Страница 35 из 120
Но кроме техники, есть ещё и гидрология моря. В частности, в Баренцевом море в районе гибели “Курска” в дни трагедии приповерхностный слой воды был прогрет до + 10О С, а температура придонных слоёв была около + 4О С. При этом образуется слой, в котором при незначительных изменениях глубины резко ‹ и существенно› изменяются значения температуры воды.
Скорость звука в воде зависит от температуры: при распространении в воде звуковой луч отклоняется в сторону более плотных холодных слоев. Поэтому в таких гидрологических условиях в сочетании с воздействием течений возможно возникновение гидроакустических теней, линз и зеркал, завес, ‹ волноводов,› под прикрытием которых лодки, обладая даже высокой шумностью, могут скрываться и оказываться “невидимыми” даже для самых совершенных средств гидроакустического обнаружения. При этом одинаково неработоспособны оказываются как пассивные средства, вслушивающиеся в звуки моря, так и локаторы, посылающие свои импульсы, а потом улавливающие их отражения от подводных объектов. Под воздействием этих линз, зеркал, теней, завес, ‹ волноводов› шумоизлучение искомой лодки может не прийти к затаившемуся “уху” охотника, а посланный охотником импульс локатора может затеряться в море, даже отразившись от искомого объекта. ‹ Иными словами, особенности гидрологии могут свести практически на нет способность к обнаружению подводных лодок даже самых совершенных гидроакустических средств, размещённых на каком-либо носителе
[99] › .
Гидрологические особенности такого рода могли создать тактическую обстановку, в которой “Курск” из-за высокого уровня собственных шумов и технического превосходства лодок США в акустической скрытности не знал о нахождении натовской лодки в районе торпедных стрельб и выпустил торпеду по учебной цели, как то и было предусмотрено планом учений. А натовская лодка, нагло ведя разведку в зоне учений нашего флота, из-за особенностей гидрологии района тоже своевременно не обнаружила “Курск”
[100] .
Вследствие такого рода особенностей гидрологии ‹ и стечения других обстоятельств› натовская лодка могла оказаться вблизи траектории прохождения учебной торпеды, выпущенной “Курском” во время учений
[101] . Головка самонаведения торпеды в режиме пассивного шумопеленгования могла захватить оказавшуюся в непосредственной близости от её курса натовскую лодку. После захвата ‹ этой новой› цели торпеда была перенацелена её бортовой ‹ автономной› системой самонаведения на натовскую лодку. Если при этом головка самонаведения ещё и переключилась в активный режим (это свойственно некоторым типам торпед и может быть задано при выстреле избранным алгоритмом самонаведения), то акустики на натовской лодке услышали не только шумы идущей на них торпеды, но и посылки гидролокатора её головки самонаведения.
После того, как торпеда пошла на натовскую лодку, на её главном командном пункте моглилибо ошибиться в оценке ситуации, сочтя направившуюся на них торпеду целенаправленным применением нами оружия против них, либо струсить, и дали торпедный залп, желая, прежде всего, поразить идущую на них торпеду, не имея времени размышлять на тему: торпеда боевая? или учебная, т.е. без боевого заряда, и потому серьёзной опасности не представляющая?
Но такие действия могли быть и результатом исполнения командиром-масоном натовской лодки прямо отданного ему старшими “братьями” приказа, лежащего в русле закулисной политики, направленной либо против В.В.Путина, либо решающего какие-то внутриполитические проблемы США (с точки зрения американцев‹ , а тем более - их закулисных хозяев› , весь остальной мир - среда, предназначенная для обслуживания их нужд
[102] , и по отношению к «отсталым народам», к которым относится и население России, с их точки зрения можно вести себя как угодно, не стесняя себя нормами морали: вспомните сбитый над Сахалином ПВО СССР в 1983 г. “Боинг-747” - разведку в интересах США совершал южно-корейский пассажирский авиалайнер).
В залпе натовской лодки могло быть от 2 до 4 торпед.
Соответственно первый взрыв (порядка 100 кг в тротиловом эквиваленте), зафиксированный акустиками и сейсмологами, мог быть взрывом натовской торпеды, вблизи учебной торпеды “Курска”. Этот взрыв вряд ли был контактным. Вследствие этого торпеда “Курска” могла уцелеть и попасть в натовскую подводную лодку, нанеся ей механические повреждения, не несущие угрозы гибели. Такой вариант объясняет, почему в районе были обнаружены аварийные буи не российской окраски, а на дне неподалеку от затонувшего “Курска” был обнаружен объект, соизмеримых с “Курском” размеров, и были найдены обломки каких-то конструкций ограждения рубки или лёгкого корпуса ‹ неизвестной› подводной лодки. Конечно, если сообщения о буях
[103] и найденных обломках “ограждения” достоверны; если второй объект действительно был обнаружен, а не представлял собой второй экземпляр гидроакустического “эха”, возникший при вторичном отражении гидрологическими неоднородностями первичного “эха” посылок гидролокаторов, отражённых затонувшим “Курском”. Если это был второй экземпляр гидроакустического “эха”, то с изменением гидрологии района под воздействием течений он исчез сам собой.
И если это действительно была вторая подводная лодка, то почему Северный флот её потерял, а не принудил всплыть или не сопровождал её к порту ремонта? - Потому что по своей скрытности натовские лодки превосходят возможности отечественных сил противолодочной обороны, которые, даже обнаружив лодку, неизбежно её теряют? - или потому, что было принято решение дать ей уйти, поскольку после всего, что произошло и было ясно изначально (тем более после обнаружения “Курска” на дне и его осмотра с борта «батискафа»), это был вопрос политики, лежащий вне компетенции командующего Северным флотом?