Страница 7 из 13
Он еще раз проверил вещи в чемодане, убедившись, что взял все бумаги, которые готовил для работы.
– Можем ехать, но ты все еще можешь отказаться, – произнес Марсель и поднял чемодан за ручку, чтобы не везти его по полу.
Они сели в машину Софи, девчачий «Мини Купер» красного цвета. В салоне было холодно.
На горизонте уже виднелась тонкая полоска приближающегося рассвета. Софи выехала из узких улиц между домов на широкую дорогу вдоль побережья. Навигатор показывал время в пути пятнадцать минут.
В салоне машины, словно призрак вчерашнего вечера, слышалось тихое щебетание Софи, напевавшей детские песни, под которые они танцевали.
Марсель только сейчас ощутил, насколько он не хочет улетать. Он приоткрыл окно и вдохнул свежий морской воздух.
В Порту ожидалась хорошая погода всю неделю, и он не хотел ее пропускать. Хотя верить прогнозам у океана нельзя: погода может меняться с бешеной скоростью. В Праге же, наоборот, всю неделю ожидались дожди и ураганы. Вряд ли получится прогуляться по городу.
Марселя вдруг осенило, что он не взял с собой зонт, но он промолчал. Не хотел, чтобы Софи начала переживать по этому поводу. Она бы, конечно, развернулась, начала бы ехать быстрее, чтобы не опоздать.
Марсель повернул голову и посмотрел на жену. Софи внимательно всматривалась в дорогу сонными глазами. Он в который раз восхитился ее точеными чертами лица. Сейчас она казалась особенно красивой. Тонкий маленький нос, не свойственный француженкам, голубые глаза с выгоревшими ресницами и бровями, пухлые губы, морщинки в уголках губ, оттого, как часто она улыбалась. Марсель любил наблюдать за ней, за тем, как она меняется, как с возрастом из молодой девушки превращается в женщину с юношеским характером. Он задумался о том, как жена будет выглядеть, когда он вернется? Как изменится ее взгляд за две недели?
– Ты снова на меня пялишься, – сказала Софи.
– Я не пялюсь, – сказал муж и отвернулся к окну.
Небо начало понемногу светлеть. До вылета было еще два часа. Они подъехали к небольшому аэропорту имени Франсишку ди Са Карнейру, вышли из машины. Марсель достал из багажника чемодан, и супруги направились ко входу.
– Ну все, прощай, – остановился Марсель перед входом и посмотрел на Софи.
– Напиши, когда прилетишь, – сказала она и поцеловала мужа в губы.
– Буду писать в каждый свободный момент, – пообещал он и поцеловал в ответ. – И не забудь прислать фото щенка.
Софи ничего не ответила, а только еще раз поцеловала Марселя.
Он вошел в душное здание аэропорта. Внутри почти никого не было, поэтому Марсель быстро прошел контроль и досмотр. На табло еще не указали номер выхода для его рейса, и он сел в одном из кафе.
– Эспрессо, пожалуйста, – сказал Марсель официантке.
Он открыл рабочую почту на планшете. За выходные накопилось немало непрочитанных сообщений. Это были как подтверждения из отеля, так и разные отчеты продаж. Он открыл письмо от неизвестного отправителя:
Дорогой мистер Дюпон,
Сообщаю Вам, что в аэропорту Вас встречу я, Михаела. Вы сможете найти меня на выходе из здания, я буду с табличкой с вашей фамилией. Я буду сопровождать Вас в Праге для Вашего комфорта.
С уважением,
Михаела Нгуен
Марсель удивился: у него никогда не было сопровождения в других странах. Он вдруг почувствовал себя важной особой вроде президента.
Официантка принесла маленькую кружечку эспрессо. Марсель сделал глоток. От жары в аэропорту и насыщенного кофе он почувствовал, что все еще был немного пьян.
«Я уже скучаю», – пришло сообщение от Софи.
В груди что-то сжалось. «Может, поехать домой и сказать, что я заболел?» – подумал Марсель. Конечно, он бы так не сделал, но эта мысль не покидала его до того момента, пока не началась посадка в самолет.
Дюпон зашел на борт одним из первых, занял свое место в бизнесе у окна и начал внимательно наблюдать за тем, как люди проталкиваются по узкому коридору самолета. Большая часть пассажиров были чехами, они летели домой из отпуска со свежим, еще розоватым загаром на лице и с большими рюкзаками за спиной. Марсель не понимал, о чем они говорили, но внимательно следил за их интонацией.
Рядом сел большой мужчина лет шестидесяти, он откинулся на спинку кресла и моментально уснул, сопровождая свой сон раскатистым храпом и причмокиванием.
Когда все пассажиры заняли свои места, стюардессы провели инструктаж техники безопасности, и самолет взлетел.
Было уже светло. Небо горело розовым пламенем от рассветного солнца. Марсель внимательно наблюдал в окно за тем, как они быстро удаляются от земли, где медленно просыпался город.
– Время в пути три часа, – сообщил пилот.
«Целых три часа, чтобы выспаться», – подумал Марсель, закрыл глаза и моментально уснул.
Он настолько крепко спал, что не слышал ни бортового обслуживания, ни шума самолета, ни храпящего рядом соседа. Проснулся Марсель, лишь когда уши начало закладывать – оттого, что самолет совершал посадку. У Дюпона была жуткая изжога, а в голову словно поместили колокол, в который не переставая кто-то звонил.
Марсель выглянул в окно. Они уже опустились в облака. Он посмотрел на часы: действительно проспал все время полета.
Самолет опустился еще ниже, выбравшись из туч. Стало видно темный серый город, о стекла иллюминатора ударялись капли дождя и моментально исчезали от большой скорости самолета.
«Тоска», – подумал Марсель, представляя, что целую неделю придется провести под этими тучами.
Они коснулись земли, и самолет сильно затрясло. Раздался голос пилота:
– Добро пожаловать в аэропорт Вацлава Гавела. Время в Праге десять часов пятнадцать минут. Температура воздуха пятнадцать градусов. Благодарим вас за то, что выбрали нашу авиакомпанию, и желаем вам хорошего дня!
Глава 2
Париж
17 февраля 2017
Марсель и Софи зашли в любимую патиссерию недалеко от своего дома, в которую любили ходить по выходным, чтобы сделать особенный завтрак со свежими круассанами с соленым маслом и пирожными. Небольшая пекарня благоухала выпечкой, хлебом и дрожжами. Софи подошла к витрине, с восторгом рассматривая разноцветные пирожные, которые блестели под лампами как драгоценности.
– Шесть канеле, один крокембуш, четыре кофейных, четыре фисташковых и четыре ванильных эклера, пять тарталеток с малиной и тарт-татен, – быстро протараторила она, тыкая пальцем в стекло и показывая на названные пирожные. Продавщице за прилавком пришлось несколько раз переспрашивать ее.
Пышная женщина с короткими кудряшками, которая хорошо вписывалась в интерьер пекарни, завернула десерты в бумагу, сложила в коробочку и протянула Софи белый пакет. На нем розовыми буквами были написаны фамилия и имя кондитера, которому принадлежала патиссерия.
Пара вышла на улицу и направилась в сторону парка, через который шел путь к дому Урсулы и Себастьяна Дюпон – родителей Марселя.
Наступил первый день, когда погода намекала, что скоро весна. Марсель с наслаждением вдыхал свежий воздух, который все еще казался холодным, но уже не ощущался по-зимнему ледяным. Эта зима была непривычно промозглой для Парижа: тучи не давали ни единого шанса просочиться солнцу с самого октября, отчего в этом году больше обычного люди страдали депрессией. Поэтому сейчас, когда солнце освещало Париж, хоть и время от времени прячась за облаками, казалось, что вот-вот настанет лучшее время.
– Даже не верится, что уже через пару месяцев мы переедем в другую страну, – мечтательно сказала Софи, перешагивая через глубокую лужу.
– Кажется, я до сих пор не воспринимаю это всерьез, – признался Марсель.
– Ты знаешь, я думаю, это пойдет нам на пользу.
Они зашли в парк, где голые деревья, с нетерпением ждали весны, чтобы распустить зеленую листву. В парке хозяева выгуливали собак, по привычке знакомясь друг с другом, чтобы узнать побольше о породе заинтересовавшей собаки и рассказать что-то выдающееся о своем любимце, похвастаться ее воспитанием и родословной.