Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 8 из 10

Озем выпрямился и топнул в правом направлении. Его духовная сила снова взорвалась. Невидимая поступь полетела вперед, оставляя широкие вмятины на земле, а добравшись до живых щитов давила их, оставляя лишь кровавую кашу из плоти и костей.

Всего лишь двумя техниками он уничтожил более двухсот практиков так, будто они были обычными смертными, не имеющими ни грамма внутренней силы.

Усмехнувшись, Озем ринулся вперед с удовлетворенной улыбкой. Наконец-то он мог разгуляться в полной мере.

Берканец метался из стороны в сторону, и там, где он проходил царила самая жестокая смерть. Каждое его прикосновение было убийственным, каждое движение отправляло хазарских воинов в небытие.

Он лопал головы руками, будто мягкие дыни, дырявил тела ладонью, как самым настоящим клинком, разрывал плоть, словно дикий зверь. Уже спустя несколько мгновений он уничтожил еще полторы сотни хазар, а его одежда, лицо и руки полностью окрасились кровью. Но самое страшное, что этот человек искренне улыбался в процессе, заставляя своих же людей испытывать страх.

— Неужели… Он может разбить их в одиночку? — промолвил один из берканцев, взирающих на эту резню со стены.

— Вполне. Ведь отец не показал еще и десятой части своей силы. — ответил Вед с некой долей презрения.

Он признавал, сколь силен тот человек, которого он искренне желал убить, а также понимал, какая громадная пропасть между ними.

Тем временем живой щит хазар был стерт с лица земли, отдавая свою силу практикам позади. Следующие волны врагов были куда сильнее и заставили Озема немного замедлиться. Но несмотря на это, он продолжал сеять хаос и разрушение на поле боя.

Берканец тратил самую малую частичку своей духовной силы, но элемент земли всегда шел с ним бок о бок, каждый раз позволяя занять выгодное положение, защищая от внезапных атак. Он чувствовал пространство вокруг себя на целую версту так, будто обладал абсолютным зрением, как у стрекозы.

А Вед внимательно наблюдал, не упуская ни единого движения. В какой-то момент по его спине прошел холодок. Ему показалось, что у атак хазар была некая закономерность. И по мере того, как его отец уничтожал противников, он продвигался все глубже, уходя в правую часть, где начинались густые леса.

— Не может быть… — прошептал он, оглядывая остальных берканцев, но никто, даже Сталерук не замечал очевидного.

Все завороженно смотрели на танец смерти, и никто не видел, или даже не хотел видеть, что Озем на самом деле может оказаться в опасности.

— Это ловушка! Великий князь, отправьте отряд к нему на помощь, иначе его загонят в угол! Они ведут его к лесному массиву, слишком очевидно, что хазары готовились к его выходу.

Сталерук посмотрел на Веда и грустно выдохнул.

— Не могу. Я не стану терять людей из-за своенравности твоего отца, будь он хоть трижды сильнейшим. Это его выбор.

— Но мы лишимся основной боевой мощи. Он же…

— Прекрати! Ты еще слишком юн, чтобы понимать, что к чему. Два моих отряда могут сделать больше, чем твой отец. И речь не в умерщвлении хазар, а в спасении русских земель и восстановлении их после разрухи учиненной этими дикарями! Я не могу так рисковать.

Вед какое-то время стоял в недоумении, глядя на спокойный взгляд Сталерука. Внутри юноши созревало сложное решение. Он не знал, как ему поступить, но в конечном итоге ступил на каменную кладку и сиганул вниз со стены.

— Не смей умирать, старик. Единственный, кто имеет право тебя убить — это я!

Он бежал туда, где бушевало сражение, в какой-то момент под ногами вместо земли начался настил из трупов хазар. Так много столь жестоко убитых, что к горлу подкатывал ком тошноты. Издалека это выглядело устрашающе, но вблизи вселяло настоящий ужас. Разорванные и изломанные тела, словно перемолотые на мельнице. С раздробленными головами и оторванными конечностями. Невозможно представить, что это сотворил человек, тем более голыми руками.

Тем временем, Озем продолжал истреблять все живое на своем пути. В какой-то момент его инстинкты заставили высоко прыгнуть, приняв горизонтальное положение. Снизу, на месте, где он стоял, распустились багровые стебли и цветки, которые дышали угрожающей демонической энергией, сверху же, по дуге пролетел громадный топор, который вернулся в руку обладателя, описав полукруг.

Езекия и Завулон первыми вышли на бой с Оземом, что заставило его лицо исказиться в безумном оскале.

— Наконец-то они прислали кого-то чуть более стоящего, чем вся эта свинячья требуха. ИДИ КО МНЕ!

Он сложил знак Беркан и Опоры. Земля всколыхнулась, и огромная арена со скоростью молнии вылетела вверх, швыряя воина в цветных одеждах прямо на Озема.

Езекия повернулся в воздухе, создавая веерообразный каскад из багровых цветов. Но Озем отмахнулся от них, полностью развеивая демоническую технику и рванул в воздух.

Они обменялись десятком ударов, но в какой-то момент берканец поймал руку Езекии своей, а другой схватил его за лицо.





— Вот так ошибка, вы ничем не лучше!

Прозвучал яростный треск и болезненное мычание.

Рука хазара сначала вылетела из суставов, потом с громким хрустом сломались кости и разорвалась плоть. Из плеча, откуда только-что росла рука хлынула кровь. Лишь физической силой Озем вырвал конечность практика на пике Духовного Древа. Это говорило о его невероятном уровне силы.

Позади прозвучал свист, но Озем не глядя выставил руку назад и поймал летящий в него топор за лезвие. Он использовал лишь свои пальцы и не получил ни царапины.

— Неплохая игрушка. А ну-ка…

Откинув Езекию в сторону, он перехватил топор за рукоять и небрежно швырнул его обратно в Завулона. Хазару пришлось среагировать немедленно, чтобы увернуться, оружие пролетело мимо в одном пальце от его лица, но унесло с собой жизнь пятнадцати практиков, что оказались позади. Их располовиненные тела рухнули замертво.

— Силен… — прошептал Завулон. — Сильнее чем молвил Девятиглаз. И намного!

Едва увернувшись от топора, ему пришлось тут же отступать. Озем налетел на четвертого военачальника, словно волк на полумертвого оленя.

Удары сыпались словно град, только вместо ледяных шариков были несущие смерть атаки. Но каждый раз Завулон отходил назад, а Озему приходилось идти за ним.

Внезапно, Берканец почувствовал, как его ноги задеревенели. Стебли из багрового тумана опутали их, не позволяя сделать и шага.

— Ха! Думаете такая слабая техника возьмет меня?

Он легонько хлопнул по ногам, отчего они покрылись земляными пластинами, полностью блокируя демоническую энергию.

Всего мгновение, и он исчез, появившись перед Езекией.

— Даже с одной рукой ты на что-то способен, это прекрасно, но все равно мало.

Кулак берканца мелькнул, будто исчезая. Быстрый и точный удар прошел сквозь грудь Езекии, заставив его захрипеть.

В руке Озема лежало сердце, которое еще совершило несколько ударов, прежде чем навсегда успокоиться, а тело третьего военачальника хазар грузно упало на землю. берканец небрежно отшвырнул сердце в сторону и огляделся. Второй хазар сбежал, а путь к нему закрывали толпы противников.

С такой легкостью убить практика на пике Духовного Древа мог только он.

Озем уже было рванул вперед, но его остановил доносящимся со спины знакомый голос.

— СТОЙ! ЭТО ЛОВУШКА!

Озем взглянул назад, там бежал его сын, но в одно мгновение его окружил багровый туман. Он представлял собой множество сложенных вместе рук, которые сжимали все тело Веда.

Около юноши появилась фигура мужчины, лицо которого испещряли шрамы.

— Что ж, так даже проще. Здравствуй, сильнейший из сильнейших! Озем-Земляной Столп. Я наслышан о тебе.

Глаз Озема дернулся. Он медленно пошел в сторону своего сына.

— Отпусти парня!

— О, что это! Сам великий Озем беспокоиться за жизнь какого-то юнца.

Фигура берканца мелькнула. Он появился справа от Обадии, и тяжелым ударом отбросил его в сторону, но тот растворился в полете. Руки, сдерживающие Веда исчезли.