Страница 74 из 142
Мне, на самом деле, не нужно влезать в душу Станислава Евграфовича. Я просто хочу, чтобы он нормально отдохнул, и в ночь с 25 на 26 сентября ни секунды не сомневался в своём решении — вспоминая в том числе и пляж в Крыму, и эту Технику Молодежи — и мечты человечества о покорении космоса.
Вспоминая всё это, я не заметил, как мы вместе поднялись на чердак, содержащийся в чистоте и порядке (еще бы, пыль бы лежала, были видны мои следы туда и обратно!), переместились к углу со старыми книгами и журналами, и увидели три пачки журналов — там где я их положил, как раз конец 50-х и 60-е, 70-е, и нынешние, 80-е. Петров предложил взять сперва 60-е, я спросил — почему?
— Понимаете, Николай, уже после первого спутника в 1959-м году начался, бувально всенародный энтузиазм по поводу космоса, но по-настоящему "бредить" космосом люди и в СССР и во всем мире стали после полета Юрия Гагарина — и школьники и студенты заваливали газеты и журналы самиыми фантастическими проектами по теме космоса. Наиболее интересно их разбирали, как раз в Технике Молодежи — у нас во Владивостоке этот журнал было просто не достать, в библиотеке на него запись была с километр длиной. Собственно, мой личный интерес к самолетам, к ракетам — он во многом тогда же, в начале 60-х возник и закрепился, и журнал мне этот очень нравился обстоятельностью рассмотрения любой, даже самой вроде бы идиотской идеи. С инженерной точки зрения. За и против, и вердикт.
— Понятно, ну, у меня похожая ситуация, хотя я больше помечтать специалист и фантастику люблю, хоть и научную — но местами конечно сильно завиральную, такой иностранная является — Станислав Лем и Роберт Хайнлайн, например. Классика вроде Уэллса или Бредбери в-основном устарела, скучновата. Азимов тоже скучен, говорят, он вовсе сатиру на современную Америку пишет под видом фантастики. А красивые картинки про космос в Технике Молодежи — если начинаешь даже на пальцах прикидывать возможность реализации этих проектов, скажем, построить хотя бы большую орбитальную станцию-тороид, с атмосферой внутри и гравитацией за счет центробежнных сил — то сразу ясно, это нереально!
— А, так Вы про этот тороид тоже думали?
— Я, наверное, если мы шустро полистаем, даже обложку журнала с ним, сейчас найду.
— Куда торопиться, да и Диме я хотел еще показать. А может, сын Тенгиза тоже заинтересуется, он же ведь почти того же возраста? Они на пароходе с Димой познакомились.
— Тоже правда. Ну, берём 60-е и понесли вниз? — подытожил я обсуждение.
— Давайте! Вам половину и мне половину — полистаем и выберем номера поинтереснее. Я себе возьму с 60-го по 64-й, хорошо?
— Конечно! А мои тогда 65-69! Где-то там должна была схема типового фантастического романа, от Станислава Лема — мальчишкам наверняка понравится.
— Нет, не думаю. Мне кажется, это 70-е уже, середина — потому что мы её с ребятами как раз на моём новом месте службы, кажется именное её разбирали, она вроде бы и шуточная — а хороший пример алгоритмизации реакции на любое неожиданное событие — что делать в случае А, в случае Б, и так далее. И назывался необычно — "Карманный комьпютер сюжетов для авторов научной фантастики", или как-то так.
— Ну, вот и выясним!
С Петровым мы на этом расстались, я вернулся к себе, и начал смотреть подшивку, отделяя те номера, где картинки побольше, а текста поменьше. Ну, что делать, я же не ученый! Этот процесс занял у меня прилично времени, и дело подошло к полудню.