Страница 22 из 95
Единственная существенная проблема моей задумки — повышение уровня образования. Государь-то в принципе со мной согласен, но вот дворяне, например, те же Соколовы… они может и идут на уступки, но не такие резкие. Они боятся, что люди поумнеют и вздёрнут их. По той же причине строятся новые алкогольные заводы, которые спаивают народ, чтобы тот не взбунтовался.
И вроде уже красные ослабли, зелёные тоже, остались меньшевики, но они не особо радикальные и от них ножа в спину во время войны ждать не стоит. Особенно после чисток. Казалось бы, ну чего боятся? А дворяне всё равно переживают, палки в колёса вставляют, не хотят они понимать, что в повышении уровня образования нет ничего плохого.
Да, станет сложнее работать с народом, но так тут уже сам соизволь быть умнее самого этого народа. Не получится уже просто выйти и сказать солдатам: «Мы идём убивать, потому что Бог с нами!». Нужно будет постараться объяснить солдату зачем это ему нужно. Но так напряги свои извилины и придумай что-то получше. Например, не развязывай войну, если она нужна тебе только ради новых медалей.
Держава от таких реформ только выиграет, а проиграют только кретины-дворяне, которые вывезут конкуренции и уступят место более умным людям.
— Ладно, Саш, ты прав, — спустя очень долгую паузу произнёс мастер, чем меня удивил. — Но я всё равно надеюсь не дожить до того дня, когда изменится наш герб, наш флаг и наши символы. И безбожие меня тоже возмущает. Как это так? Без Бога?
— Я же сказал, вера это не про Бога.
— Ты сказал, а я всю жизнь отдал за Веру, Царя и Отечество. Храмы хоть сносить не будешь?
— Нет, конечно же нет. В этом нет смысла. Да и не позволят мне. Государь тоже старой закалки. Однако всё же он понимает, что пришло новое время.
— Ну так он молодой ещё.
— Молодой? — усмехнулся я.
— В сравнении со мной. Ему же даже пятидесяти нет.
И в этот момент меня снова пронзил приступ, в котором обнажились заполученные воспоминания Орлова. Нет пятидесяти, точно, теперь всё сходится. Однако как только императорской семье удалось сохранить эту тайну? Кто ещё знает? Соколовы? Может… о, да, Ольга Николаевна точно знает, в этом сомнений нет. Однако вот мастер, судя по всему, ничего не подозревает, но ему двести лет почти, старый он, особо не следил за происходящим за последние пол века.
— Что такое? Твоя аура уплотнилась, а в небе начали появляться тучи, — произнёс мастер, указывая на небо. — Ты поднялся ещё на одну ступень. Твои эмоции уже сами по себе меняют мир. Я тоже так когда-то мог… да больше такой нагрузки не выдерживаю. Тело не резиновое.
— Думаете мне тоже придётся заплатить за эту силу?
— Все платят, ты тоже заплатишь. Пусть пока и неизвестно, что будет взято в оплату. Но перейдём к новому уроку.
— Прямо здесь?
— Да, место хорошее. Ты очень хорошо владеешь ментальными атаками. Во многим моментах ты превосходишь меня, хотя технику тебе отработать не помешает. Однако в своей ярости и желании побеждать забываешь о самом главном.
— Ярости? Желании побеждать? — я едва не усмехнулся подобному заявлению.
— Да, Саш, ты молод. Многое пережил, но всё ещё молод. И видно это не по лицу, — а затем мастер накрыл весь крейсер своей аурой.
Мне стали слышны голоса отдельных матросов, которые о чём-то говорили. Где-то внутри корабля матерился инженер, работающий на двигателях. Хмуро обсуждали прошлый бой десантники. Людей на корабле было много, каждый о чём-то думал и переживал. Каждый имел какую-то свою цель.
— Понимаешь?
— Многозадачность, мне нужно найти к каждому свой подход, чтобы…
— Нет, Саш, не в этом дело.
— А в чём?
Я задал вопрос, но уже через пять секунд размышлений меня осенило. Все эти люди, они же простые смертные, как и мои враги. На них хорошо воздействует моя ментальная магия.
— Атакуя одного врага ментальным штопором, ты выводишь из строя одного бойца. Вселяя уверенность и смелость в душу одного союзника, ты, вероятно, таким образом позволишь победить ему и далеко не одного врага. За счёт этого, а не огромной личной силы, я выиграл каждое своё сражение. Если ты сможешь освоить это мастерство, то станешь непобедимым.