Страница 6 из 64
– Н-ну спасибо, ну удружил!..
– Я же принес тебе извинения. Но вижу, они тебе явно не по душе. Ну что ж, вызови меня на дуэль.
– Неплохая мысль. Выбор оружия за тобой.
– В таком случае, выбираю честный и прямой, словно шпага, взгляд на нашу проблему. Уверен, ты тоже неплохо владеешь этим оружием, так что поединок будет на равных.
– Благородный выбор, экселенц. Где и когда?
– Прекрасно, – Айзенхарт покивал. – Экселенц – это мне нравится. Итак, ваше благородие господин доминатор, вот тебе два моих условия. Первое – встречаемся здесь, в ГИСО. Как тебе это?
Вит вздохнул с облегчением. Похоже, выдвинутые Айзенхартом требования будут не слишком обременительными.
– Как говорил один мой знакомый барометр, – произнес он, – это уже совсем другая погода. А второе?
– Специфика нашей проблемы требует, чтобы встреча состоялась немедленно. Так надо.
– Уже кладу маузер на пол, – ответил Вит, – и спешу в ГИСО с пустой кобурой.
Спинлайтер кивнул и с непонятной грустью добавил:
– Правильно. Зачем нам маузер? Пусть лучше будет с тобой «дайне гутер штерн».
«Твоя счастливая звезда», – перевел Вит. В подобном контексте пожелание Айзенхарта прозвучало предупреждением. Внутри Вита начало зарождаться неясное беспокойство. Уже стоя перед отползающей вбок дверью, он произнес:
– Дан! Если я невзначай обронил что-то обидное для тебя...
– Да какая уж тут обида! – съязвил Айзенхарт. – Вломился ко мне с белым лицом, наговорил всякого... Ладно, все в норме. Лучше двигай ступнями пошустрее... времени у нас – кот наплакал.
Вит снял с лица орифлектор и шагнул в освещенное солнцем пространство палубно-коридорной потерны. За его спиной массивная броневая плита из вольфрамированной стали неслышно съела дверной проем.
***
Довольно широкая и высотой в два этажа потерна на этом участке седьмого яруса была сегодня почти безлюдна. Верхние зеркально-призматические окна направляли потоки солнечного света в основном на желтый ковротуар и на густые заросли гидропонных кустарников, как цветущих, так и временно не цветущих. Явственно ощущался запах герани... с довольно существенной примесью аромата одеколона «Сюрприз». Подобная одорантная особенность была, так сказать, индивидуально-местного происхождения.
По правую руку мирно искрилась стеклянным дизайном ограда кафе, по левую – агрессивно высверкивали два указателя, ближний и дальний. Ближний бестолково гонял вверх-вниз вдоль эскалаторного борта светящиеся литеры монументального слова «Виадук», а дальний призывно жонглировал бирюзовым словом «Бассейн».
«В любом случае, – с горечью подумал Вит, – бассейн меня сегодня совершенно точно не дождется.»
Он торопливо взбежал по эскалаторной ленте к перрону подвешенной к потолку прозрачной трубы путепровода. Чмокнув эластичными створками, боковина трубы без особого сопротивления пропустила пассажира в тесноватое внутреннее пространство.
Сфалер-кресло было новое и пахло резиной. Ощутив вес пассажира, автоматика перевела защитное лобовое стекло из горизонтального положения в вертикальное. Набирая код финишной остановки, Вит поморщился: к запаху новой резины снова совершенно явственно примешивался аромат незабвенного одеколона «Сюрприз».
Пока пневмокресло с шипением набирало скорость в трубе на воздушной тяге сфалер-носителя, доминатор успел бросить взгляд с высоты: столики в кафе практически все оказались пустыми, лишь у самой ограды увлеченно о чем-то беседовала одинокая парочка. На скользящее в прозрачной трубе сфалер-кресло они не обратили никакого внимания. Вит мельком позавидовал, не без оснований полагая, что беспечная беседа в ближайшем будущем ему определенно не светит. Скорее наоборот.
Дан Айзенхарт встретил долгожданного гостя на пороге собственного кабинета. За короткое время, прошедшее с момента беседы, он успел сменить скромную «индиговую» рубаху на модно скроенный под мундир военного моряка белый комбинезон с нашивками ГИСО на рукавах. На левой стороне груди красовалась глянцево блещущая эмблема концерна «Артемида» – древнегреческая богиня держала в руке большое румяное яблоко, не иначе то самое, что многие века спустя досталось несчастному Исааку Ньютону.
Спинлайтер повел носом в сторону доминатора и полюбопытствовал:
– Ты по ошибке умылся одеколоном «Сюрприз»?
– Если бы. Ситуация куда хуже – меня умыли. А вообще-то, я в последнее время ошибок не делал. Зато вокруг... Скажем так, много чего происходит вокруг. Так что давай-ка сосредоточимся на нашей общей проблеме.
Дан согласно кивнул и сделал приглашающий жест рукой. Вит не замедлил воспользоваться гостеприимством хозяина кабинета и с удовольствием опустился в мягкое удобное кресло. Айзенхарт устроился в кресле напротив. Он некоторое время серьезно взирал на собеседника, после чего произнес:
– Обстоятельства таковы, что разруливать нашу общую проблему придется в основном тебе.
– Мне?.. Ах, ну да, конечно, кому же еще!
Недовольство Вита работой ГИСО и персональными действиями его главы читалось совершенно отчетливо, чего спинлайтер не мог не заметить.
– Давай договоримся, – не повышая голоса произнес Айзенхарт. – Разговаривать совершенно спокойно, эмоции проявлять дозированно, в меру. Ну и уважения к собеседнику никто не отменял.
– Согласен.
– Прекрасно. Тогда, во избежание недоразумений, расставим все точки над «i». На первом этапе вопросы задаю я, не возражаешь?
– А на втором предлагаешь поменяться ролями?
– Если второй этап вообще будет...
Вит нахмурился. Подобный поворот беседы не слишком-то вдохновлял, ведь это он пришел сюда задавать вопросы, а не наоборот. Но Айзенхарт смотрел на него строго, не мигая, и Вит как-то сразу понял, что возражать бесполезно: спинлайтер очевидным образом спланировал разговор заранее и отступать от намеченного никоим образом не намерен.
– Ладно, – сдался Вит. – Давай, наконец, шевельнем ушами на взлет и мозгами на выхлоп.
– Не так, – возразил Дан. – Предлагаю шевельнуть мозгами на полную тягу.
– Принято. Что ж, задавай вопросы.
– Тебе снятся сны?
Вит вздрогнул. Непонятно почему, но он сразу же понял, что спинлайтер имеет в виду не обычные сны, которые снятся всем нормальным людям.
«Откуда он знает про Белого Всадника? – подумал он. – Такого просто не может быть, я же никому не рассказывал... Или вопрос все-таки задан наугад? Вряд ли. Чтобы вот так сразу, и прямо в точку...»
– Конечно, – ответил он, стараясь не выдать себя излишними эмоциями. – Как и каждому нормальному человеку. Откуда подобный интерес к моей ночной жизни? Разве она имеет отношение к содержимому резюме?
– Потерпи. Еще немного, и я все объясню... Так ты считаешь себя нормальным человеком?
– Что за вопрос?!.
– Спокойнее, – не повышая голоса произнес спинлайтер. – Это не допрос. Рассматривай нашу беседу как обычный треп двух приятелей с глазу на глаз. Если угодно – как простой разговор, который всего-навсего может помочь мне протестировать гамму твоего настроения...
Вит недовольно покрутил носом, но все-таки ответил:
– Да, я считаю себя нормальным человеком. Хотя вынужден признать, что самооценка индивида не обязательно соответствует реальному положению дел... Выходит, ты намерен меня протестировать?
Айзенхарт смотрел задумчиво, словно взвешивая на невидимых весах полученные ответы.
– Что ж, это действительно здравая мысль, – наконец, произнес он. – Я подумаю. Но вернемся к твоим сновидениям...
– Может быть, хватит? – раздраженно сказал Вит. – А то наше с тобой общение и в самом деле начинает напоминать допрос. На вопросы, касающиеся меня лично, я отвечать отказываюсь. До тех пор, пока ты все-таки не объяснишь, каким образом мои персональные сны, до которых никому не должно быть никакого дела, соотносятся с решением ГАВКа по сугубо техническому вопросу?
Айзенхарт, наконец, отвел глаза в сторону. Вит вдруг неожиданно для себя понял, что каким-то непостижимым образом угадал, и от собственной проницательности ему почему-то стало совсем нехорошо. Спустя секунду спинлайтер подтвердил его догадку.