Новая жизнь 7

Глава 12

Глава 12

— Кто у меня ворует? Зачем? — спросонья трет глаза Бьянка и зевает. Моргает и нехотя потягивается. Зрелище достойное пера лучших мастеров живописи «Бьянка потягивается», простыня спадает с ее плеча и… она чешет себе голову, становясь похожей не на «Маху обнаженную», а на растрепанную райскую птичку с торчащими во все стороны перьями.

— У тебя в твоей сети заправочных воруют — отвечаю я: — Юрико за ночь нашла и…

— Что? Ну конечно воруют — кивает Бьянка: — как иначе-то? Индекс уровня социальной надежности у наемных работников очень сильно зависит от репутации предприятия. Я открыла сеть заправочных всего год назад, новый бренд, конкуренция на рынке, рискованные инвестиции, рискованная репутация… в таких условиях я не могу позволить себе нанять действительно добросовестных работников, знаешь, таких, которые поставят репутацию выше собственной прибыли. Кроме того, ты будешь шокирован, сколько воруют даже в традиционных предприятиях, если в процентном отношении… — она снова зевает и мотает головой. Опускает ее на подушку, закрывает глаза и делает вид, что засыпает. Я смотрю на нее, невольно умиляясь такой непосредственности. Как же еще можно прожить эту жизнь, если не наслаждаться случайными видами? Бьянка прекрасна даже вот так — лежа в облаке своих распущенных волос, без косметики и одежды…

— Эй, доктор Квинзель, голову подними — говорит со своего места Юрико и я невольно поднимаю брови. Откуда такое отношение? Ю-тян тут уже запанибрата, а ведь только вчера познакомились…

— Не подниму — выдавливает Бьянка в подушку. Но все же — отрывает голову и заразительно зевает. Я — тоже зеваю. Все-таки не выспался. Бьянка встает и потягивается.

— Прикройся — ворчит Юрико из своего кресла: — не у всех такая хорошая фигура и сиськи… отрастила себе. Ты вызываешь нездоровую зависть, а я человек очень злопамятный и завистливый.

— Подумаешь — машет рукой Бьянка: — хочешь, тебе сиськи сделаем? У меня, правда натуральные, но мне предлагали еще на размер увеличить.

— Если их тебе на размер увеличить, то ты ходить не сможешь. Тебя вперед будет тянуть. Центр тяжести сместится и все такое… — ворчит Юрико: — у тебя воруют в «Бьянка Петролеум» и «Осака Ти ИНК».

— Сейчас. — Бьянка протирает глаза, накидывает на голое тело халат и делает несколько шагов к столу. Запускает кофе-машину и прижимается ко мне, положив голову на плечо. Отчаянно зевает, прикрывая ладошкой рот.

— Как у тебя ночь прошла? — спрашивает она: — эти две мелких тебя не доставали? Они мне твои фоточки прислали, ты там такой милый. Приятно знать, что даже в твоей черной душе есть милая сторона…

— Пожалуйста, скажи, что ты шутишь. — отвечаю я: — кроме того не такая уж и черная у меня душа. Давай лучше Ю-тян выслушаем, она старалась, а в прессе пишут, что твоя «BP» близка к банкротству.

— Все воруют — машет рукой Бьянка: — мне некогда ерундой заниматься. «BP» — не исключение. Тут выбор между приемлемым уровнем воровства, который ты в состоянии себе позволить и постоянным контролем, который будет стоить дороже чем… в общем Пигги преувеличивает — она снова зевает и отлепляется от моего плеча. Берет чашку кофе из кофе-машины и отпивает глоток. Моргает.

— Ну ладно — говорит она: — я готова выслушать тебя, Ю-тян. Имей в виду, я даже зубы не почистила…

— Почистишь еще — отзывается Юрико, и я в очередной раз удивляюсь панибратству этих двоих. Быстро же Юрико в доверие умеет втереться. Только что совсем чужая тут была и раз — уже на «ты» и «перебьешься». Ее бы в разведку, двойным агентом. Такие кадры нам нужны. Смотрю на кровать, где распласталась Рыжик. Испытываю непонятное удовлетворения от того факта, что единственная девушка, с которой у меня ничего не было в плане «слияния инь и ян» — это именно Рыжик. Хотя, вроде бы тут наоборот — надо испытывать чувство глубокого неудовлетворения, так как ничего с ней не было. Но, я человек позитивный и обращающий внимание больше на положительную сторону медали, так что… испытываю удовлетворение. Как говорится — dum spíro, spéro! Пока живу — надеюсь. И пускай такие выражения не принято употреблять в контексте «надеюсь затащить в постель подружку моей подружки», но полиции правильности употребления латинских пословиц все равно еще не придумали. Потому — выкусите! Буду употреблять и надеяться.

— В общем я с тобой согласна что везде воруют и тащат. Вот только у тебя в Бьянка Петролеум тащат уже около двадцати процентов от валового оборота, а это так до хрена, что я вообще удивляюсь, откуда у тебя деньги на твою крутую тачку и на все вот это… — Юрико обводит взглядом окружающее Логово Злодейки: — и как тебя в прошлом году не обанкротили.

— Двадцать процентов? — взгляд Бьянки становится сфокусированным, и она двумя глотками приканчивает чашку кофе: — а ну-ка покажи, Пигги…

— Вот… — Юрико выводит какие-то данные на экран и Бьянка наклоняется вперед.

— На первый взгляд все нормально — говорит Юрико, тыча пальцев в график: — рентабельность не снижалась скачкообразно, от даже отыграл прошлогодний кризис из-за паники на Гонконгской бирже и инцидент с танкерами в Персидском заливе. И вверх отыграл и вниз… а потом… вот, постепенное падение рентабельности.

— Ну? — пожимает плечами Бьянка: — все в пределах нормы, я проверяла. Я тогда как раз крокодила хотела себе купить и мне деньги нужны были, а дивиденды от БиПи были ниже чем ожидалось. Я статистику по рынку глянула, хоть мне и невыносимо скучно было. Такое падение в свете экономического кризиса — это нормально.

— Вот именно — рассеяно говорит Юрико: — я давно этим занимаюсь и могу тебя заверить что когда дела на предприятии начинают идти как по учебнику — это значит что тебя хотят нагреть. Не бывает падений рентабельности как по учебнику, ровная прямая на протяжении почти года. Отыграны только вызовы в начале года, а потом — вниз. Не сильно вниз, это вызвало бы подозрение… а так, в пределах нормы. Адам Смит гордился бы. Знаешь, что выдало твоих мошенников? Лень. Им было лень придумывать графики волатильности, и они попросту нарисовали график вниз в пределах ежемесячной нормы. Так не бывает.