Страница 19 из 98
— Это ты, что? Уже готовишь ему? У него дома? А как же...
Ну и понеслось - то, сё и всякие подробности. Оказывается Катерина знала только о сватовстве. А тут, оказывается они уже живут вместе. И даже - спят! Ёпрст... Неугомонная комсомольская душа Кати, тут же начала искать решение. И конечно же нашла. Вердикт - надо это срочно закреплять и, раз уж расписывать их никто не будет, то помолвку, хотя бы, надо провести! Ибо общество не поймёт и не примет, такого сожительства. А потом, после достижения восемнадцатилетия, можно и расписаться. А может и раньше. Всякое может случиться и беременность в том числе. На этом и разошлись, предварительно договорились встретиться завтра - тут же. И окончательно всё решить.
Женщины - этим всё сказано. Катя помчалась на работу и там поделилась новостью с Собкиным. Тот позвал Фёдора, как гаранта стабильности. Решили, что надо помочь и подарить что-то очень нужное. Дальше новость разлетелась по всему линейному отделу милиции. Скинуться деньгами, на подарок и продукты, согласились все без исключения. Домой Катя пришла возбужденная до невозможности и приготовив ужин дождалась своего любимого. Накормила и огорошила предстоящим праздником. А дед Николай ничего не имел против, даже наоборот полностью поддержал. В общем тут всё нормально получилось.
У Марго всё получилось по другому. Подруг у неё не было, кроме тех, с кем познакомилась на пляже, благодаря Вилору. Вот она и пошла к одной их них. Прямо на следующей перемене. А что время-то терять? К тому же она работала рядышком. В аптеке. Тут и надо, всего лишь дорогу перейти. Как раз времени хватит, чтобы успеть к началу следующей пары. Прибежала, рассказала и попросила передать всё Льву с друзьями. А той - это только в радость. Как же - такая новость!
На следующий день, Рита и Катерина опять встретились и план был утверждён окончательно, без существенных изменений. Что интересно, никто этот план не знал. Или просто мне ничего не хотели говорить. Все действовали по собственному наитию. Одно было одинаковым - встречаемся у Вилора в десять часов.
Женщин не остановить и нет им преград, в желании кого-нибудь с кем-нибудь оженить, пусть и не по настоящему! И главное, что всё это делалось в тайне от меня. Не, я понимаю всё. Я был занят своими делами. Наверное, если бы на меня свалилось ещё и это, то неизвестно удалось ли мне закончить печь и пройти всех докторов. Может так и надо было. Не знаю. В конце концов имеем то, что имеем.
В этот момент и произошёл эпический диалог, который превратил весь бардак, что творился вокруг - в более-менее нормальный, для меня, праздник. Ко мне подошёл Собкин и ухватив за плечи немного встряхнул. А когда, я на него посмотрел, он спокойно спросил, одновременно успокаивая:
— Ты чего мечешься и места себе не находишь? Успокойся, всё идёт как надо!
— Товарищ лейтенант, - я выложил всё что наболело, сумбурно и без какой-то логики, - как тут быть спокойным? Договорились печь запускать, а все заняты какой-то фигнёй. Помолвка какая-то ещё! И спросить не у кого. Рита испарилась куда-то! А я ей обещал, что будем вместе печь запускать. Вон, даже, сало приготовил и ситро. А тут ещё эта помолвка, а мне печку надо испытать.
Собкин улыбнулся и несколькими словами, произнесенными всё также спокойно, заставил меня задуматься:
— Ну и разжигай свою печь. Чего кого-то ждать! А Рита специально прячется. Это бабские штучки и лучше не спрашивай зачем. Всё равно никто внятно тебе ничего не объяснит.
— А как же обещание? - спросил я.
— А что обещание? - удивился Собкин и тут же добавил, - а вдруг ничего не получится? Ты об этом подумал? Как это будет выглядеть перед всеми гостями и Ритой в том числе? Вот и попробуй сначала, а потом, если всё получится, отметим это все вместе.
Я постоял, обдумывая эти предложения. А что? Вполне себе приемлемый вариант. И правда, чего это я торможу? Мне сказали не мешать? Но никто не запретил заниматься своим делом. Вот и пошли все - в сад!
Зашёл на кухню, уже полностью подготовленный и морально, и эмоционально. А на кухне творилось чёрт-те что! Откуда-то взялось три примуса и это не считая моего. Все эти аппараты гудели, работая на полную мощность. Женщины бегали вокруг, суетились и что-то жарили, варили, томили и... разговаривали! Разговаривали, разговаривали без перерыва и не обращая внимание на то, что им отвечают или нет. Кто-то умудрился сделать какое-то подобие столов. На этих столах резали, шинковали, разделывали и тут же смешивали. Короче - полный пинпец в самом худшем его проявлении. И ещё... женщин было много. Сколько? Не знаю, не считал и не собираюсь этого делать. Много! Как в женском общежитии. Даже не так. Скорее, как на кухне в женском общежитии, накануне восьмого марта или в преддверии Нового Года - вот!
И как мне в такой обстановке работать? Ведь первый раз печь запустить это дело тонкое. К тому же мне надо это сделать аккуратно, не перегревая, но, с другой стороны, нужно дать ей хорошо прогреться. Мне потрескавшиеся швы не нужны. Это не очень сложно, но требует знания определённых моментов: как и на сколько открыть поддувало, какие вьюшки и на сколько выдвинуть и ещё много таких мелочей. Те же дрова, например, какие нужны? Какого размера? В общем и подводя итоги - надо знать как это делается! Я, например, знаю и умею это делать! Но мне, для этого, нужно спокойная обстановка. А тут куча озабоченных своей задачей женщин, которые постоянно перемещаются с места на место и шумят вдобавок. Тишина очень важна в процессе принудительной сушки. Надо слушать звуки, что издаёт печь. И соглядатаи мне не нужны. Начни я сейчас работу и получу в итоге - не прогрев печки, а процесс дефлорации на кухне в женском общежитии. Причём при этом действе, совершенно случайно, присутствуют все жители общаги. Да-с... Как-то Собкин не подумал, когда мне советовал заняться этим. Да и я, надо признаться, не рассчитывал на присутствие такого количества женщин, на одном квадратном метре кухни. Может гранату из подвала достать? И ничего больше не надо делать. Сами убегут, как только увидят. Нет уж, это не наш метод. Нафиг такие мысли!
Я бродил по первому этажу, мысленно разрабатывая всякие кровожадные планы и совершенно случайно наткнулся на Катерину. Она радостно стала, мне что-то там рассказывать, а я стоял офигевший. Вот кого здесь не ожидал увидеть, так это Исипову Татьяну Николаевну - секретаря комитета нашей комсомольской организации. Я её, вроде как, не приглашал? Или всё-таки было? Не помню. С другой стороны, я здесь вообще никого не приглашал. Сами пришли. Почему бы и Татьяна Николаевна не могла вместе со всеми за компанию, так сказать, зайти? И тут же в голове возникло решение моей насущной проблемы. А пускай наш комсомольский лидер сама повоюет с этим женским десантом на моей кухне. Ей это не впервой. Может хоть у ней получится сделать это, как-нибудь корректно и культурно. Я же ведь, могу не сдержаться и наговорить всякого разного. Попробую, чем Иоганн Себастьян Бах не шутит, вдруг Исипова всё разрулит.
Через десять минут напряжённого разговора, я понял, что сегодня, у меня ничего не получится. Наша секретарь мне всё объяснила. Разложила по полочкам и загнула все пальцы, так сказать. Оказывается всё, что сейчас творится на кухне, невозможно остановить. Даже на полчаса. Даже на десять минут. Никак. Вообще. Иначе будет катастрофа. Всё что тушится, тут же превратится в неаппетитную кашу. Всё что жарится, сгорит нафиг. Всё что варится, переварится и будет выглядеть очень непрезентабельно. И вдобавок посоветовала заняться чем-нибудь хорошим - носки, например, погладить или сапоги начистить. Короче, иди-ка ты Вилор на хрям и не мешайся под ногами. Вот ведь женщина... и не поспоришь. Что ж за день-то такой?! Всё не слава богу. Куда не кинь, всюду затык с непременной диареей. И куда мне деваться?