Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 17 из 63

Сами знаете древнюю истину о том, что завтрак надо съесть самому, обедом поделиться с другом, а ужин отдать врагу. Нет, ужин я не собиралась никому отдавать, лишь ограничиться лёгким салатом.

Впрочем, до него ещё надо дожить!

— Сейчас Эрилла причешет тебя, и ты присоединишься к остальным, — постановила Паталла, едва последний кусочек сыра был съеден.

Эрилла, та самая грубиянка в чепчике, смиренно вздохнула и принялась расчёсывать мои волосы. Надо же, при гранд даме она себя совсем по-другому ведёт!

Я было собралась заявить, что и сама с этим прекрасно справлюсь, но Паталла меня отвлекла. Да и боли не было – шампунь оказался просто замечательный, после него ничего не запуталось, наоборот, волосы расчёсывались очень легко.

— Сейчас идёт время рукоделия, — уведомила меня Паталла. — И то, что ты его пропустила, не пойдёт тебе на пользу. Все девушки занимаются тем, что готовят подарок Его Величеству своими руками. Это будет четвёртый этап отбора, через сутки после музыкального конкурса.

Что? Музыкальный конкурс? Ха, о рукоделии можно даже не волноваться, ибо я ещё на музыке сольюсь. Нет, и почему я отказалась от тех занятий игры на гитаре, которые мне предлагал Васька? Впрочем, не факт, что здесь вообще существует такой инструмент.

— Вам всем повезло, — продолжала гранд дама. — Исключительно благодаря доброте короля музыкальный вечер состоится не сегодня, а завтра. И да, твоя выходка была первой и последней, — она добавила стали в голос.

— Обещаю – больше никаких истерик! — заверила её я.

Причём заверила с лёгким сердцем, ибо прекрасно понимала, что уже завтра меня здесь не будет. Я обязательно провалю испытание и отправлюсь уже на вольные хлеба.

Последняя мысль меня немного напрягла. Всё же я пока ничего не знаю об этом мире за исключением суточного опыта. Интересно, какая здесь медицина? Они вообще знают, что такое кишечные швы, к примеру?  М-да, сейчас мне куда важнее погрузиться в себя, а не пытаться сотворить какой-нибудь хендмейд.

Эх, знала бы Паталла, каким я обычно рукоделием привыкла заниматься… Викрилом по мягким тканям.

Делать нечего, пришлось мне всё-таки идти в просторную, залитую струившимся из огромных окон солнечным светом залу. Чего там только не было: деревянные конструкции всевозможного назначения, столы, уставленные корзинами с нитками, лентами, и прочее, и прочее.

И тьма девиц, трудящихся в поте лица во имя победы на отборе. Ух, битва не на жизнь, а насмерть!

Конечно, я ехидничаю, но вообще все эти приспособления для рукоделия навевают мысли о пытках. На одной деревянной раме, стоявшей вертикально, были натянуты нити, словно это некая примитивная арфа. Но нет, приглядевшись, я увидела, что одна из девушек аккуратно перебирает эти нити, вплетая в них пушистую шерстяную нить.

Похоже, это будет что-то вроде ковра.

Другое приспособление напоминало батут, ведь между деревянными рамками был натянут кусок холста. В уголочке приютился красивый цветок яркого малинового цвета, который успела вышить другая девушка. Даже представить страшно, сколько ей придётся корпеть, прежде чем всё полотно заполнится.

Уж лучше две уранопластики[1] и три металлоостеосинтеза[2] в один день сделать.

Но это всё мелочи, потому что, пройдя чуть подальше, я заметила совсем уж странную конструкцию: на небольшой деревяшке лежал тканевый валик, к которому крепилась куча фигурных палочек. На каждую палочку были намотаны нитки, концы которых тянулись к куску бумаги, прикреплённому к валику. А ещё там торчали иголки с круглыми кончиками (кажется, это называется булавками, но я до конца не уверена), придавая этому пыточному приспособлению особенно таинственный вид.

Люнетта и Ардетта, сидевшие за столом с пяльцами, бросились ко мне навстречу.

— Всем оставаться на месте! — грозно рыкнула гранд дама. — Нечего тратить время на досужие разговоры. Итак, что ты умеешь делать лучше всего?

Это она уже мне? Хм, что бы такого придумать, чтобы можно было спокойно посидеть и подумать?

Подойдя к одному из столов с корзинами, я принялась рассматривать их содержимое. А ещё судорожно пыталась вспомнить хотя бы один урок труда, на котором нас учили шить, вышивать и вязать.



Вязать! Я точно помню, как вязать!

Примитивно, конечно, но шарфик английской резинкой я своей кукле точно делала. Кажется, там две петли верхние, две нижние… Да, точно! Будет отмороженному королю снуд для обогрева – его можно закольцевать, что сократит объём вязки.

— Я буду вязать шарф, — постановила я, вытаскивая пару длинных спиц из квадратной корзинки с инструментами. — Пусть он его греет в холода.

Сзади раздался ехидный смешок и не менее ехидный комментарий:

— Очень своевременно – шарф в такую жару.

— Тишина! — рявкнула Паталла, правда, взгляд её был солидарен с говорившей.

Нет, ну я не спорю – логика железная, просто я больше ничего не умею. Не операцию же проводить на глазах у монарха! Во-первых, для этого нужен повод, во-вторых, не факт, что он придёт от этого в восторг. Да и инструментов может попросту не быть.

Чёрт, я что-то совсем забыла, что сольюсь уже завтра на музыкальном конкурсе.

Понимая, что терять мне уже абсолютно нечего, я выбрала самый яркий цвет – розовый. Поросячий такой, который любят маленькие девочки. Потом, правда, передумала, поменяла на горчицу, потому что поняла, что если я этот снуд всё-таки свяжу, то вполне могу забрать его с собой. В конце концов, хорошая погода не каждый день бывает, а у меня здесь почти ничего и нет.

М-да, хороший был план, пока до дела не дошло. Нет, я почти всё вспомнила, вот только руки… Точнее пальцы… Они явно не привыкли к такой мелкой работе.

Петли я делала медленно и печально. Впрочем, я не особо заморачивалась, всё больше внутрь себя смотрела, пытаясь хоть как-то расшевелить ту часть сознания, которая принадлежала бывшей хозяйке этого тела.

Тяжесть. Вся жизнь Жардетты – сплошная тяжесть. Она всегда была самой крупной. Да, её очень любят родители, особенно отец, но вот что касается остальных… Люнетта и Ардетта – её единственные подруги, остальных попросту нет.

У меня даже слёзы навернулись, когда я добралась до того места, как она узнала о намерениях своего первого и последнего ухажёра. Она сам ей проболтался. Когда она засмущалась от того, что он полез ей под подол, и стукнула его по руке, он так и сказал:

— Чего ломаешься? Всё равно никому не нужна, так хоть мне дай спор выиграть. Так и быть, я тебе пряник куплю имбирный.

Конечно же, она от него убежала. Жаль, что по голове не стукнула, но в тот момент ей было слишком больно. Грудь разрывало от рыданий, сердце словно остановилось, казалось, что мир уже никогда не будет прежним.

Семья и подружки буквально вытащили её из пучины жуткой депрессии. А уж когда объявили королевский отбор, то Люнетта и Ардетта уговорили её пойти вместе с ними. Разумеется, просто развлечься: прогуляться до города, послушать сплетни, посмотреть на отморозка, пардон, короля.

Жардетта до последнего не решалась на эту авантюру, и только любопытство и мысль о том, что во дворец она точно не пойдёт, подвигли её взять на работе парочку выходных.

М-да, сходила, прогулялась. С летальным исходом. Кстати, тут мерзкую девицу, которая приказала не останавливаться, когда Жардетта не убралась с дороги вовремя, девочки мне показали. И я её запомнила! Вон она сидит ближе всех к окну и перебирает те самые странные фигурные палочки с нитками.

Попадись она мне одна в тёмном углу! Уж я её…

Так, стоп! Ты – не Жардетта. Да, доступ к воспоминаниям есть, но душа-то другая. И вообще, у меня высшее медицинское образование, неужто я не придумаю месть получше, чем банальный удар по голове?

Да, надо отвлечься. Месть – это блюдо, которое подают холодным. Лучше заняться систематизацией информации о мире, где я очутилась. К сожалению, сведений не так уж много, впрочем, и этого пока вполне достаточно, нужно сначала это переварить.