Страница 10 из 230
— Сомнительно, — вмешался высокий молодой мужчина, единственный из всех, кроме Кайндел, кто не курил. — Это уже больше напоминает дурной водевиль. Или плохо написанный боевичок. Слишком много совпадений. Есть более простой способ внедрения. Мы же берем курсантов.
— Офицер, скоро ли курсант будет допущен к чему-нибудь важному, а?
— Ах, Багира, если тебе кто-то не нравится, так ты за что угодно уцепишься.
— А ты поверишь любой обладательнице смазливого личика.
— Да я бы не назвал это личико смазливым…
— Хватит, — на этот раз голос Одина лязгнул металлом. — Довольно. Как я понимаю, ты, Офицер, за.
— Конечно. Адепту Круга надо быть полным шизофреником, чтоб решиться на подобную игру. К тому же она действительно потребует очень долгого времени. Надо служить верно и преданно несколько лет, и только тогда на перебежчика перестанут смотреть с подозрением. Как ты говоришь, Один, девица действительно может много знать. А полезными людьми не стоит разбрасываться. Ко всему прочему у нее, как я понимаю, есть магические способности. Верно, Варлок?
— Есть. Неплохие.
— Ладно. А ты, Варлок, что скажешь?
— Можно, пожалуй. Доводы Офицера меня убеждают. И, насколько я понимаю, мы действительно долго-долго будем присматриваться к этой… Аэде или Кайндел, как предпочтительней?
— Я привыкла к имени Кайндел.
— Хорошо. Хотя мне в первую очередь хотелось бы узнать у нашей гостьи, на что она сама рассчитывает?
— Резонно, — согласился Один. — Итак?
— А какие есть варианты? — заинтересовалась девушка, немного оживившись. Вот теперь она знала наверняка, что ее обязательно выслушают и вряд ли захотят уничтожить.
— Либо ты хочешь стать одной из нас, войти в ОСН, либо нет.
— Я не могу так, с ходу, — возразила она. — Вы мне предлагаете выбор между жизнью и смертью? Или между постоянной и разовой работой на вас?
— Второе вернее. Я прав, Один?
— А как же…
— Если я войду в вашу Организацию, то кем там стану? Чем буду заниматься? Я хотела бы ознакомиться с уставом, да и вообще узнать: чем вы занимаетесь, какие цели преследуете. Грубо говоря, кто станет во главе нового правительства?
Багира фыркнула так громко, что заглушила смешки большинства остальных. Только Один посмотрел на Кайндел вполне серьезно, а Варлок — даже с симпатией.
— И кого бы вы предпочли? — спросил, улыбаясь, глава ОСН.
— Мне трудно судить, — девушка дернула плечом. — Особенно на этой стадии развития событий. Но вообще-то я монархистка, если честно.
Смешки сменились хохотом, правда, добродушным.
— Да и мы пока об этом не задумываемся, — Один добродушно улыбался. — Сначала надо победить. Ближе к благополучному концу мы все это, конечно, обдумаем. Но ни одно из ныне существующих правительств лично меня, конечно, не удовлетворяет. И остальных оэсэновцев, видимо, тоже… Итак, не буду вас торопить. Обдумать этот вопрос, конечно, нужно. Мы же пока продолжим. Роннан?
— Пожалуй, да.
— Испытатель?
— Да, почему бы и нет. Особого риска я здесь не вижу. Существует уйма возможностей проверить девушку и окончательное решение принять позднее, — офицер, названный Испытателем, смерил Кайндел оценивающим взглядом, и у нее кольнуло сердце. Скорее всего, этот человек занимался внутренней безопасностью ОСН, по крайней мере, взгляд у него был соответствующий. А своим ощущениям она привыкла доверять.
— Оратор? Книжник?
— Да, мы не против.
— Тебя, Странник, и не спрашиваю. По лицу вижу, что ты не прочь попробовать. — Человек со странным, удивительно неподвижным лицом, к которому обратился Один, кивнул. — Отец Тук?
Последний из тех, кого назвал глава Организации, практически все время просидел молча, сосредоточенно ковыряясь в зубах. Был он толст, потому в первый момент и не бросался в глаза его немалый рост. Уже потом становилось ясно, что человек этот не столько толст, сколько велик, просто огромен. Он занимал сразу два стула, но, судя по движениям, был довольно подвижен. На Кайндел он взглянул в первый раз именно теперь, и она оценила мягкость его взгляда. Он мог оказаться каким угодно, только не жестоким — такие люди обычно очень добры. Особенно же к доброте их располагает отличное пищеварение.
— Давайте, — неразборчиво сказал он. — Такая милая девочка.
— Я категорически против! — резко заявила Багира.
— Твое мнение мы уже все слышали, — с легким, все-таки прорвавшимся раздражением ответил Один. — И приняли во внимание… Предлагаю вам, Кайндел, для начала ознакомиться с уставом ОСН. Прямо сейчас, идет? На первый раз?
— Вполне, — согласилась Кайндел.
Офицеры еще долго и многословно обсуждали какие-то дела, связанные с курсантами (девушка понимала, что при ней ничего действительно важного говорить не будут, но прислушивалась — и не прогадала. Условия приема, обучения и дальнейшего «карьерного роста» курсантов ОСН ее чрезвычайно интересовали), а ей дали полистать распечатанную на принтере книжечку устава. Ничего нового она не узнала — вся эта информация была ей доступна и раньше. Действительно новое при ее нынешнем положении предполагалось только услышать, но никак не прочитать.
Для себя она, в общем-то, уже сделала единственно возможный выбор. ОСН, разумеется, будет защищать ее лишь в том случае, если она станет одной из них. То, к чему стремился Алый Круг, с некоторых пор стало ей чуждо, а Организация была единственной силой, способной противостоять Ночи и ее сторонникам, в большинстве своем незаурядным магам. В конце концов, если ее, Кайндел, что-нибудь не устроит в ОСН, она просто окажется в прежнем положении.
И на повторный вопрос Одина она, аккуратно положив книжечку устава на край стола, ответила утвердительно. Впрочем, устав ей тоже понравился — за недостатком времени его не успели изложить сухим официальным языком, облечь формулировки в нечитаемые и холодящие душу слова без какого-либо признака жизни. Маленькая книжечка давала полное представление о том, к чему на первых порах стремится Организация, и какими именно путями ее бойцам следует выполнять свой долг. Ничего настораживающего на этих страницах не нашел бы самый рьяный враг ОСН.
— Итак, вы согласны, сударыня? — еще раз осведомился Один, жестом давая Багире понять, что той лучше помолчать.
— Да. Разумеется. Но, надеюсь, ваши курсанты не маршируют по полтора часа в день?
— Ну что вы, это не армия, — расхохотался офицер, которого глава ОСН называл Книжником. — У наших курсантов на строевой шаг не остается времени. Но согласитесь, он редко требуется в бою.
— Согласна. Вообще никогда не требуется.
— Что ж. — Один взял ладонь Кайндел в свою, жесткую, как наждак. — Предупреждаю — трудиться придется очень много. Конечно, как я полагаю, вы умеете и знаете о магии немало, однако другие навыки придется приобретать наравне с прочими курсантами.
— Я это понимаю. Я готова.
Она заглянула в его глаза. Можно было не сомневаться, что в юности этот мужчина кружил головы девушкам и наслаждался этим в полной мере. Взгляд его по-прежнему наполняло пламя юности, хотя оно давно уже претворилось в нечто иное, чем тяга к наслаждениям. Несмотря на свой сравнительно небольшой возраст, он сумел добиться многого и в своей жизни, и от самого себя. Один прекрасно владел собой, но Кайндел умела смотреть в душу даже тем, кто прятал ее. Она не стремилась продлить взгляд, подавляя своей волей волю другого — ей требовалось лишь прочесть чужую мысль.
И она добралась до мысли Одина. Та оказалась злой. «Я, конечно, не верю тебе, — думал он. — Но от былой последовательницы Алого Круга, обладательницы таких необычных навыков и умений можно добиться многого. А к важной информации я тебя все равно не подпущу. Ни в коем случае».
Он сморгнул, будто почувствовав, что его душу вывернули наизнанку. Но девушка лишь любезно улыбнулась главе ОСН. Она ждала худшего, и выведанное успокоило ее. Если Организация готова давать ей новые знания и навыки в обмен на информацию, которую ей теперь нет никакого резона скрывать… Что ж, тем лучше. Доверие ей не нужно. Пока ей нужна только жизнь, возможность успокоиться и окрепнуть, стать сильнее тех, кто стремится найти ее и убить.