Страница 63 из 71
Жанна завопила так истошно, словно иззубренный нож в руке комотделения уже начал полосовать ее лицо. Крик ее укатился в пустыню, и вернулся наводящим дрожь эхом, но самое главное — зашевелились валявшиеся без сознание девчонки, совсем юная шатенка даже подняла голову.
Цзянь поморщился, но шага не замедлил, зато дозорный, которому мясо досталось в последнюю очередь, перестал чавкать и сказал:
— Ну и глотка.
Комотделения оказался рядом с нами, от него прянула волна странного, обжигающего, болезненного жара.
— Иди сюда, — проговорил он ласково, и нагнулся к шатенке. — Больно не будет. Почти. Усекла?
Девчонка взвизгнула, но ладонь в тактической перчатке легла ей на рот, и повторной акустической атаки не получилось.
— Иди сюда, — свободной рукой Цзянь ухватил жертву за шею и поволок за собой, шатенка забилась в его хватке, попыталась ударить связанными руками, но кулачки ее бессильно отскочили от пластин бронежилета.
— Мария, дальше, — скомандовал я. — Жанна! Вскочили и устроили истерику! Быстро! Иначе она умрет!
Я решил, что меня не поняли, ничего не получится, несколько мгновений блондинка и в самом деле таращилась на меня, растерянно моргая. Но затем кивнула и в карих глазах ее вспыхнул огонь, ничуть не менее жаркий, чем тот, на котором Цзянь жарил человечину.
— Подонки!! — Жанна поднялась на ноги с некоторым трудом, пошатнулась, но устояла. — Что вы творите?!
Ремень у меня на запястьях задергался снова — Мария взялась за дело.
Жанна бросилась на Цзяня, и тот от удивления даже выпустил жертву, та завопила. Белочка и последняя барышня тоже сообразили, что надо делать, они вскочили и заголосили хором, да так, что у меня заболели уши.
Комотделения попытался схватить Жанну, но та увернулась и оказалась рядом с костром. Двое дозорных, уже покончивших со своими порциями, вскинули автоматы, но стрелять не решились, поскольку цель находилась среди своих, да еще и не думала останавливаться.
— Вот вам!! — Жанна пнула костер, и горящие поленья брызнули в стороны, искры полетели в лица Джавалу и Энрике, первый успел закрыться локтем, а второму, судя по вскрику и прижатым к лицу ладоням, обожгло глаз.
— Держите ее! — рявкнул Цзянь. — А вы куда, сучки?
Но Белочка и ее подруга уже налетели на него, одна попыталась укусить за нос, другая — ударить коленом в пах, но только помешали друг другу. Энрике со стоном повалился на спину, одну руку от лица он оторвал и попытался нащупать лежавший рядом автомат, но с ходу ничего не получилось.
— Спаси нас Кришна! — Джавал ухитрился сцапать Жанну за руку, но та прыгнула на него и повалила, мощным бюстом проехалась ему по физиономии.
Немало мужиков наверняка заплатили за такое, индусу подобная радость досталась бесплатно, вот только он не оценил.
— Быстрее! Быстрее! — шептал я, и каждые несколько секунд напрягал руки, пытаясь развести их — вдруг ремень не выдержит, лопнет.
— Сейчас… — донесся из-за спины задыхающийся шепот. — Немного осталось.
Дозорный, находившийся дальше всех от нас, вскочил на ноги, и тут же громыхнула очередь, пули зацокали по камням. С проклятьем он ухватился за предплечье и сел обратно, на рукаве повыше локтя у него появилось темное, быстро растущее пятно.
Отлично, наши никуда не ушли, они здесь, они придут на помощь, и надо только…
Цзянь ударил наотмашь, все же не кулаком, а открытой ладонью, голова Белочки мотнулась. Вторая девчонка успела отскочить, но споткнулась о собственную подругу и с жалобным вскриком свалилась на задницу.
Джавал ухитрился выбраться из-под Жанны, и теперь прижимал ее к земле, поминая в проклятиях многочисленных индийских богов.
— Я эту подстилку… на части… разорву… — бурчал Энрике, все же подгребший к себе автомат и пытавшийся встать — его качало, и руку от лица он не убирал.
— Отставить! — бросил ему Цзянь. — Этих кто успокаивать будет? Конфуций! Периметр! Смотреть! — последние два слова относились к дозорным. — А ну лечь! Лечь, тупая стерва! — рявкнул он в лицо Белочке, но та в ответ лишь плюнула в него, и попала удачно, в нос.
Запястьями я ощутил рывок, и понял, что руки мои свободны, хотя толком пошевелить ими сразу не смог.
— Мария, — прошептал я. — Как брошусь на них — удирайте вниз и в пески. Там наши.
— А ты? — спросила она.
— За вами, — соврал я с удивительно легкой душой, ведь сделал это не для себя, а для нее: сейчас этой девчонке незачем понимать, что я отсюда не выберусь в любом случае, если меня не убьют старички, то то же самое сделает вирус, и уж что лучше — совсем непонятно.
Цзянь отвесил пинка шатенке, отшвырнул с дороги еще одну девицу и шагнул к Белочке. За ним возник качавшийся Энрике, оскаленный и страшный, с изуродованным правым глазом.
Медлить было нельзя.
Я подтянул ноги к груди, повернулся, краем глаза увидел лицо Марии — огромные глаза, улыбку на окровавленных губах.
— Спасибо, — прошептала она.
И я стартовал, не так величественно, как Гагарин в космос, но зато неожиданно. Протаранил Цзяня головой в живот, отчего он согнулся и отступил на шаг; удивленно хмыкнул Энрике.
— Девкииии!! За мнооой! — заорала Мария.
Я не переоценивал свои силы, у меня не было задачи победить или даже кого-то убить. Нет, я просто хотел дать время девчонкам — несколько минут, чтобы каннибалы отвлеклись на меня, забыли о пленницах… и те успели сбежать по лестнице.
Ну а там уже наши помогут.
На Энрике я обращать внимания не стал, метнулся туда, где Джавал укрощал Жанну.
— Что?.. — индус успел вскинуть голову.
Голова его находилась на очень удобной высоте, но вот руки меня слушались плохо, и удар получился слабым. Вышел скорее тычок в плечо, но он сбросил Джавала с Жанны, и девушка заворочалась, начала подниматься.
— Беги! — гаркнул я ей в лицо и бросился на индуса, попытался пнуть его в висок, чтобы вырубить с гарантией.
Он увернулся змеиным движением, меня по инерции протащило дальше, и я в свою очередь получил по шее.Услышалзлой вопль Цзяня, ругань Энрике и затихающий топот — кто-то из девчонок успел свалить, и это уже хорошо.
— Ты — мясо! Инвалид! — прошипел Джавал.
Он был сильнее, он только что поел и выпил крови, меня же шатало от слабости и голода, тело одолевали жажда и вирус. Но я понимал, что другого шанса на победу у меня не будет, и что мое преимущество в том, что я соображаю лучше, чем этот опьяненный ритуалом зверь.
Я шагнул в сторону, индус автоматически развернулся, и прямо за его спиной оказалось то, что осталось от костра — не прогоревшие до конца таблетки сухого топлива на подушке из углей.