Страница 15 из 68
Пять часов с учетом размеров скитальца было ничем. Ордена космического десанта тратили на меньшие скитальцы недели и месяцы. Даже чтобы просто пройти по прямому коридору в самом узком месте скитальца понадобится четыре часа, а внутренности таких скоплений зачастую изломаны и полны тупиков. Идея отправить на разведку лучших боевых братьев чем дальше, тем больше казалась плохой, но цель оставалась прежней — тренировка и получение опыта в их текущем состоянии была жизненно необходима. К тому же такой опасный враг, способный контролировать огромный скиталец, должен быть изучен и уничтожен.
— Магос Кварро, начните передавать повторяющееся сообщение с отсчетом до начала открытия огня. Наши братья должны знать, что через шесть часов этой громадине придётся туго, — в итоге заговорил магистр Сорнери.
— Что если сообщение получит и тот, кто управляет скитальцем? — спросил мрачно Савелий.
— Мы узнаем что у него еще припрятано в рукаве, кроме зашвыривания нас обломками, а потом выкурим его, — улыбнулся Гавин, похлопав ладонью по своему инферно-пистолету. Ему жутко не хотелось лично встревать в это дело, но, похоже, выбора было не очень много. К тому же кто быстрее и лучше справится с таким делом, чем лучший специалист по скрытным проникновениям в пределах Иерихона и мечник, равным которому магистр еще не встречал.
XX
Всегда возникали какие-то проблемы, которые задерживали или даже совсем останавливали бюрократическую машину, обладавшую слишком большим количеством деталей, чтобы быть способной быстро реагировать на изменения. Эктор знал это как никто другой, помня о всех проблемах и проволочках, разрешениях и согласованиях, через которые нужно было пройти, чтобы получить необходимое в Империуме, потому с разной долей успешности старался обойти худшие проявления этой системе на Фрации, но неизбежно сталкивался с тем простым правилом, что один человек не может эффективно управлять более чем двумя десятками других. Это можно было назвать природным ограничением человечества, которое обходилось мозговыми имплантами, стандартными для Администратума для выполнения большего объёма работы за единицу времени, но на планете Ангелов Ночи такими имплантами обладали только он и его подчинённые писцы, лишь четверо из которых исполняли повседневные задачи в столице, а остальные неулучшенные люди требовали соответствующего общения, сводящего на нет все улучшения. В такие моменты Эктору хотелось рвать на голове волосы, но, к счастью, из-за постоянного стресса он давно уже облысел и сомнительное удовольствие от боли, сопровождавшей бы такой процесс, оставалось для него недосягаемым.
— Мы не успеем эвакуировать всех с острова за оставшееся время, — сообщил советнику очередной посыльный от командующего воздушными силами Фрации, молодой человек в парадном синем мундире с серебристыми эполетами.
— Оставьте там охранный контингент и часть обслуживающего персонала. Адептус Механикус пока не сообщали о своём спуске на планету, потому нужно кому-то следить за комплексом, — почти без раздумий ответил Хиренес, зато потом подумал о том, что с этим вопросом ответственный за эвакуацию лучше бы обратился к профессору Аркани, и в следующую секунду передумал. Профессор был человеком науки и склад его ума подразумевает другие приоритеты и образ мышления. Эктор же был чиновником, который знал людей и знал процессы, потому действительно лучше было обратиться к нему, чем долго искать общий язык с Аркани.
— Да, сэр, — кивнул посыльный и откланялся, покидая просторный кабинет с высоким арочным потолком и огромным окном за спиной его главного обитателя.
Летописец с налётом грусти подумал о том, что с удовольствием поменял бы этот прекрасный кабинет, обставленный искусной мебелью в древесных тонах, увешанный приятными взору картинами и оснащённый функциональным древним когитатором на простую каюту на Слепце и перо, которым можно было писать историю. Однако следом вошел еще один посыльный и мечты Эктора рассеялись, как утренний туман в столице. Из-за ускорения движения скитальца им всем пришлось ускорить и приготовления, сопровождающие введение осадного положения. Улицы были забиты людьми, которые тащили вещи и детей ко входам в подземные убежища, часто возникала давка, нередки были и потасовки, потому что никто не может быть рад тому, что в четыре утра правительству вздумается начать срочное перемещение. Но а как иначе, если план перенести основную массу действий по переходу на осадное положение был изначально для удобства жителей назначен на следующий день, а скиталец неожиданно ускорился?
— Советник Хиренес, — поклонился облаченный в серый костюм молодой человек, в котором Эктор узнал одного из помощников Аластора Депарье, главы профсоюза работников пищевой промышленности и самого большого критика нового порядка, — мой начальник желает знать как на ваш взгляд ему стоит решить вопрос с желанием господина Лефера перенаправить большую часть сегодняшней продукции на склады правительственного шпиля. Инструкции осадного положения не дают полного понимания как именно должны разделяться запасы продовольствия.
Эктор подавил вздох. Под правительственным шпилем размещались самые надёжные и глубокие убежища, занимаемые верхушкой руководства бывших надзирателей и никакие реформы не могли этого изменить, так что очевидно, что Лефер хотел свежих припасов своим близким, которые тоже разместились в этом убежище. С другой стороны Депарье всегда возмущался подобной избирательности и выступал с её критикой. Даже чрезвычайное положение не мешало старым недругам сводить счеты.
— Ему стоит проинструктировать своих подчинённых обращаться по спорным вопросам к сигниферам минорис, но, поскольку вы уже обратились ко мне, то я думаю, что сегодняшнюю продукцию стоит отправить грузовым поездом в колонию Сильва. Их продовольственное положение наиболее хрупкое из всех городов и пополнение запасов там имеет первоочередное значение.
Судя по лицу мужчины, он был удивлён, потому замялся.
— Если вы думаете, что для меня имеют значение ваши старые дрязги, то ошибаетесь. Для меня все люди Фрации одинаковы, кем бы они ни были и как бы себя ни называли, и значение имеет только их благополучие, которые мы с вами создаём. Это понятно? — Эктор немного вышел из себя, вспомнив как устраивал выволочки мелким клеркам, и чуть подался вперёд, вперив взгляд в посланника.
— Да, сэр, — прокашлявшись, ответил молодой человек, попятившись к выходу. — Я передам господину Депарье ваши слова.
— Уверен, что так и будет, — улыбнулся Эктор, ощутив укол стыда от того, что так налёг на простого посланника. — Хорошего нам всем дня, мистер Марселино.
По лицу помощника Аластора можно было явно прочитать удивление по поводу того, что советник Хиренес знает его имя, но время у них у всех было ограничено, потому летописец жестом худой костлявой ладони показал гостю на выход и перевёл дыхание. Конечно, он всех имеющих значение и вес личностей знал, потому что как еще можно строить общество, если не опираясь на знания? Словно в ответ ему за спиной засияли первые золотые лучи восходящего солнца, окрашивая прекрасную древнюю мебель в тёплые древесные тона, вызывая блеск на лакированных поверхностях и грея лысый затылок советника пока в кабинет входил следующий посланник.
XXI
Фиррис плелась последней в разомкнутой колонне ауксилариев, но позади ощущала сдержанную ярость походки десантника, назвавшегося Везувием. И если этого было мало, то в довесок она всё еще чувствовала боль от саднившего синяка на шее после того, как этот капеллан её чуть не придушил во время знакомства. Это пугало, потому что обычно все её раны довольно быстро заживали и редко когда болели дольше пары минут. Тут же они шагали по коридорам, пролазили через проломы в стенах, ползли через тоннели и прыгали через провалы по меньшей мере полчаса, а боль сохранялась и женщина начала уставать.
Конечно, прислуживание техножрецу Фларину Максимусу с его вечными попытками найти ей работу, пусть даже самую бесполезную и тяжелую, позволило ей прибавить в выносливости за последнее время, но всё равно тренированным солдатам она была не ровня. Как не была им ровней и Ангелика Ординат, пытавшаяся держаться сразу перед Фиррис и сдерживавшая тяжелое дыхание. Глупая женщина, неизвестно зачем вообще вызвавшаяся в такое опасное место, да еще и прихватившая её с собой. Что у неё на уме вообще было?