне нечего ответить Игорю. Я не хочу выходить за него замуж. Единственный мужчина, чьей женой я бы хотела стать, погиб.
Но в то же время, возможно, замужество — это не такой уж и плохой вариант в моем случае? Я знаю Игоря не один день, благодаря его усилиям я родила нашего с Димой сына. С Игорем интересно разговаривать, он умный и разносторонний человек. И внешность у него приятная.
Обязательно, что ли, для замужества должна быть неземная любовь? Разве нельзя выйти замуж просто за хорошего человека, которого уважаешь?
«За любимого Диму не вышла, а за нелюбимого Игоря пойду», проносится в голове, и так горько на душе становится, так больно, так тоскливо, что выть белугой хочется. Нет, не могу я так поступить. Не могу выйти замуж за другого.
Если бы Дима был жив, то все было бы по-другому. Мы бы поженились, и вместе растили нашего сыночка. Я уверена, что Дима был бы рад ребенку. Не испугался бы, не струсил перед трудностями. Дима — самый лучший, самый смелый, самый сильный парень из всех, кого я знаю. Никогда ни один мужчина не займёт в моем сердце его место.
В квартиру Игоря я захожу с ненавистью к ней. Не хочу тут жить, не хочу быть тут хозяйкой. Здесь все плохо, все бесит: этот красивый ремонт, эта новая мебель. Меня раздражает запах Игоря, он в его квартире повсюду. Дима пах иначе, запах Димы я любила. А в Игоре все хуже Димы.
Владик чувствует мое настроение, начинает плакать. Кормлю сына, укачиваю, а он не успокаивается. Начинаю плакать вместе с ним, как будто слезы могут помочь моему горю. Я чувствую себя зверьком, загнанным угол. Есть только один выход — замуж за нелюбимого человека.
На работу я ухожу сильно раньше, чем мне надо. Не хочу встречаться с Игорем. Цветочница злая и без настроения, заставляет перемывать каждый угол по десять раз. Я покорно соглашаюсь, не могу с ней спорить, мне нужна эта работа. А потом Владик начинает плакать. Громко, во весь голос.
— Успокой его! — перекрикивает детский плач.
— Тшшш, — прижимаю ребенка к себе. — Тише-тише.
Достаю из рюкзака бутылочку, даю Владу, но он не берет, продолжая плакать. Укачиваю его, ношу по магазину, но он все орет и орет.
— Он замолчит когда-нибудь? — вопрошает недовольная женщина.
— Я пытаюсь его укачать.
Ну же, сыночек, пожалуйста, не плачь. Кладу Влада в коляску и принимаюсь катать по магазину туда-сюда. Ребенок вроде бы успокаивается, но как только я останавливаюсь, снова плачет.
— Оставь его на улице, если не может замолчать, — небрежно бросает женщина.
— В смысле оставить на улице?
— Ну коляску на улицу выкати и оставь возле двери.
Я оторопело смотрю на цветочницу, даже не зная, что ей ответить.
— Ты мыть магазин будешь или нет? — злится. — Я тебе за что плачу? За крики твоего ребенка?
— Я не могу оставить ребенка на улице. Сейчас укачаю его и продолжу мыть.
Женщина недовольно затыкается и продолжает чистить от шипов розы. Минут через десять Влад наконец-то успокаивается. Не засыпает, но хотя бы и не плачет. Я мою магазин до половины второго ночи, с сожалением понимая, что опоздала на последний автобус.
— Твой ребенок кричал и мешал работать, поэтому триста рублей за уборку, — кидает на стол три купюры. — И ты уволена. Завтра можешь не приходить.
Я даже не знаю, с чем сравнить то, что я чувствую в данный момент. С концом света? С армагеддоном?
— Чего стоишь? Иди уже, мне пора закрывать магазин.
Беру деньги, разворачиваюсь на одеревеневших ногах и выкатываю на улицу. Но тут же останавливаюсь на тротуаре, не зная, куда идти.
На вокзал?
Или к Игорю?
Или все же домой к родителям?
От последнего варианта меня выворачивает наизнанку. Никого из них не хочу видеть: ни отца, ни тем более мать.
Остаются два других варианта: вокзал или Игорь...