Времена не выбирают

Русского царя они узнали по гравюре, которую показывал король шведов. Рослый дядя, явно очень сильный, с таким будет непросто управиться даже им. Но он, во-первых, объезжает верхами военный лагерь, который русские сейчас устраивают по всем местным правилам, а во-вторых, при нём постоянно находится компания вооружённых шпагами и пистолями личностей в разноцветных камзолах, которые не привыкли шутить… К слову, даже прожжённых наёмников поражало, как легко местные хватаются за оружие. Если в их собственном времени реальная цена человеческой жизни была невысока, то здесь чужая голова и вовсе в плевок ценится.

— А этого типа я знаю, — сказал Хаммер, когда кавалькада развернулась лицами к наблюдателям. — Вон тот, по левую руку от царя. И мундирчик у него занятный. Наверное, по выкройкам своего прежнего камуфляжа заказал… Джентльмены, позвольте вам представить: Юджин Черкасофф, командир русского подразделения диверсантов и ликвидаторов. Это его голову нам заказали ещё там. Он слишком многим мозоли отдавил своими …подвигами. Не успел вам показать его досье, ждал, когда получим посылочки и выдвинемся в место дислокации. А здесь это было уже бессмысленно. Кто же знал, что мы встретимся в этом времени.

— Вот и отлично, закроешь сразу оба заказа, — сказал Крис. — Док, по-моему, всё ясно. Русские закончат с разбивкой лагеря, потом эти …проверяющие устанут проверять и завалятся дрыхнуть. Около полуночи сможем начать выдвижение на цель.

— Тони, — окликнул командир одного из своих людей. — Займись наблюдением, проследи за царём. После заката тебя сменит Оуэн. Смотрите в оба, не упустите цель. А мы выспимся перед делом…

5

— Чёрт-те что, а не редуты, — ругнулся государь, когда объехал строящиеся оборонительные сооружения и вернулся к своей палатке. — Два крайних ведь точно не удержат, их только начали возводить, и закончат ли к утру, неведомо.

— Не закончат, — уверенно заявил Евгений. — И не удержат.

— Пойдём-ка, братец, поговорим… пока наши генералы ещё не подтянулись.

В палатке и правда было ещё тихо и просторно: господа военачальники пока занимались устройством своих полков на отдых или руководством земляных работ, а Дарья с детьми ещё не подъехала. Пётр Алексеевич достал из кармана сложенную во много раз ландкарту и расстелил на походном столике.

— Показывай, — кивнул он сроднику из будущего. — А то снова туману напустили, оракулы хреновы — мол, сам лучше нас знаешь, как баталию планировать.

— Зачем здесь-то? — Евгений тоже покопался в кармане и достал свой старый смартфон. — Нарочно зарядили все девайсы перед переправой. А у одного из ребят в кэше браузера случайно завалялся интересный файлик.

— Ты давай не матерись, а дело говори, — без малейшего намёка на насмешку сказал государь.

— Так я о деле. Здесь ход битвы, как она прошла в нашей истории. Видишь?.. А теперь сравни с тем, что видишь на этом поле. И попробуй найти разницу.

— Разница есть, — возразил Пётр, присмотревшись к картинке на экране. — Она не на поле.

У второго кольца охранения часовые кого-то окликнули, затем, услышав пароль, пропустили гонца. История повторилась на первом кольце охранения, хотя гвардейцы прекрасно всё видели и слышали. Но — инструкция. Наконец посыльный, оставивший лошадь за вторым периметром, добежал до государевой палатки, доставая из сумки письмо.

— Государь, спешное донесение от графа Шереметева[3], — выпалил он, подавая запечатанное письмо.

Пётр не стал тянуть — сломал печать и пробежал взглядом по строчкам. Помрачнел и протянул письмо Евгению.

— Читай, там и для тебя известия найдутся, — прокомментировал он, а когда родственник закончил ознакомление с документом, спросил: — Ну, что скажешь?

— Да уж. Спать этой ночью нам не придётся…

6

События явно ускорялись, словно кто-то покатил под уклон тяжёлую телегу, у которой по определению не могло быть ни тормозов, ни руля.

Со стен города не видно поля, где должна была произойти битва — одно из «узловых» событий в обоих вариантах истории. Лес мешал, да и расстояние приличное. Но Кате и не надо было его видеть. Отличия здесь, скорее всего, чисто косметические — вроде Копорского полка, который сейчас в Полтаве, а не у будущего поля сражения, в корпусе Ренцеля. Там наверняка какой-то другой пехотный полк, или же вовсе иного рода войск. Ведь русская армия в этом варианте заметно отличалась от себя самой там.

В прежней исторической линии егеря в ней ещё не появились. И даже когда появились, не очень были похожи на то, что есть сейчас. Да и артиллерия отличалась от предыдущего варианта весьма значительно. Если бы ветераны кампании 1812 года могли на минутку заглянуть сюда, в 1706 год, они бы безошибочно узнали эти орудия. И было ещё здесь нечто из других эпох — те же ракеты, предназначенные для удара по живой силе противника. В первый и пока единственный раз их использовали, чтобы предотвратить поражение при Головчине. Хотя бы к ничьей свели, и то хорошо.

Но не только в вооружении и структуре армии было дело.

В отличие от того варианта истории, русская армия, избавленная от провалов там, где их вполне можно было избежать, выработала привычку побеждать. Используя тактику многочисленных партизанских атак и редких, но метких фланговых ударов, она измотала противника не за год, а за вдвое меньший промежуток времени. Она была сыта, одета по сезону, хорошо вооружена и мотивирована. Да и идеологическая работа потихоньку велась. Уже не первый год солдатам и унтер-офицерам объясняли, что русская армия с безоружными не воюет. И это давало свои плоды ещё в Польше, когда русские «ихтамнеты»[4] отказывались принимать участие в бесчинствах, учиняемых саксонскими солдатами в городах, поддержавших Лещинского и шведов. В результате, когда подданные Карла Двенадцатого открывали охоту на русских наёмников саксонской армии, тех часто, рискуя жизнью, прятали у себя простые поляки.

Люди были ровно те же, что и в прежней версии. Но что-то в их душах, в самой их основе — переменилось, пусть и почти незаметно. А значит, и изменения в ходе битвы и её последствиях — неизбежны.

Карл Карлович, вот, нисколько не поменялся в силу своей паталогической необучаемости. В итоге и получил всё то же самое, что и в тот раз.