Страница 47 из 166
Сменилась только в полдень, после чего ещё потеряла время, пока сдавала «церемониальное» оружие и воспитывала рядовой состав из числа новобранцев четвёртого батальона. «Что вы сказали, сударь?.. Как следует обращаться к старшему по чину?.. Лейб-гвардии, если точнее. Ещё раз, только правильно… Молодцы». Перехватила благодарный взгляд подпоручика-немца, который, видимо, уже отчаялся получить от своих салаг столь скорый результат, козырнула ему, продемонстрировав желторотикам, что такое субординация, и наконец была свободна.
Брат, оказывается, тоже только сменился с караула. Выслушав о давешней просьбе Даши, встревожился и пообещал помочь. Едва он это сказал, как их обоих опять сдёрнули с места.
В гвардию ещё никогда не принимали целиком слаженное подразделение с многолетней историей и своей спецификой. Петра Алексеича внезапно осенило, что надо бы развернуть «Немезиду» в полноценную полуроту, выведя их из простых стрелков в егеря. А значит, следовало довести её до штатной численности, отобрав из других рот подходящих по параметрам людей. Женя лишь матюкнулся сквозь зубы: нужно было разобраться с кучей бытовых проблем, а тут то одно, то другое.
— Ладно, — сказал он сестрице. — Сходи поругайся с шорником за то гэ, которое он поставил, у тебя хорошо получается пугать людей. А я посмотрю, кого из салаг можно в наше ярмо запрячь. Видел перспективных парней среди
— Надеюсь, «пугать людей» — это был комплимент, — с едва заметной иронией сказала Катя.
Брат и сестра понимали друг друга с полуслова, потому каждый отправился по своему делу. По пути Катя приметила, что за ней от самых ворот Кремля до мастерской шорника неотступно следуют двое граждан
Шорник, чьи ремни так не понравились Евгению, сперва возмущался, претензии не принимал. Катя ни словом ему не возражала, лишь молча выслушивала длинную речь мастера. А когда поток слов иссяк, просто сказала: «Ремни вашей работы мы видели и у других солдат нашего полка, и они качеством куда лучше. Сделайте любезность, уважаемый, поставьте и нам такие же. Надеюсь на вашу порядочность, глубокое уважение к лейб-гвардии и к предстоящим святым праздникам». Её пустой, ничего не выражающий взгляд так резко контрастировал с любезным тоном и вежливым обращением на «вы», что желания продолжать дискуссию у мастера почему-то не возникло. Он согласился прислать подмастерьев с новыми ремнями и забрать прежние — не иначе работы тех самых учеников — о чём собственноручно написал расписку.
Продрогшие, завёрнутые в тёплые плащи протокольные граждане синхронно шагнули к Кате, едва она прикрыла за собой дверь мастерской. О, да к ним ещё и карета подъехала. Отлично, пешком идти не придётся.
«У-у-у, ребята, какие же вы профаны, — с долей сожаления подумала она. — А если бы я через эту избу да на задний двор? Искали бы ветра в поле».
После личной встречи с главой Преображенского приказа в государевой приёмной она ни на секунду не сомневалась, что в том или ином виде придётся встретиться как минимум ещё раз. Ну вот, кажется, этот самый раз и настал.
— Слово и дело государево, — она услышала ожидаемые слова. — Вашу шпагу, сержант.
— Не имею возражений, — Катя выдернула оружие вместе с ножнами из портупейной петли и подала говорившему.
[1] Фраза из кинофильма «Гусарская баллада» 1962 года.
[2] 2, 4, 6 — Тринитрофенол или пикриновая кислота, взрывчатое вещество, которое начало применяться в военном деле только во второй половине XIX века.
[3] Пушки системы Грибоваля появились во Франции в 1770 году. Пушки системы Вале — в 1827 году.
[4] Было изобретено в 1775 году британцем Патриком Фергюсоном.
[5] Унитарные заряды к пушкам Грибоваля — готовый картуз с порохом, к которому крепился деревянный пыж — шпигель, а к тому, собственно, ядро.
[6] «Привилегии» на тот или иной род деятельности выдавали в России и до Петра, и при нём. Но лишь при Александре Первом в 1815 году патентное право было распространено на изобретения.
[7] Пётр имеет в виду пожар 1666 года.
[8] В пожаре 1712 года погибло более 2700 человек.
[9] Так тогда называли любовниц, фавориток.