​Жестокие намерения

Лаз вытаскивает меня из одежды и обхватывает мою задницу своими большими руками, прижимая меня к своему твердому члену. Нас поймают. Нас поймают, и мы отправимся прямо в ад, или на дно озера в бетонных ботинках, или куда-то еще, куда попадают ужасные люди, когда они делают что-то действительно плохое.

И неправильно.

Лаз прижимает поцелуи к моему горлу и, прижавшись губами к моему уху, говорит жарким, хриплым шепотом: — Позволь мне трахнуть тебя в твоей постели, пока твоей мамы нет дома. Я хочу влить свою порцию спермы в эту твою хорошенькую киску.

Мама могла вернуться домой в любую минуту. Я представляю, как склоняюсь над матрасом, закрывая рот обеими руками, в то время как Лаз жестко и основательно трахает меня сзади, его большие руки сжимают мою талию. Тот факт, что нас могут поймать, мысль о том, чтобы сделать что-то настолько безрассудное, вызвала у меня короткое замыкание в мозгу.

Он ведет меня обратно к кровати, и я знаю, что, как только он расстегнет джинсы, он окажется внутри меня. Мое сердце расплавляется при мысли о том, что мы вместе падаем на матрас.

Рядом с моей головой жужжит телефон, и я краем глаза смотрю на экран. Есть сообщение от мамы. Ну, дерьмо. Это не может быть хорошо.

— Подожди секунду, — задыхаясь, говорю я Лазу, беру телефон и подношу его к лицу.

Пожалуйста, надень свое красное платье-комбинацию на ужин в среду вечером. Нанеси макияж и сделай что-нибудь красивое с волосами.

Почему?

Я посылаю обратно, хотя я думаю, что я уже знаю ответ.

Фабрицио Розетти придет на ужин с одним из своих друзей-холостяков. Драго Ластро.

Я должен выглядеть в ужасе, потому что Лаз выхватывает у меня телефон и читает экран.

— Драго Ластро? — восклицает он, его голос звенит в тишине моей спальни. — Этот чертов хищник?

— Кто такой Драго Ластро?

Его губы кривятся. — Всего лишь один из самых хладнокровных и злобных ублюдков, которых я когда-либо встречал. Господи Иисусе, твоя мама должна знать его репутацию. Она как будто хочет, чтобы тебя съели заживо, жестокая сука.

Я тяжело сглатываю. — Может быть, да. Думаю, она ненавидит меня, потому что знает, что я испортил ей вечеринку.

— Эта дурацкая вечеринка. — Он берет мой телефон из моей руки и бросает его на тумбочку. — Эта проклятая женщина. Я не хочу, чтобы ты сейчас думала ни о том, ни о другом.

Он садится и натягивает рубашку через голову, образует букву «V» указательным и средним пальцами и указывает ими себе в глаза. — Сосредоточься на мне.

Мой взгляд скользит по его идеальному татуированному телу.

Боже, если он настаивает.

Он стягивает с меня футболку и джинсы, и мы оказываемся голыми вместе, плотно прижавшись друг к другу, наши ноги переплетены.

Я хватаю лицо Лаза руками и хнычу: — Трахни меня, как будто я твоя.

Он вонзает в меня большой палец, а затем вытаскивает его, размазывая мою влагу по всему телу. Затем он берет свой член в руку, выстраивается у входа и глубоко входит в меня.

— Ты моя.

Я чувствую истину этих слов всем сердцем, вплоть до кончиков пальцев рук и ног.

Его.