Страница 222 из 234
Когда Ван Ян собирался покинуть таверну, то уже выпил три больших кружки пива, мозг испытывал необыкновенное возбуждение, всё тело будто наполнилось силой. По организму носился какой-то поток энергии, которую хотелось выплеснуть наружу! Громко ахнув, он восторженно заявил владельцу, что “в этом посёлке лучшие пейзажи” и ушёл прочь. Вскоре он покинул жилой район посёлка и оказался в пригороде, где, куда ни глянь, росли деревья и трава. Пройдя ещё часть пути и преодолев рощу, он вдруг увидел перед собой синее пятно.
– Ха-ха, озеро! – крикнул Ван Ян и, раскинув руки, ринулся к большому тёмно-синему озеру неподалёку. Добежав до берега, он остановился и закрыл глаза, наслаждаясь дуновением бриза. Как же здорово! Его сердце возбуждённо билось и в то же время ощущало покой. Небывалый кайф!
Он вдруг воскликнул: «О-о!», открыл глаза и, уставившись на спокойную гладь озера и еле видный вдалеке противоположный берег, во всю глотку заорал:
– Привет, красота!
Видимо, из-за того, что он не рассчитал силы, его лицо покрылось ярким румянцем, уши тоже горели, появилась лёгкая отдышка. Он, улыбаясь, пронёсся взглядом по земле. В глазах промелькнул блеск, он подобрал с земли камешек и с силой метнул в озеро, выкрикнув:
– К чёрту волшебного юношу! В задницу будущего лучшего режиссёра!
В течение двух лет он почти постоянно пребывал в хлопотах, но был счастлив… Он подобрал новый камень и снова со всей дури швырнул, громко крикнув:
– Я просто хочу снимать кино!
– Я просто хочу снимать кино! Я просто хочу снимать кино! – прокричал несколько раз Ван Ян и, хохоча, уселся на землю, покрытую дикой травой. Он почувствовал, как беспорядочные мысли в его голове и психологическое давление вслед за криками постепенно пропали, он будто вернулся в далёкое прошлое. Ему было невероятно хорошо на душе. Любуясь прекрасным озером, он невольно достал мобильник, быстро выбрал номер в списке контактов и со смехом промолвил:
– Джессика, детка, я люблю тебя, ты слышишь меня?
Он собирался сказать: «Забей на этих никчёмных журналюг, у меня с Натали ничего нет», но в этот момент из телефона донёсся голос:
– Эй, чувак, это я!
Ван Ян резко помотал головой, удивлённо сказав:
– Джесси, почему у тебя голос, как у Натали?
С другого конца провода раздался смешок Натали:
– Это я и есть! Ты шутишь? Или бредишь в горячке?
Что за дела? Ван Ян извинился и повесил трубку, после чего, выпучив глаза, не спеша отыскал в списке контактов имя “Джессика”, нажал на звонок и с улыбкой произнёс:
– Джессика, это я! Я люблю тебя, слышишь? Забей на эти слухи про Натали, ты должна быть счастлива, ясно?
Джессика звонко захихикала, мило промолвив:
– Я тоже люблю тебя, Ян, и я всегда счастлива.
– Вот и хорошо, вот и клёво! Вау, здесь такой обалденный пейзаж, тебе надо это увидеть! – громко смеясь, говорил Ван Ян. – Озеро, голубое небо, зелёная трава, не хватает только уток. Где же утки?
Джессика, расслышав что-то ненормальное в его голосе, недоумённо спросила:
– Ян, что с тобой?
Ван Ян рассмеялся:
– Не знаю. А что со мной? Я в порядке, но мне надо идти! Пока, Джессика!
Убрав телефон, он подобрал камень, быстро встал и изо всех сил кинул в озеро. Камень два раза отскочил от поверхности озера и погрузился в воду. Глядя на образовавшуюся рябь, Ван Ян радостно запрыгал и закричал:
– Да! Сделал два “блинчика”!
Он, хихикая, уселся обратно на землю, потом непосредственно лёг спиной на траву, прошептав:
– Как же удобно!
Взирая на проплывавшие в небе облака, он внезапно ощутил лёгкое головокружение, веки машинально закрылись, на него напала дремота. Не прошло и полминуты, как он уснул. Ему снился сон, где он стоял на диване, поставив руки на бёдра, и, глядя на родителей, самоуверенно говорил:
– Когда я вырасту, то стану режиссёром! Буду снимать кино!
Снимать кино… Ван Ян почувствовал холод и, немного вздрогнув, резко открыл глаза, затем медленно встал и увидел чёрное небо. Над его головой нависли огромные тучи, сверху по диагонали падали дождевые капли и, ударяясь о гладь озера, образовывали рябь. Ван Ян промямлил:
– Дождь идёт…
Он в замешательстве огляделся по сторонам. Его одежда насквозь промокла, вдобавок голову пронзала ноющая боль.
«Зачем я здесь лёг спать?!» – Ван Ян непонимающе почесал голову. Что произошло? В носу защипало, и он тут же чихнул.
Глава 95: Утка
Ван Ян, сидя со скрещенными ногами на кровати в гостиничном номере, слушал по телефону, как Джессика пересказывает его недавние слова. Он, рассмеявшись, с любопытством произнёс:
– Ха-ха, правда? Я так и сказал? Утки? Но с утками там и впрямь стало бы красивее…
Неожиданно он почувствовал мощный позыв к рвоте и, с трудом сдерживаясь, промолвил:
– Джессика, у меня что-то кружится голова. О, я в порядке, просто такое ощущение, будто она без конца вздувается и скоро превратится в гигантскую головёшку… Ха, я пойду отдохну, ага, пока!
Едва Ван Ян нажал на кнопку завершения звонка, как торопливо спрыгнул с кровати и быстро побежал в туалет. В следующий миг раздались звуки рвоты. Лишь спустя продолжительное время он, испытывая лёгкую одышку, медленно вышел наружу. Чёрт! Было же выпито всего три кружки пива, и тот бармен ясно сказал, что алкоголь очень слабый, тогда почему у него такое состояние? Или у него от природы плохая переносимость алкоголя?
Смутно вспоминая, что происходило с ним после того, как он покинул таверну, Ван Ян невольно улыбнулся. Свались он в озеро, и из него получилась бы утка.
Чувствуя сухость во рту, Ван Ян налил стакан тёплой воды и залпом выпил, но на него моментально снова накатила тошнота, изо рта вырвалась отрыжка. Кружившаяся голова внезапно испытала острую боль, словно собиралась взорваться, от этого у Ван Яна всё завертелось перед глазами, он вынужден был опереться о стену, чтобы не упасть на пол.
Боже, почему так хреново… Неужели такова цена “пьянства”? Он беспомощно потрогал лоб, его ладонь, словно окунувшись в кипяток, ощутила небывалый жар. Он недоумённо нахмурился, обратившись к самому себе:
– Что? У меня температура?
Ежедневные занятия ушу и зарядка, проводившиеся в любую погоду, будь то дождь или снег, позволяли Ван Яну всегда находиться в отличной физической форме. Он и не помнил, сколько времени уже не болел. Год? Два года? Три года? Но похоже, что этому рекорду теперь настал конец. Он проверил тумбочку в номере, нашёл градусник и зажал его под мышкой. От головокружения и тошноты ему становилось всё хуже и хуже. Он сел на край кровати и набрал по мобильнику своего семейного врача. Хоть он никогда серьёзно не болел, но ради регулярного медосмотра всё-таки нанял семейного врача.
Когда на другом конце провода взяли трубку, Ван Ян осведомился:
– Привет, Энди, мне кажется, у меня температура. И ещё я немного простудился, чихаю каждые несколько минут. Вдобавок меня подташнивает…
– Ян, когда это началось? При каких обстоятельствах? – донёсся из мобильника строгий голос Энди.
Ван Ян с усмешкой покачал головой, сказав:
– В общем, всё было так: сегодня утром я выпил несколько кружек пива, опьянел и вырубился. А когда пришёл в себя, то обнаружил себя спящим на берегу озера в дикой местности. В это время шёл дождь, моя одежда промокла. Наверное, из-за этого у меня начался жар?
Изумлённо воскликнув: «О боже», Энди произнёс:
– Ян, вынужден заметить, что твои действия могли привести к летальному исходу. Пьяным уснуть на природе, ещё и возле озера… Знаешь, что бы стало, если бы ты скатился в озеро? Ты бы захлебнулся.
– Знаю, – неловким тоном вымолвил Ван Ян.
Потому он и сказал Джессике, что проснулся на кровати в гостинице, но ему нельзя было врать врачу. Он достал градусник и, проверив температуру, сообщил:
– Энди, у меня сейчас 40 градусов, какое лекарство лучше принять?
– Немедленно иди в больницу, сделай подробный анализ крови, – серьёзно говорил Энди. – Скорее всего, у тебя обычная простуда, а тошнота вызвана всего лишь похмельем. Но могут быть и другие причины болезни. Ты проспал в дикой местности Лос-Анджелеса? Оу, Торонто? Мы не знаем, есть ли там насекомые, которые являются переносчиками вирусов. Хотя вероятность очень мала, но самым опасным может быть острый энцефалит. На гостиничного врача не полагайся, направляйся в больницу.