Страница 21 из 78
Я усмехнулся и покачал головой. Пытался показать себя крутым и беспощадным. Мол, море по колено. И вашего коричневого пояса я на завтрак хавал. С солью.
— А чего бояться? Он такой же, как все. Тоже человек.
Хотя на самом деле я, конечно же, волновался. Неизвестно, как все пройдет. Сейчас дикие времена. В плане карате, я имею ввиду. СССР не имеет официальных представительств за рубежом. Нет аттестации, присвоенных титулов.
Все только в зародыше. Да и само карате только начало вылезать из подполья.
В такой обстановке возможно все. В том числе, бой желторотика с коричневым поясом. В двадцать первом веке такое, конечно, трудно представить. А сейчас можно. Очень даже можно.
И этот Сапожкин может запросто сломать мне челюсть неправильно выполненным ударом. А может и зарядить в пах. Короче, может произойти, что угодно.
— Ну, ты даешь, — Егор уважительно помотал головой. — Хорошо, удачи. Она тебе понадобится с Сапожкиным. Он тот еще зверь.
Не очень обнадеживающее напутствие. Перед боем. Но я заставил себя успокоиться.
Чего волноваться? Я же участвовал в стольких испытаниях. В стольких соревнованиях. Так что должен обладать железной выдержкой.
Я тоже пытался сделать шпагат, но куда там. Над этим телом еще предстоит много работать. Совсем негибкий. Как кусок дерева.
— Ты готов?
Знакомый холодный голос. Я обернулся и увидел тренера. Белоухова, длинноволосого учителя. На лице нет никаких эмоций.
Он действительно так себя чувствует? Как глыба льда. Или это просто игра на зрителей?
— Готов, сенсей, — я встал и поклонился. Пусть видит, что я знаю традиции.
Тренер кивнул. Хлопнул в ладоши. Немногочисленные ученики быстро уселись в кружок на матах. Образовали место для поединка. Так, а где мой противник?
Борцы продолжали кувыркаться в своем углу. Потом заметили, что у нас происходит что-то необычное. Заинтересовались. Подошли ближе, вытирая потные лица.
Из раздевалки стремительно вышел парень в ги, опоясанным коричневым поясом. Ага, вот он, легендарный Сапожкин. Парень подошел ближе, поклонился Белоухову.
Вошел в круг. Встал напротив меня. Я внимательно рассмотрел его. Выше меня на полголовы. Крепкий, мускулистый, даже чуточку плотный. Голова большая и круглая, лоб наверняка чугунный. Таким можно орехи раскалывать.
Я поклонился. Два раза. Сначала сенсею, который, судя по всему, будет рефери. Вообще-то, вначале надо кланяться президиуму соревнований. Но у нас тут просто показательный бой. Поэтому я начал с учителя.
Потом поклонился Сапожкину. Тот сделал точно также. Сначала учителю, потом мне. Встал в стойку и приготовился к бою.
Я тоже принял свою излюбленную стойку Курбанова.
— Хаджимэ! — рявкнул Белоухов.
И поединок начался.