Страница 44 из 115
— Именно, Хуан! И ты, вместе с подчиняющимся тебе «Братством», там пригодишься. Как мы выяснили, Изабелле не обязательно покидать планету, а твоя будущая карьера и здесь легко впишется в наши планы.
— Сейчас «Братству» платят Веласкесы. — Признаюсь, я растерялся. И тянул время дурацкими вопросами. Ибо не ждал, что сеньоры согласятся на такое. Потому, собственно, подобное решение и предложил.
— Скажешь, сколько — мы выпишем чек, — отмахнулся сеньор.
— Купол Фишеров Веласкесы также не будут восстанавливать, — снова попробовал я заговорить о том, что может стать камнем раздора и отсрочить выработку решения. Но увы, эти аргументы не работали.
— Хуан, если считаешь, что кланы Торрес, Сантос и Сантьяго — мелочные барыги — ты ошибаешься. — Собеседник деланно обиженно насупился. Кривляется, разумеется. — Я больше скажу, ревизия и ремонт повреждённого вашими ракетами жилого купола… Их мы также возьмём на себя, так как в том инциденте была вина одного из нас.
«Угу, повесите на Сантосов. И они не пикнут» — хотелось бросить ему в лицо. И именно это, их консенсус, меня напрягал. Я переоценил трения в их среде. Сеньоры реально готовы идти до конца и делить пирог уже в статусе победителей, что от него останется. Плевать на потери сейчас.
— Вы забыли про королеву. — А это серьёзный аргумент. Скажем так, это мой последний аргумент, после которого прятаться больше не за что. — Завтра она может очнуться. И она всё ещё королева! Дочь — глава государства ВРЕМЕННАЯ. Только пока она больна. И она не отрекалась.
— А вот этот вопрос, извини, я бы хотел обсудить не с тобой. А с Фрейей и с сеньорой Морган, — заулыбался этот чёрт.
— Понимаю. — Закивал я — появилась возможность ещё немного оттянуть неизбежное, но это и все хорошие новости. — Я передам информацию и свяжусь с вами.
— Есть проблемы? — нахмурился собеседник, чувствуя, что что-то не так. Ещё бы, он согласился на все условия, прогнулся, осчастливил меня своим решением, а я кочевряжусь, будто сам не требовал от него всего озвученного! Тут кто угодно напряжётся.
— Нет. Но мне нужно доложиться по инстанции, — пробую отбиться я. В голове набатом стучит лишь одна фраза: «Тяни время, Чико!»
— Хорошо. И ещё… — Он скорчил мину, типа нахмурился. — Мы тут в городе накрыли вашу группу. Из «железных». Сама Гарсия ушла, но двадцать два её человека сдались без боя. Мы готовы передать их вам, как только изъявите готовность к сотрудничеству. Просто так, без условий и торга.
— При их захвате никто не погиб? — понял я.
— Да. — Кивок. — Они были благоразумны, поняли, что «последняя граната для себя» — не их вариант. Это обнадёживает и достойно нашей милости. Жду ответа, Хуан.
И Фрейя, и Изабелла сидели на топчанах в одной из местных оранжерей «для хозяев». Оранжереи примерно такие же размерами, как в школе, но гораздо уютнее и шикарнее оформлены. Правда, мне некогда было рассматривать детали, мы лихорадочно обсуждали, что делать. Ибо все предварительные планы резко посыпались.
—…Мы не сможем пудрить им мозги до бесконечности! — подытожил я, выложив накипевшее.
— Хуан, всегда надо исходить из худшего, — философски заметила Фрейя. Сама она, впрочем, была в ещё бОльшей прострации, чем я, просто сказывались опыт и хладнокровие управленца. — Нам не повезло, но мы изначально должны были иметь в виду, что они могут вдруг согласиться.
— То есть они прилетают сюда. Привозят специалистов. Мы отрекаемся… И они тут же берут дворец под контроль? — Это Изабелла.
— Скажем так, вторая волна прилетает, после отречения, и берёт всё под контроль, — сформулировал я. — После чего вы ждёте имперский транспорт. Лаг по времени между этими событиями — максимум пара часов.
— А можно ли им верить?
— Бэль, тебя серьёзно это заботит? — не выдержал и чуть не взорвался я. — Ты и правда собралась на Землю?
— Нет, — покачала шевелюрой Бельчонок. — Ищу слабые места в их плане, чтобы предъявить и помочь с затягиванием. Как я могу доверять тем, кто захватил дворец, в чьих руках я нахожусь? Когда жива только благодаря их доброй воле?
— Отрекшись, мы капитулируем, — пояснил я. — Никто не знает, что это мы им предложили, все подумают, что наоборот, они поставили нам такое условие, и мы погнулись. А ещё монарх — помазанник божий, первую королеву избрал народ, всепланетным референдумом. А теперь мы, представители династии, её потомки, сами отказываемся от возложенной народом на нас миссии, понимаешь? Мы «кидаем» доверившийся первой королеве народ, и обратной дороги после этого у Веласкесов нет. Только республика! Какая — другой вопрос, но однозначно без нас в правлении, нам не простят отречения, даже если Фрейя захочет в будущем стать президентом. В этой ситуации, когда вам показно сохранили жизни и оказали почести, они декларируют не только, что играют честно, но как бы выступают защитниками интереса народа, попранного сапогом трусливых Веласкесов. А уничтожь они вас — и народ поймёт, что это было не настоящее отречение, а под дулом гауссовок, что меняет дело. А значит, если найдётся далёкий боковой член семьи, пока не отрекшийся, он сможет заявить о своих правах и со временем снова стать монархом. Да как только народ наестся республиканских прелестей, так и сможет! И отмаз железный — это республиканцы плохие, хорошую династию силой «ушли». Нет, девочки, им выгодно сдувать с вас пылинки после отречения. Вопрос в том, как не допустить оного как можно дольше.
— Да уж!.. — тяжело вздохнула Фрейя. Изабелла же лишь с фатализмом переводила глаза с сестры на меня.
— Сирена готова? — спросил я, чуть отвлекшись. Надо срочно перезагрузиться.
— Две-три минуты я смогу пудрить от её имени мозги, — отчиталась высочество. — Но больше не стоит. Лучше пригласи сеньора на переговоры сюда. Кстати, пока он будет во дворце, «на переговорах», мы можем добавить в копилку ещё несколько часов.
— Они не нападут, пока он здесь? — поняла и повеселела Бэль.
— Да, — кивнул я. — Однако если мы его принимаем — должны будем отпустить. Невредимого. Мы не Сантосы. — Кажется, из груди вырвался вздох отчаяния. Господи, почему же я рыцарь? Как же просто в этой жизни подонкам!
— Ладно, Хуан, я пошла готовить сеть к личности Сирены. Говори, если что надумаешь, — подвела итог совещания Фрейя, поняв, что ничего мы решить не сможем. Решать буду я, а не МЫ. Они же в курсе всех рисков и поддержат, что бы ни выкинул.