Страница 66 из 78
Я снова прошел в среднюю дистанцию. И опять ударил ногой. Гусев успел отскочить. С невероятным проворством. Для его комплекции.
Я атаковал левой ногой. Тоже мае гери. Гусев успел увернуться. И частично блокировать мой пинок.
И тогда я ударил правой рукой. Длинный прямой удар. Сэйкэн цуки. Из дальнего положения. С замахом плеча и поворотом бедра.
Гусев как раз тоже пошел в атаку. Хотел пнуть маваши гери. И чуть-чуть не успел.
Но зато прекрасно раскрылся. И я ударил его в грудь. Чуть ниже того места, куда до этого угодил пяткой.
На долю секунды хотел зарядить ему в голову. Но потом передумал. Не хотел сломать челюсть или нос. Или устроить сотрясение мозга.
Поэтому ударил а корпус. И удар достиг цели. Я так бил по камням в лесу. Раскалывал их на куски. Главное там — сконцентрировать энергию в точке удара. Мысленно.
Гусев охнул, опустил руки и отступил назад. Потом рухнул на маты лицом вниз. Я даже думал, что он того, отключился.
Но нет. Парень лежал на месте. Стонал.
— Что такое? — Щепкин подскочил к Гусеву. — Ну-ка, помогите его перевернуть.
Мы бросились на помощь. Положили парня на спину. Когда учитель нажал на живот Гусева, тот охнул.
— Болит, сенсей. Вздохнуть не могу.
Щепкин осторожно пощупал парня. Хмуро посмотрел на меня.
— Ты же ему ребра сломал, Ермолов! Чего лупить так со всей дури? Лишил нас опытного бойца перед турниром. Думать же надо.
Мы отвели Гусева к скамейке. Я извинился. Сказал, что не рассчитал.
— Ладно, чего уж там, — проворчал Гусев. Он сидел и держался за грудь. — Не в песочнице играем.
Щепкин дал задание Смелову, как провести занятие дальше. А сам повез Гусева в травматологию. У него там был знакомый врач. Перед уходом погрозил мне пальцем.
— Я у тебя все потом узнаю. Кто тебя так натаскал.
Остаток занятия я уже провел по своему плану. Отработал силовые. Вместо камней использовал штангу и гири. Работал рядом с зоной борцов. Пытался от натуги.
Они сначала с усмешкой поглядывали на меня. Потом увидели, что я взял большие веса. Удивились. Когда я начал поднимать штангу, засмеялись.
— Эй, каратист, задницу не надорви, — сказал один.
Я не обращал внимания. Главное это тренировка. А насмешки людей не опаснее щебетания птиц.
Вскоре Смелов закончил занятия. Он, Бурный и Крылов подошли ко мне. Остальные ученики разбежались.
— Я хочу знать, что ты делал, — сказал Смелов. — Там, в лесу. И как ты добился таких результатов.
Бурный взял меня за руку.
— Ты смотри, какие у него кулаки, — сказал он. — Костяшки просто огромные. Набитые.
Смелов поглядел.
— Ну-ка, покажи, как ты бьешь, — попросил он.
Но я не успел ответить. Кто-то сильно толкнул меня сзади в спину. Я удержался на ногах и оглянулся.
Перед нами стояли борцы. Трое.
— Ну вы закончили, уроды? — спросил один. — Свалите с тренажеров. Нам заниматься надо.