Страница 29 из 52
Ему просто интересно с такой, как я. Очевидно же, насколько я отличаюсь от девочек его привычного круга общения. И я не думаю, что мне стоит воспринимать все его слова всерьез. Чтобы потом не было больно...
Впрочем, получать удовольствие от общения с ним, пока он готов со мной общаться, мне ничего не помешает.
Разве что... его мама и неожиданные гости.
Мы с Мироном почти доходим до дверей, ведущих во внутренний двор, когда его окликает Галина:
— Дорогой, к тебе пришли друзья. Будь добр уделить свое внимание и им.
— Я никого не ждал, — хмурится Мир.
— На то они и друзья. Их ждать совсем не обязательно, — добавляет Галина сладости в свой голос. А затем смотрит на меня и говорит, даже не меняя интонации: — Люба, ты тоже к нам обязательно присоединяйся. Чаю хватит на всех.
Мирон не сдерживает усмешку, я же поднимаю на него опасливый взгляд. Галина в очередной раз что-то задумала, верно? Он мне подмигивает и, пожав плечами, идет в направлении гостиной вслед за своей мамой:
— Ну, поглядим, кого там принесла нелегкая. Пойдем, фенек.
— Нужно предупредить Никиту, — не двигаюсь я с места.
— Точно. Я тебя подожду.
Через десять минут мы втроем входим в гостиную, где Галина, обаятельно улыбаясь и что-то говоря, разливает по кружкам чай для Марины и... ее брата. Они оба ей тоже улыбаются.
Я чуть запинаюсь, Мирон заметно напрягается, даже Никита смотрит на гостей с подозрением. Последние обращают свои взоры на нас, и Марина тут же подскакивает с места, чтобы в следующее мгновение повеситься, в прямом смысле слова, на шее Мирона.
— Привет, мой хороший, — томно шепчет она ему на ухо. Я ее слышу, потому что стою рядом, а еще потому что — и это не маловажно — она хочет, чтобы я ее слышала. Мирон с усмешкой на губах чуть отстраняет ее от себя, но та совершенно наглым образом оставляет свою помаду у него на обеих щеках и только потом обращает внимание на меня: — Привет, подружка.
Мои щеки тоже страдают от ее помады, пока я сама нахожусь в некотором недоумении. Возможно, она не рассказала Галине о том, что вчера открыла мне свое истинное лицо, и лицо Галины заодно, и сейчас притворяется, что все идет по плану? Или она соврала о том, что мама Мирона меня терпеть не может? Впрочем, это слишком очевидно, чтобы не было правдой. Тогда для чего это представление?
В общем, я окончательно во всем запуталась.
Марина обхватывает пальцами ладонь Мирона и тянет его за собой, усаживая на диван рядом.
— Никита, Люба, — манит нас пальцами Галина. — Не стойте, присаживайтесь. А то чай остынет... Нет-нет, милая, — перехватывает она меня за плечи, когда я хочу опуститься в кресло, и буквально передвигает меня к дивану, — садись вот сюда, чтобы составить приятную компанию Вите. А ты, Никит, — оборачивается она к сыну, усадив меня, — занимай свободное кресло. Вот и замечательно, — усаживается она и сама. — Пейте чай и рассказывайте, как у вас дела?
Таким образом я оказываюсь между подлокотником дивана и Виталием, а Мирон — с другого края дивана. Нас разделили. Догадываюсь, что специально.
— Привет, огонек, — подмигнув мне, тихо здоровается Виталий.
— Здравствуй, — так же тихо выдыхаю я.
Интересно, насколько глубоко его посвятили в тему происходящего? Неужели он заодно с этими двумя спевшимися птичками?
— Марина, Виталий, как поживают ваши родители? — тем временем интересуется Галина.
— Спасибо, хорошо, — сладко щебечет в ответ Марина. — В прошлую субботу они вернулись из-за границы. Варшава пришлась им по вкусу. Буквально завалили нас с Витей своими впечатлениями и подарками.
— Очень здорово. Мне нравится, что они доверяют вам настолько, что не переживают, оставляя вас одних. Потому что вы выросли очень ответственными молодыми людьми, верно?
Мирон усмехается, но Галина лишь молча бросает на него короткий строгий взгляд, а отвечает ей Виталий:
— Спасибо на добром слове, Галина. Уверен, вы справляетесь со своими детьми не хуже, чем наши родители.
— Очень верю, Виталий, очень верю, — натянуто улыбается она, вновь стреляя глазами в Мирона. — Люба в нашем доме совсем недавно, и я надеюсь, что и ей пребывание в нем пойдет на пользу. Единственное, что меня расстраивает уже сейчас... У нее совсем нет друзей. Мирон, конечно же, поддерживает ее, как свою сестру, как, впрочем, и должен поступать настоящий брат, но... Но кто же сводит ее на свидание? Девочки в ее возрасте просто обязаны гулять по свиданиям, правда, Марина?
— Конечно! Хорошо помню первое свидание с вашим сыном, Галина. О, он в тот вечер был просто на высоте: такой галантный, обходительный...
— Никит? — притворно удивляется Мир. — Да ты просто красавчик!
Никита заливается звонким, немного смущенным смехом, я тоже не сдерживаю смешка, да и остальные вежливо оценивают шутку улыбками.
— Ну вот что ты паясничаешь, Мир? — шутливо хлопает его ладошкой по бедру Марина. И там и оставляет руку. — Мы и правда тогда отлично провели время.
— Не сомневаюсь, — «счастливо» улыбается Галина. — Всегда считала вас хорошей парой. Вы чудесно смотритесь вместе.
И Мирон этого не отрицает, ладошку со своего бедра тоже не убирает, — его даже не смущает ядовито-розовый маникюр! — и вообще, он выглядит вполне довольным. В моей груди свербит неприятное чувство — что-то вроде изжоги. Но это не она.
— Не думаю, — берет слово Виталий, «случайно» задевая костяшками пальцев мое бедро, — что Люба надолго останется без ухажеров. Они наверняка имеются у нее уже сейчас. Так, Люб?
— Эм... — мгновенно смущаюсь я, опуская глаза. Впрочем, от меня ответа и не ждут.
— А что? — даже подпрыгивает Галина на месте от «восторженной» догадки. — Витя, почему бы тебе не пригласить Любу сегодня вечером на прогулку? О, ты будешь рада, правда, Любочка? Мирон, подтверди, что это отличная идея?
— Может, нам устроить парное свидание? — тут же предлагает Марина.
— Лю, что думаешь? — усмехается Мирон, поймав мой взгляд за спинами брата и сестры. Правда, у меня не получается прочитать выражение его глаз. — Крутая идея, да? Только давайте не сегодня, мне что-то совсем лень. Может, ближе к выходным?
— Я согласна, — улыбается Марина.
А Виталий пожимает плечами:
— Я тоже совсем не против.
— Вот и договорились, — хмыкает Мирон. — Ты как, мам, довольна? Или Нику заодно пару найдем, чтобы уж все пристроены были?
Она коротко и подозрительно сужает на него глаза, но вслух говорит другое:
— Не говори глупости — Никита, конечно же, еще мал для свиданий. Но мне радостно за вас, ребята.
А вот мне совсем не радостно. Я вдруг чувствую себя невозможно одинокой, словно буквально все в этой комнате ополчились против меня. И уж точно я не горю желанием ходить на всякие парные свидания. Лучше сразу пулю в лоб, пожалуйста.
И что вообще означает поведение Мирона? Утром он говорит, что я свожу его с ума, и целует меня, а сейчас не против сходить на свидание с Мариной? Неужели мне действительно придется делить надвое все его слова? Неужели я сама хочу мучиться от неопределенности наших с ним отношений? Пожалуй, нет.
— Простите меня, — резче, чем хотелось, поднимаюсь я на ноги. — У меня... голова. Разболелась. Извините, пойду в свою комнату, при... прилягу.
Ощущая себя словно в тумане, я бросаюсь к выходу из гостиной, боясь смотреть на кого-либо. Особенно на Мирона. Было бы хорошо, если бы меня совсем не волновало то, что он думает по поводу моего скоропостижного побега. Но, к сожалению, я боюсь увидеть в его глазах насмешку или же обвинение в трусости.
— Наверное, это все последствия бессонной ночи перед компьютером, — зачем-то объясняет мое поведение Галина, а через мгновение окликает меня: — Люба, еще на минутку задержись, пожалуйста. Я вспомнила кое-что, что хотела бы тебе срочно сказать.
Вынужденно торможу себя в дверях и, не оборачиваясь, жду, когда Галина меня нагонит. Меньше, чем через минуту, ее пальцы цепко обхватывают мое плечо, а над головой звучит ее тихий и холодный голос: