Страница 60 из 306
– Благородные рыцари сэр Станислав, граф Штерн, и сэр Эдуард Драконья Кровь, проявите свою доблесть!
Сигнал – и «седла», набирая скорость, устремились навстречу друг другу.
Ну что, сэр Тристан, проверим, чего стоит твоя хваленая интуиция!
Тронув регулятор, юноша послал поток энергии в излучатель. Да, пусть примет всю, без остатка! Если Алекса права, и граф, красуясь перед публикой, не станет торопиться с ударом, его, Эда, выстрел должен быть достаточно мощным, чтобы наверняка пробить щит противника. Главное, опередить самонадеянного графа! Но ударить раньше времени – только зря потратить заряд. Правильно выбрать момент – вот залог победы…
Памятуя о неприятности, едва не случившейся с ним в первом поединке, Эд слегка пошевелил пальцами – не, все нормально, слушаются. С этой стороны проблем не предвидится. Граф Штерн-то уж не будет столь щедр, как сэр Дмитрий, лишнего мгновения не подарит!
«Седла» сошлись на убойную дистанцию и стремительно продолжали сближаться. Граф по-прежнему хладнокровно выжидал. Эд… Эд вроде и понимал, что рано, но терпения его хватило еще лишь на долю секунды – и в следующий миг палец юноши вдавил кнопку излучателя до упора.
«Седло» дернулось, словно наткнувшись на невидимое препятствие, и в следующее мгновение машина его противника круто завалилась на борт, уходя по крутой дуге вправо. Что он делает?! Это же нарушение правил, такие маневры запрещены! Или… Или граф сбит?! Неужели?!
Руки Эда на автомате послали в излучатель новую порцию энергии, глаза же прилипли к экрану. Происходило что-то совершенно непонятное. «Седло» графа Штерна нелепо рыскало из стороны в сторону, то резко теряя, то вновь немного набирая высоту. Нет, это не автоматическая посадка проигравшего в поединке, это… Это граф уводит почти неуправляемую машину прочь от ристалища и трибун! Но почему?!
На мгновение Эду показалось, что полет «седла» графа выровнялся, но не успел он толком осмыслить, что это должно означать, как то задрало нос к небу, на пару секунд встав почти вертикально, и камнем рухнуло вниз.
Взрыв взметнулся в каких-нибудь пятидесяти метрах от торца зрительской трибуны.