Страница 137 из 154
– Это войско царя Сайфа ибн Зу Язана, – ответили ему.
– А зачем он пришел сюда? – спросил Нут.
Джинны ответили:
– Он пришел, чтобы призвать тебя к вере ислама и отвратить от поклонения искрометному огню.
Тогда колдун приказал своим слугам и помощникам выйти за городские стены и немедля вступить в бой. И когда его войско покинуло город, он выстроил его в боевом порядке, а мусульмане, увидев это, поступили так же и построились в ряды. Царь Сайф хотел написать послание к царю города Нут, колдуну-язычнику, призывая принять веру ислама, но тут перед шатром царя Сайфа предстал могучий джинн и сказал:
– О царь людей, у меня к тебе послание от царя города Нут, и я хочу передать его тебе на словах.
– Говори! – приказал Сайф, и джинн начал:
– «О царь, ты окружил мой город. Чего тебе надо от нас? Если ты пришел к нам, спасаясь от врагов, против которых ты оказался бессилен, чтобы просить у нас помощи, – добро пожаловать, мы тебе поможем. Если нет у тебя иного места, чтобы поселиться, и ты пришел к нам – добро пожаловать. Но если ты пришел сюда, чтобы сразиться с нами – берегись, ты нам не ровня, и тебе не под силу тягаться с нами!» – Вот что наш царь приказал передать тебе, и я жду от тебя ответа на его послание, потому что иначе он подвергнет меня пыткам и мучениям без всякого сожаления.
Царь Сайф ответил:
– У меня три условия для вашего царя и жреца, и если он согласится хотя бы на одно из них, этого будет достаточно. Пусть он примет истинную веру, перестанет поклоняться огню и признает власть небесного царя! А если он не хочет этого сделать, то пусть покинет эти земли и страны или сразится со мной на поле боя.
И джинн возвратился к своему царю и передал ему в правдивых словах то, что сказал царь Сайф. Тогда царь города Нут сильно разгневался и, выехав на поле боя в кувшине из желтой меди, крикнул:
– Эй, волшебники и жрецы, предводители войск и колдуны, выходите на поединок, будем биться копьем и рубиться мечом, а если желаете, будем сражаться волшебством и колдовством.
Тогда к нему выехал венец колдовства и вершина ведовства сам волшебник Бурнух, также в медном кувшине. Выйдя на середину поля, Бурнух воскликнул:
– А ну-ка, покажи свое искусство! И я от боя не уклонюсь, от поединка не откажусь!
И они напали друг на друга и стали сражаться с помощью магии, напуская друг на друга разные виды колдовства и защищаясь от противника волшебным покрывалом, и это было куда страшнее, чем копьями биться и мечами рубиться. Так они сражались три дня и три ночи, и волшебник Бурнух ослабел, а подвластные ему джинны бежали с поля боя. Тогда злой волшебник города Нут протянул руку и, захватив Бурнуха в плен, увел его с собой, посрамленного и униженного.
Тут царь Сайф испугался, что его люди не смогут сладить с проклятым язычником, который показал свою силу. Они провели ночь, советуясь о делах битвы и сражения, а когда всевышний Аллах ниспослал утро, злой волшебник снова вышел на поле боя. Тогда на поединок с ним выступил отшельник Ихмим, но продержался недолго и тоже попал в плен к противнику. Так волшебники и колдуны один за другим выходили против царя города Нут, за ними последовали и предводители войска, а он их побеждал и всех в плен забирал, кого одолевал в битве на копьях и мечах, а кого в поединке с колдовством и волшебством.
Увидав, что сделал этот проклятый колдун с его людьми, царь Сайф сильно разгневался и хотел сам выйти на поле боя, но тут царевич Миср вскочил на ноги, вынул свой бесценный талисман – золотую бусину царя Куша ибн Канана, который он добыл в трудах и повсюду носил с собой, и приказал джиннам – рабам этого талисмана напасть на слуг царя Нута, проклятого волшебника. Тогда со всех сторон налетели джинны и между ними завязался бой и началось сражение. Йеменский меч пел свою страшную песнь, а от боя и сражения пыль поднималась до самого стремени. И в это время царевич Миср бросился на царя Нута, нанося ему смертоносные удары, но проклятый стоял, словно скала, не шевелясь, и не отступая ни на шаг. Потом царевич Миср ослабел и обессилел до того, что не мог поднять руку, а случилось это потому, что проклятый колдун напустил на него своими чарами немочь и оцепенение. Царевич Миср застыл на месте, уронив меч, в назидание всем, кто видел его, а проклятый язычник, видя, что его чары оказали свое действие, протянул свои длинные и толстые, как верблюжья шея, ручищи и, захватив царевича в плен, увел его с собой, униженного и посрамленного.
Тут царь Сайф приказал оседлать его яхонтового коня и хотел выехать на поле боя, но мудрая Акила сказала ему:
– Погоди, о великий царь нашего времени, не спеши, ведь всевышний Аллах сделал тебя могучим царем, перед которым трепещут все земли и края!
– О мать всех мудрецов, – воскликнул Сайф, – разве легко мне оставить в беде царевича Мисра, сына Муньят ан-Нуфус, ведь ты знаешь, что это мой любимый сын!
Но Акила ответила:
– О великий царь нашего времени, в эту ночь, бог даст, твой сын вернется к тебе, и ты снова увидишь его, и сердце твое успокоится. Ради твоего сына, о великий царь, я спасу всех твоих воинов – и джиннов, и людей, всех, кого захватил в плен этот проклятый злодея, всех твоих волшебников и колдунов, слуг и рабов. О великий царь, я никогда не оставлю царевича Мисра, хотя бы мне пришлось отдать жизнь за него. И когда скроется светлый день и ночь укутает землю мраком, ты увидишь нечто радостное.
О добрые господа, царь Сайф тотчас поверил ее словам, зная, что она заботится о нем, и решил терпеть. А когда настала ночь, все успокоились, и на небе заблистали звезды, царь сказал мудрой Акиле, которая сидела в его шатре:
– О мать всех мудрецов, настало время исполнить обещанное.
Акила ответила:
– Слушаю и повинуюсь. Но успех зависит от тебя, поэтому я хочу, чтобы ты был со мной, о царь, ведь без тебя я ничего не смогу сделать, ибо только твой меч сможет нанести решительный удар.
Царь Сайф встал, взял мудрую Акилу за руку, и они отправились к городу Нут. И когда они подошли к городским воротам, Акила сказала ему:
– О сын мой, взгляни на этих львов, о которых я тебе рассказывала. Стань здесь и смотри, что я стану делать.
С этими словами Акила распустила волосы, нагнулась и набрала полные пригоршни песка. Потом она подошла к изваяниям, шепча, бормоча и произнося заклинания, а окончив свои заклятья, бросила песок из левой руки в изваяние льва справа, и из правой руки – в изваяние слева, воскликнув при этом:
– Станьте мертвым камнем, каким были раньше!
И вдруг львы перевернулись и упали на землю, а духи, которые вселились в них и оживляли этих львов, погибли. Увидав, что сделала мудрая Акила, Сайф оценил ее мастерство и признал ее превосходство над всеми колдунами и волшебниками.
А мудрая Акила взяла свою сумку и вынула из нее кожаный кисет, а из кисета достала деревянные шарики. Начертав на них тайные письмена и неведомые имена и прошептав над ними заклинания, Акила подошла к воротам и бросила эти шарики в огромную фигуру человека с трубой в руке, которая стояла на городской стене. Шарики попали статуе в лоб, прямо между глаз, и она перевернулась и упала, и труба выпала у нее из рук. Это была самая большая статуя среди других изваяний, охранявших город, и теперь, когда она упала, дух-хранитель города покинул ее. А мудрая Акила сказала царю Сайфу:
– О великий царь нашего времени, знай, это изваяние главное над всеми остальными, и теперь, когда оно расколдовано, другие также потеряли свою волшебную силу и не могут ожить.
Затем Акила снова взяла царя Сайфа за руку и подвела его к городским воротам. Там она прошептала заклинания, ворота открылись, и царь Сайф вошел в город за волшебницей Акилой, не уставая поминать имя Аллаха всевышнего, а Акила повторяла свои волшебные заклинания.
Так они шли, пока не дошли до темницы, где находились мудрецы, эмиры, предводители войск мусульман и царевич Миср. Там мудрая Акила освободила всех мусульман и повела их, шепча, бормоча и читая заклятья, чтобы укрыть их от чужих глаз, и так продолжалось, пока Акила не вывела их из города и не привела в шатры мусульманского войска, а никто из проклятых язычников так и не видел их. И царь Сайф воскликнул: