Страница 58 из 142
— Товарищи, был у нас план, плавного такого знакомства с Петровыми, но сейчас его придётся форсировать. Меня натолкнули на идею Ваши слова, товарищ генерал — про "маршальскую дачу" ,— я сделал паузу, и благодарно кивнул — генерал ответил поощряющим жестом руки, мол, излагай дальше, боец.
— Оригинальный план — шапочное знакомство моей жены с Петровым в кабинете у Гали, привет-привет назавтра на пляже вашего санатория, приглашение на прогулку на катере с пикником, потом ужин в ресторане совместный и под это дело внешняя опёка со стороны ваших и некоторых наших сотрудников. Теперь, события заставляют сразу переходить к прогулке на катере — но с одним нюансом — если сейчас договорюсь, то можно Петровых переселить в частный посёлок, там где Тенгиз из Восхода живёт, и еще генерал МВД в отставке рядом. Вот, к последнему, он вроде одинокий ну или жена куда-то уехала — как-нибудь Петровых бы поселить на 3 недели, чуть охрану на въезде в посёлок усилить, и никто больше ни сок не разольет, ни рис не пересолит — там чужих практически нет. А нас с Машей, подселить к Тенгизу, вроде как мы друзья их давние. Будем, поневоле, встречаться, на пляже общаться, а дети его компанию себе найдут, надеюсь без драк и прочих неприятностей. Вот, у Тенгиза дети есть — тоже мальчик и девочка, по возрасту подходят, ну почти. Только надо аргументы какие-то найти для того генерала и для Тенгиза, они оба весьма, как бы помягче, не очень хорошо относятся к вашему ведомству.
— А при чем здесь маршальская дача? ,— спросил Олег, пока "Куст", видимо, так и эдак что-то прикидывал, пока ничего не говоря, но заинтересованно выслушав меня.
— Да когда я туда в первый раз ехал, спросил про Генеральские пляжи, а Тенгиз мне в шутку ответил, что у них скорее Маршальский пляж — на отшибе, чужих никого и очень уединенное место.
— Понятно, понятно, ну что, товарищ генерал, как Вам идея ,— повёл разговор дальше Олег.
— Как черновик, сойдёт, только прорабатывать надо. А селить его на настоящую генеральскую дачу — будет посложнее всяко, потому что бархатный сезон на носу, свободных мест на все 3 недели можем и не найти, а переселять туда-сюда — будет для них некомфортно, да и обслуживающий персонал — горничные, кухарки, уборщики, садовники, водители — слишком много людей будет вокруг толкаться, трудновато отследить будет. Олег — можешь проверить, что у нас на Тенгиза этого есть? А про товарища генерала я кажется знаю — сын у него на еврейке лет 7 назад женился, жена-еврейка не роскошь, а средство передвижения, дальше её родня заставила их подать на эмиграцию, посидели пару лет на чемоданах, потом их все же выпустили, но генерала нашего выпихнули в отставку, и сына с тех пор он не видел, помогать он нам не станет, если только … ну что, организуем им встречу на Эльбе, это ведь несложно, просто пнуть надо как следует кого следует кое-чем из архивов. Либо сыну визу откроем в СССР, либо генералу — куда-нибудь в Венгрию, там и встретятся.
Олег покивал, и спросил по-деловому: "— Что за Тенгиз такой?"
— Зам. директора в Восходе, грузин такой фактурный, хороший человек.
— Отчество, фамилия? Я может и знаю его, наверное, но не хочу гадать! Я в Феодосии меньше года, если ты не знал — много с кем знаком, но не со всеми еще перезнакомился.
— Да не помню фамилию, мы как-то с ним быстро на ты перешли, но вот у меня в бумагах из Восхода есть его подпись с расшифровкой — и я протянул бумаги Олегу. Тот глянул, что-то записал на листочке и ушел на узел связи — видимо, будет звонить оперативному дежурному. Генерал, дождавшись, пока за ним закроется дверь, подтянул к себе телефон и набрал номер, подождал ответа, слушая гудки и вдруг произнёс в трубку:
— Семён Аркадьевич? Не спишь? Тут по твоему вопросу есть шанс продвинуться дальше, если ты еще не все матюки на нас сложил, конечно, и совсем яростным антисоветчиком не стал .." ,— и дальше — "Дело такое, я готов сорваться и к тебе поехать, или ты к нам приезжай, машину твою пропустят. Не хочу тень на плетень наводить, но дело по-настоящему государственной важности, никаких шуток, позарез ты нам нужен, дорогой .. Ну … ждём!"
Обернувшись ко мне, заметил: "Аркадьевич, считай, наш, засиделся он на пенсии, а теперь давай думай, как тебя ему заново представить. Давай-ка, ты будешь привлеченным гражданином, добровольным помощником, так сказать, согласен?"
Я сказал: "Хорошо, а дальше как Вы развитие ситуации видите? Кстати, пока Олег ушел — можно вопрос — товарищ "Крем брюле" ведь специально мне сказала, что Вы старый, дела забросили и … а я и поверил ей еще, только удивился, зачем откровенничает с малознакомым человеком?"
— Какой товарищ? ,— вроде как удивился генерал
— Майорша на входе, которая то ли мороженое продает, то ли внешнюю охрану гоняет в хвост и гриву.
— А, она. Только она не "Крем брюле", но .. это не твоё дело. А так — да, конечно моя двоюродная племянница выполняет мои прямые указания, даже если и нужно покритикоать меня за глаза , — радостно улыбнулся "Куст", как и всякий человек, интрига которого завершилась успешно, и добавил:
— Про развитие ситуации .. пока не скажу, рано!
И "Куст" предложил подождать Олега и потом думать вместе. Потом позвонил в столовку, чтобы принесли еще чаю и слегка перекусить, похоже, мы сегодня засидимся ночь-заполночь.
Через минут 15 пришел Олег, и рассказал, что у Тенгиза Джумберовича Георгадзе в Феодосии все очень хорошо, а еще лучше в Грузии — у его родственников-цеховиков, родственников в МВД, родственников в КГБ и родственников в криминале, потому что это большой клан, почти как в Италии. Единственное, что пока недоступно Тенгизу — это опять же та самая заграница, куда его принципиально не выпускают, кроме Болгарии, которая "курица не птица, Болгария не заграница". Причем без особых оснований — просто из вредности, что мол не всё можно купить за деньги кавказцам в Крыму, чай, не Кавказ.
"Куст" кивнул, мол проблема решаемая, и добавил: "Сделаем ему Западную Европу, пусть везёт туда икру и фотоаппараты, и обратно технику и шмотки, ну и музеи может какие посмотрит, а заодно подучит историю компартий — хоть Италии, хоть Германии. Проще всего ему круиз для начала сделать из Одессы, как в Бриллиантовой руке, выездную визу ему продавим, комиссия придирааться не будет, всё равно за генерала просить, водку в бане пить, так чего не попросить сразу за двух человек?"
И тут, если честно, "Куст" для меня открылся с другой стороны. Как тот самый кот, который только притворяется спящим, пока вокруг пляшут мыши. А сам всё слышит, всё знает, и в любой момент — цап-царап! Захотелось, наконец, узнать его имя-отчество, но момент был неподходящий.