Страница 15 из 64
– С чего ты это взяла, о красивейшая из разгневанных женщин! Хоть собак-то на меня не навешивай!
– Я успела неплохо тебя изучить.
– Вот как... Моя персона уже удостоена изучения... я польщен.
– Вит, это не комплимент.
– Я так и понял. Вообще-то, это даже больше, чем просто не комплимент. Что ж, как-нибудь переживу.
– Не сомневаюсь. Вот такая у тебя... э-э... толстокорость.
– Ничего подобного. Просто я довольно гармоничная личность.
– И никаких отклонений ни при каких обстоятельствах?
– Ну... особо заметных, пожалуй, нет. Амнезия не в счет. А в общении с тобой я вообще ни о чем таком не думаю. Мне кажется, мы с тобой так похожи...
– Да?
– Да. Я это чувствую... даже сам не понимаю как. Впрочем, нам обоим пришлось столкнуться с дилеммой-оборотнем...
– Я уже «Не Я», а ты уже «Не Ты»?
– Ну это же просто ужас, какая ты у меня умная! – восхитился Вит.
Энергия разговора внезапно иссякла. Наступила долгая томительная пауза. А потом Йола повернулась и направилась к выходу.
Вит молча наблюдал, как ее полуобнаженная фигура удаляется в сторону распахнутого в ночь проема. Мимоходом она не глядя протянула левую руку к стоящему на круглом столике ночнику в виде чаши с пылающим внутри пламенем и небрежно-точным движением погасила розово-красный разлив плавающего сияния. Так, словно проделывала это раньше тысячи раз. Вит смотрел провожающим взглядом на ее голые ноги, бедра, туго обтянутые пылающим шелком...
– Йола!
Она обернулась, глядя на него словно издалека, а затем сказала:
– Спокойной ночи, Вит. Завтра у нас трудный день.
– Приятных сновидений, – ответил он. – Тебе и мне... Не знаю только, сбудется ли это мое пожелание.
– Почему бы нет?
– Потому что наше трудное завтра, увы, уже наступило сегодня.
Несколько мгновений она неподвижно стояла в дверном проеме, а затем затянутая шелком фигура бесшумно растворилась в ночи.
«Женщину может понять любой человек, кроме влюбленного в нее мужчины», – самокритично подумал Вит и рухнул на постель.
Он испытывал до конца не понятый им страх. В последнее время сон оборачивался не просто сном... Вит одновременно ожидал и боялся очередного явления Белого Всадника на волшебном белом коне. Пустыня, загадочное озеро... и стрелок, которому однажды может повезти. Наконец, Вит окончательно собрался с духом, закрыл глаза и нырнул в глубину черных вод, странно неосязаемых, бесплотных, беспредельных как метагалактический вакуум...
***
Подробнейшая схема будущей Т-установки занимала центральную часть сфеарного пространства. Она плавно поворачивалась всеми своими гранями, вовсю демонстрируя эргономичность и красоту выбранных решений. Вит рассматривал ее с нарастающим чувством гордости за прекрасно проделанную работу. Теперь он точно знал, что несмотря на активное сопротивление ГАВКа остановить внедрение субкварковой энергетики ни за что не удастся. Не на тех напал!
Расположившийся в соседнем кресле Анджей Свирский, судя по всему, разделял его мнение. Он так же с нескрываемым удовольствием взирал на дело рук и умов коллег по цеху. Ну и своих тоже, чего уж греха таить... хотя прекрасно осознавал, что если бы не могучая воля и энергия доминатора, вряд ли удалось бы проделать гигантский путь от безумной идеи до ее инженерного воплощения.
– Если я правильно понял, – сказал, наконец, Вит, – то ты предлагаешь усовершенствовать установку путем добавления дополнительного контура... вот сюда. Так?
– Правильно, – ответил Свирский. – Такое решение сразу же поднимет мощность процентов на пятнадцать, а то и на все двадцать. Приземелье и Лунный департамент будут в восторге.
– Не уверен, – задумчиво произнес Вит, внимательно разглядывая хорошо знакомую схему с выделенным ярко-красным цветом нововведением.
– Почему? – нахмурился Свирский, начиная подозревать, что предложенная им гениальная идея имеет все шансы отправиться в долгий ящик.
– Нет, задумано просто замечательно, – поспешил успокоить его Вит, – но крайне несвоевременно. Увеличение мощности – это прекрасно. Вопрос только в том, чем за подобное удовольствие придется заплатить.
Ему никак не хотелось разочаровывать Анджея. Парень-то, безусловно, талантливый... Надо же, самостоятельно додумался до решения, которое далось самому Виту ох как нелегко... и стоило ох как недешево! Кучи бессонных ночей и истрепанных нервов...
– Подобное увеличение мощности, – осторожно сказал он, – неминуемо повлечет за собой катастрофическое снижение надежности и, как следствие, времени безотказной работы. Что как для Приземелья, так и для Внеземелья в целом является критичным. Напомни, какой ресурс заложен в техзадании?
– Двадцать лет бесперебойной работы, – угрюмо произнес Свирский. – При условии регулярного техобслуживания.
– Во-от. А с дополнительным контуром наша Т-установка вряд ли дотянет даже до пяти, можешь мне поверить. И если шейхи Сахары проглотят подобное и не подавятся, то Внеземелье, несомненно, потребует безусловного исполнения каждого пункта технического задания. А иначе... сам понимаешь.
– Мы доработаем, – горячась, произнес Свирский. – Не сомневаюсь, что значительное увеличение ресурса не такая уж неразрешимая проблема.
– Согласен, – вздохнул Вит. – Но есть и другой аспект. Сроки.
Свирский поджал губы и отвернулся. На столь убийственный аргумент возразить было нечего. Он прекрасно понимал, что любая доработка практически готовой конструкции потребует немалого времени, которого у них просто нет.
– До сдачи проекта чуть меньше двух недель, – напомнил Вит, – а мы еще даже не заручились поддержкой зловредного ГАВКа. Вот на что нужно бросить сейчас все силы.
– Так что же теперь, выбросить идею в мусорную корзину? Жалко.
– Зачем так категорично? Действительно, жалко... Мысль на самом деле замечательная, просто сейчас не ко времени. Вот разберемся с ГАВКом, сподвигнем Лунный Департамент на изготовление опытной установки, а там, глядишь, и до твоей идеи руки дойдут. Но сейчас – ни шагу в сторону! Улучшать можно до бесконечности, но для того, чтобы воплотить что-то в реальность, иногда требуется остановиться. Понял?
Анджей угрюмо кивнул.
Вообще-то, в глубине души Вит полностью разделял его чувства. Заниматься изготовлением заведомо устаревшей конструкции, в то время как существует значительно более совершенный вариант – на такое требуется немало душевных сил и нервов, а прежде всего – железная воля, собранная в кулак. Чего Анджею пока явно недоставало.
«Молодой еще, горячий, – подумал Вит. – Но ничего. Думаю, справится.»
В воздухе неожиданно прозвенели негромкие мягкие колокола.
«Кого еще принесло? – с неудовольствием подумал Вит. – Я никого не жду.»
Нажатием кнопки он погасил весь функционал, а затем, переглянувшись с Анджеем, произнес:
– Войдите.
Тяжелая бронированная дверь плавно отъехала в сторону, и на пороге возникла Йола в сопровождении здоровенного детины в черном костюме.
«О, черт! – вспомнил вдруг Вит. – Как я мог забыть!»
– Можно войти? – осведомилась она. – У нас к тебе срочный разговор.
Она покосилась в сторону Свирского. Тот быстро все понял, вскочил и торопливо направился к выходу.
– Мы обсудим твое предложение позднее, – произнес ему вдогонку Вит.
Свирский лишь кивнул и, обойдя гостей, выбрался в коридор. Йола и ее спутник терпеливо дождались, когда же он, наконец, освободит кабинет, а затем стремительно прошли внутрь. Дверь бесшумно встала на место.
Только теперь Вит понял, что видит перед собой того самого падре, о котором предупреждал Ортега и которого он заочно ненавидел всеми фибрами своей ревнивой души. Белая полоска на воротнике не оставляла места для сомнений.
«Что он тут делает? – раздраженно подумал он. – И вообще... какого черта Йола притащила его в мой кабинет?»
– Ты выполнил то, о чем мы с тобой договаривались? – Она сходу перешла в наступление. Хотя прекрасно знала, что нет, не выполнил, просто потому, что все опасения вылетели у него из головы, едва она покинула его жилище.