Страница 33 из 78
— Кстати, он сказал, что пришел от Рязанцева и назвал пароль, — сказал я, глядя на Вайнова.
Тот задумался. Потом медленно сказал:
— Я поговорю со Степой. Не думаю, что это он сдал тебя. Скорее всего, он где-то проговорился. Вот это он может, часто за языком не следит. Особенно, когда выпьет.
Ну что же, вполне возможно. Ладно, я выяснил все, что хотел. Спросил у Вайнова, какие у него планы на лето.
Но альпинист неохотно раскрыл свои тайны.
— Не знаю еще. Может, на Ленина пойду, или на Победу, пока еще не согласовал маршрут с комитетом. Мы там и там должны пройти по новым маршрутам, к ним готовимся.
Ну что же, секретность вполне понятна. Альпинисты люди суеверные, как моряки, поэтому не хотят заранее раскрывать свои секреты, чтобы не сглазить. Я понял, что больше ничего от Вайнова не узнаю.
— Ну что же, пусть лавины обойдут тебя стороной, — пожелал я Вайнову и он благодарно улыбнулся.
К нам подошла Катя и потащила меня танцевать под гитару. Я вспомнил, что еще совсем молод, а в моем теле бушуют гормоны.
Возле костра и так уже кружились в танце веселые парочки. Наш бард Тулев наъяривал на гитаре, сменяя веселые мелодии и песенки на грустные и медленные. Когда мы подошли, он как раз завел заунывную песню про разбитое сердце.
Мы закружились в медленном танце. Катя придвинулась ко мне вплотную и положила голову на плечо. Неподалеку с другим парнем танцевала Юля. Она увидела нас и скорчила гримасу. Катя почувствовала ее взгляд и обернулась.
— Надо же, Тимофеев на горе, а она с другим танцует, — заметила Катя. — Ну да ладно, это ее выбор.
Я вздохнул и отвернулся от Юли. Все-таки она мне еще нравилась. Когда посиделки у костра прекратились, я сказал Кате:
— Пошли со мной, поболтаем рядом с моей палаткой.
Предложение было вполне себе ясным и недвусмысленным. Катя отвернулась и я не сразу услышал ее ответ.