Страница 33 из 103
Здесь освещения не было, и я уже подумал использовать золотую карту с огоньком — несмотря на неудачную первую попытку, та осталась при мне — но через минуту нащупал выключатель, и тот оказался рабочим. Справа лежало длинное и узкое помещение для кассиров, в котором места хватало по сути только для ряда кресел перед окошками касс, да в конце стоял открытый шкаф, на первый взгляд пустой. Вперёд уходил короткий коридор с единственной комнатой слева, занавешенной ширмой из плотной ткани. В конце коридора виднелась дверь с не требующей объяснений табличкой WC.
Перед тем, как двигаться дальше, я немного подождал, прислушиваясь, но ниоткуда поблизости не доносилось ничего похожего на характерное жужжание слепней или щёлканье ножниц. Дверь в вестибюль подпирал большой мешок со строительным мусором, то ли забытый впопыхах, то ли оставленный намеренно. Я на всякий случай проверил его на предмет лута — ничего, кроме разочарования. Будем надеяться, что это первый и последний бесполезный «контейнер» в этой зоне.
Я отодвинул ширму на боковой комнате и понял, что давненько так не ошибался.
Нельзя сказать, что комната по левую руку была захламлена. Скорее, из-за хлама её почти невозможно было разглядеть. Башни из старых газет и журналов — на русском, английском, японском и незнакомых мне языках, высились до потолка, некоторые буквально упирались в него. Груды поеденных молью униформ отчётливо воняли нафталином, беспорядочно расставленные столы ломились под тоннами бумажных папок — часть из них также развалилась по полу. Мне пришлось всматриваться в этот адский бардак пару минут, прежде чем я разглядел в глубине знакомый шкафчик. Ещё минут пять — чтобы добраться до него, не обрушив себе на голову нагромождения макулатуры.
— Может, на этот раз обойдёмся без ключа? — с надеждой предположил я, заглядывая внутрь. Ага, разбежался.
Как и в прошлый раз — три шкафчика поменьше, стеклянные на вид, непробиваемые по факту, в каждом — своя игральная карта. Щит, череп и новый символ — открытый глаз. Что я получу, если порву эту карту? Очки? Подзорную трубу? Неважно, эксперименты подождут. Если карты метро здесь нет, берём оружие, а но перед этим понадобится ключ.
Я глубоко вздохнул, ещё раз обшаривая помещение глазами и пытаясь найти какие-нибудь зацепки. Искать ключ под завалами бесполезно, к тому же попахивает самоубийством. Зона касс? Возможно, но сперва стоит проверить кое-что поближе.
Надо заметить, что последний раз, когда я посещал общественный туалет, был в незапамятные времена — где-то за месяц до того, как я записался на бета-тест. Моё тело в Аниме обладало рядом преимуществ, и одно из них — отсутствие необходимости избавляться от отходов жизнедеятельности. Проще говоря — справлять нужду любой величины не требовалось. По видимому, тело просто перерабатывало в энергию всю пищу и воду, которые попадали внутрь. Или почти всю — тот же пот никуда не делся, а вот про походы в сортир я успел забыть.
До сего момента, когда Изнанка услужливо воссоздала один из худших вариантов уборной с матушки-Земли. Тесное, тусклое, грязное помещение, с треснувшей раковиной над разбитым зеркалом и унитазом, который не мыли годами. Крышку бачка кто-то свистнул на память, так что можно было хорошенько полюбоваться на непроглядно-ржавую воду, наполняющую резервуар. И запах. Конечно, запах. Дьявол, нафталин-то был вовсе не так плох!
Бросив единственный взгляд вниз, я захлопнул крышку унитаза и с трудом сдержал тошноту. Если меня вырвет, то туда же, а значит, тут же затошнит снова. Я нащупал ручку и нажал на смыв, наблюдая, как чёрная вода неохотно покидает бачок. После характерного бурлящего звука раздался ещё один — тихий «звеньк». Я еле успел вынуть из бачка ключ от ящичка, пока его не смыло с концами.
— Лучше уж чудовища, чем такой сортир, — буркнул я, вернувшись в заваленную хламом комнату и с наслаждением втягивая в себя воздух. Плохого понемножку, сейчас разживёмся оружием и подумаем, где искать схему метро.
Ключ в обмен на карту с черепом — уже знакомая процедура. Можно было порвать её на месте, но пока я возился с дверцей шкафчика, неудачно задел одну из газетных «колонн» и та опасно зашаталась. Чертыхнувшись, я отпрыгнул назад, и, разумеется, задел ещё одну. Комнату удалось покинуть буквально чудом, пока следом рушились горы пыльной макулатуры. Не успел бы на секунду — получил бы достижение за одну из самых идиотских смертей. Шкафы с книгами на меня в Аниме уже сталкивали, но оказаться погребённым под старыми газетами было бы ещё «круче».
Всё. Нафиг этот отвратный закуток, с лутом или нет, как будто созданный, чтобы действовать мне на нервы. Хотя почему «как будто»? Тени прекрасно знают, какими мелочами меня довести до кипения, даже не прибегая к помощи слепней, слизней или боссов.
Вернее, сперва не прибегая.
Ранее пустующий и тихий вестибюль наполнялся каким-то новым звуком, природу которого я разобрал не сразу. Жужжание, но негромкое, не похожее на слепней, скорее механическое. Я безрезультатно вертел головой, пока наконец не додумался задрать глаза к потолку — и уткнулся взглядом в объектив камеры наблюдения.
Нет, не объектив. Объективы. В углу помещения с потолка свисал целый пучок камер, не меньше четырёх, абсолютно одинаковых и направленных в одну сторону — на меня. Помедлив, я сделал шаг назад — и объективы последовали за мной. Шаг в сторону — и они снова навелись на меня с тем самым лёгким жужжанием. Готов поклясться, раньше их здесь не было, но даже если были — они абсолютно точно не двигались. Возможно, они ожили, когда я открыл шкафчик с картами, возможно ещё раньше — когда я поднял шум, открывая дверь.
Сделанного, очевидно, не воротишь, разве что при следующей попытке вести себя потише — но мы пока ещё не закончили с текущей. Забив на камеры, я метнулся через турникеты к коридору, ведущему на станцию. И замер, едва дыша, в сантиметре от переплетения едва заметных полупрозрачных нитей, которое теперь перегораживало единственный выход. Словно паутина, только масштабом не для насекомых. Жужжание со стороны камер усилилось и я обернулся туда — хотя оборачиваться совсем не хотелось.
Нарушитель — то есть, я, вломился в вестибюль и поднял шум. Теперь пришёл дежурный — разобраться и оштрафовать.