Страница 6 из 13
Я не столько переживала за чувство вины за отказ, сколько опасалась реакции его старшего, с которым мне уже приходилось иметь дело. Сиделец со стажем и его личная охрана.
Автомобиль постоял еще немного, затем сорвался с места и уехал, обдавая газами воздух.
Егорка, видимо, донес, какой бугай встретил его на пороге, так что стоит предупредить Архарова, что они наверняка приведут с собой подмогу.
Тяжко вздохнула и подпрыгнула, когда бедер коснулись мужские руки.
– Экая ты пугливая, краса.
– Хватит меня лапать! – рявкнула, шлепая его по рукам и с жадным слюноотделением отмечая выпирающие голубые вены. Моя слабость, если честно.
– Поверь, краса, я еще и не начинал.
– Напоминаю, регламент!
– Так я его еще и не подписывал. Всё честь по чести. По закону, если так тебе удобнее.
Заскрежетала зубами, но крыть было нечем.
– Слушайте, вы! – шагнула вперед, сделала паузу, выдыхая тяжелый воздух, и процедила. – Я вам не одна из ваших путан, так что извольте…
– А если не изволю?
Снова прижал меня, на этот раз к подоконнику.
Грудь его вздымалась, ноздри широко раздувались, а на виске пульсировала вена – всё говорило о том, что моя близость его волнует. Впрочем, он этого и не скрывал.
– Оденьтесь. Нечего тут в одних трусах щеголять.
– Так волнует моя нагота?
– Да! То есть, нет. То есть…
– Беспокоишься, что захочешь меня? М?
Голос его стал ниже и глуше, а лицо наклонилось чересчур близко ко мне.
Задержала дыхание, опасаясь вдыхать его мускусный аромат, который пробуждал во мне что-то странное и доселе незнакомое, и оттого мне это не нравилось.
Громко сглотнула и напряглась, когда его глаза вдруг опустились на мои губы и подозрительно заблестели. Слишком внимательно смотрел на них, будто собирался…
– Вам бы лучше о себе сейчас побеспокоиться! – выпалила, отталкивая его и огибая голое тело по дуге. – Егор не так прост и…
– Ссыкло твой Егор, и чмо цифровое. Не понимаю, чего Захар так всполошился насчет него, – перебил, даже не дослушав.
Пожал плечами и развернулся, опираясь ягодицами о подоконник и складывая на груди руки.
Это было целое испытание для меня – не опускать глаза ниже его подбородка.
Вот она, твоя проверка, Белль, мелькнуло в голове озарение. Та, о которой предупреждал отец.
«Продержись всего недельку, и будешь молодец», – будто наяву услышала его голос.
От этого «молодец» заныли зубы, но я проигнорировала голос порока, который пытался увести меня с пути истинного.
– Егор уже месяц меня преследует, и вы не первый, кто пытается мне помочь, – поджав губы, воззвала к голосу его разума.
– Значит, не те помогали. Теперь рядом с тобой настоящий мужик.
Ясно, дядя не до конца ввел его в курс дела.
Вздохнула и присела на стул, вынужденно глядя на мужчину снизу вверх.
И заговорила, сумбурно поясняя, в чем состоит главная проблема сталкерства Егора Любавина.
Вопреки ожидаемому страху, после моего рассказа на лице моего соседа не отразилось ни одной эмоции. Только пренебрежение и усмешка, которая так и не сошла с его губ.
Марат Архаров, казалось, совершенно ничего не боялся.
А вот я на его месте не была бы столь самонадеянной.
Было несколько парней-спортсменов с потока, которых я просила отвадить Егора, но после бесед с его братом они щеголяли синюшными фингалами и шарахались от меня, как от чумной.
Так что пришлось вчера звонить с повинной к дяде, но он, как назло, уехал в командировку.
И теперь я живу в одной квартире с бесстыдным, порочным и совершенно не желающим сдерживать свой похотливый нрав волосатым мужиком.
Глава 5
Мы с Архаровым продолжали сидеть напротив и смотреть друг на друга. Он – с иронией во взгляде, я – с мыслью, что он самовлюбленный идиот. Одно другому не мешает.
– Слушай, красавица Белль, я всё спросить хотел. Егорка этот называл тебя всё время Белослава, – прищурился и глянул на меня с подозрением. – Так как тебя всё же зовут? Белль? Или Белослава?
Заскрежетала зубами, не желая отвечать. Это всегда была для меня больная тема.
В семье отца принято называть всех старославянскими именами, и меня эта участь не обошла стороной.
– По паспорту я Белослава, – выплюнула, намекая всем видом, что называть меня так не следует.
Судя по веселью, написанному на его лице, он не из пугливых, а из тех, кто делает и говорит всё, что пришло на ум.
В детстве я и без того натерпелась насмешек. Повезло, что одногруппники особенно и не интересовались такими подробностями.
Старосте, правда, пришлось заплатить, чтобы она не афишировала мое настоящее имя, но я еще малой кровью отделалась, считай.
– Как тебя зовут, повтори-ка еще раз? – даже наклонился, выставляя вперед ухо.
На его губах готова была разыграться улыбка, и от этого мне было тошно.
Решив раз и навсегда закрыть эту тему здесь и сейчас, назвалась своим полным ФИО.
– Тихомирова Белослава Ярополковна.
Сначала возникла тишина. Секунда. Две.
А затем Марат запрокинул голову и засмеялся. Громко, заразительно. А вот я поджала губы, уже привыкнув к такой реакции.
– Так ты у нас, значит, никакая не Белла. Я уж было подумал, родители у тебя совсем чокнулись на американских сериалах. А они у тебя староверы, видать. Хоть одно радует, наших краев, – отсмеявшись, выдал.
– Никакие они не староверы, – процедила сквозь зубы. – Просто любят старославянские имена. Наша семья, между прочим, происходит…
– Стоп-стоп, – выставил мужчина вперед ладонь. – На этом мне потрясений хватает, не продолжай. Ты у нас тогда не краса будешь, а Беляночка.
– Фу, на беляш похоже, – фыркнула, стискивая кулаки и желая расцарапать его наглое лицо.
– Бельчонок? – подмигнул и сразу же сам себе кивнул. – Решено, бельчонок, ты у нас теперь дама с именем.
– Я вам что, ручная зверушка?
– Видишь, какой карьерный рост, уже не путана, а домашний зверек. И заметь, любимый, между прочим.
Конец фразы прилетел мне в спину. Я не стала дожидаться очередных издевательств и демонстративно обиделась, направляясь в комнату. Даже дверью хлопнула с оттяжкой.
Ожидала, что он последует за мной, но приближающихся шагов слышно не было. Легла на диван и прикрыла глаза.
Выдохнула. Вдохнула.
Успокойся, Белль, ничего страшного не произошло. Всё как всегда, ничего нового.
Не знаю, сколько прошло времени, но вскоре раздался стук. Осторожный, даже не наглый. Удивительно.
– Выходи, краса, я смеяться больше не буду, – прозвучал следом спокойный и серьезный голос Марата.
Подняла голову и наткнулась на его лицо в проеме двери. За это время он даже успел одеться и не вызывал у меня сейчас обильного слюноотделения.
– Точно? – с подозрением глянула на его губы, которые часто и безостановочно подрагивали.
Ясно. Еле сдерживал смех, но держался. Из-за меня. Ну что ж, этого достаточно.
– Да.
– Хорошо, – поднялась с дивана и подошла ближе.
У нас остался незакрытый вопрос, который продолжал меня волновать, и на обиды времени уже не было. Не терпелось скорее же подписать регламент.
– Итак, – скрестила на груди руки. – Раз уж мое имя мы прояснили, и вы обещаете больше не смеяться… Обещаете же?
Понимала, что напираю, но с волком жить – по-волчьи выть. Всё по-честному.
– Честное пионерское, – демонстративно провел по рту, якобы закрывая его на замок.
– Что-то мне подсказывает, что вы не были пионером, – фыркнула. – Но не суть. Вы дописали свои правила в регламент? Мы можем их обсудить?
Мужские губы всё же дрогнули, но он быстро принял максимально серьезный вид. Ненадолго, впрочем.
Он и серьезность в моем понимании не совместимы.
– Пройдем ко мне в спальню, – насмешливо произнес и добавил с подтекстом после короткой говорящей паузы. – Обсудим.
Выпрямился, отчего его майка натянулась, делая акцент на мускулах, и выразительно вздернул бровь.