Страница 8 из 126
— Что это? — во все глаза рассматривая нить, спросил он.
— Это то, что было в твоей голове и влияло на твои действия и поступки, — ответил Первый.
— Откуда это у меня?
Кресло Первого погасло, а Второго, наоборот, засветилось.
— Неизвестно, — добавил он. — Определенный отрезок твоей памяти стерт и заменен на искусственный.
— Как… на искусственный? — пораженно переспросил удивленный генерал. — Кем?
— Неизвестно, но уровень развития технологий той расы, которая тебе это внедрила, намного выше той, против которой мы вели бой.
Генерал мотнул головой.
— Ничего не понимаю!
Кресло Второго погасло, вместо него засветился Четвертый.
— Мы чуть не упустили нить твоей жизни. Те, кто установил тебе это, знали, что ты умрешь.
Тут все кресла погасли, осталось светиться только кресло Первого.
— Мы ждем новых приказов.
Новых приказов?
Генерал на миг задумался, затем решительно кивнул. С тем устройством и теми, кто ему это установил, он разберется позже, а сейчас действительно надо действовать.
— Покажите мне карту этой галактики.
Темнота сгустилась еще больше, и всё пространство рубки заполнилось тысячами звезд местной галактики. Генерал быстро нашел созвездие Гидэр и при помощи Зура увеличил карту, отмечая на ней планету Заггаш.
Крупно выделив ее на фоне остальных, приказал:
— Шестой и Седьмой, обеспечивая мне охрану, перемещаются со мной на «Иншан». Остальные на корабле «Шио» отправляются на планету Заггаш в храм Шахри. Приказываю уничтожить там всех. Никто их этого храма не должен выйти живым. Настоятель Пармаш должен умереть первым.
Пятеро из семи воинов Ши, стукнули себя ладонями в грудь, а двое встали со своих кресел и направились к выходу из рубки.
В трюме «Шио» находилась стационарная телепортационная установка, позволяющая всем троим одновременно перенестись на борт крейсера «Иншан». Там, в каюте генерала предусмотрительно были оставлены маяки.
Гигемеш поспешно поднялся с кресла и, прихватив с пола митхарианскую одежду, направился вслед за ними.
Материализовавшись в своей каюте, первое, что увидел генерал, так это безмятежно спящую Шейму. Она лежала, свернувшись клубком на краю широкого ложа, и тихо посапывала, уткнувшись в дорогое покрывало.
Гигемеш с нежностью посмотрел на нее. С тех пор как Шейма надела на палец кольцо из зуританского дежина, она еще больше расцвела и стала ослепительной красавицей, от которой просто невозможно отвести глаз. И без того ее прекрасная и безукоризненная чешуя заиграла новыми красками, красиво переливаясь под искусственным освещением каюты. Ее клыки немного удлинились, что придало ей больше привлекательности, а капюшон на голове стал шире, намекая на родовитость.
Среди множества гостей, постоянно прибывающих на «Иншан», оказался один великолепный мастер, который нанес ей на затылок потрясающий по своей красоте и смыслу узор. Теперь все модницы из новой свиты Изгуша тихо завидовали ей, незаметно поскрипывая клыками.
— Охраняйте вход, — кратко бросил генерал воинам Ши, а сам подошел к ложу.
Надо бы достучаться до Буаега, рассказать ему всё, попросить совета, но почему-то в этот раз Гигемеш не чувствовал в этом особой потребности.
Он недовольно скривился.
Гордыня… о скольких она погубила после того, как боги, смилостивившись, подняли их на самую вершину! Как быстро они забыли, кому обязаны этим, и как стремительно потом было их падение.
Но Гигемеш не такой!
Он чтит Буаега и никогда не забудет милости, оказанной ему. Он избранный и поэтому пойдет под дланью своего всемогущего и всевидящего бога до самого конца…
Легонько тронув Шейму за плечо, генерал дождался, пока она начнет просыпаться и шепотом спросил у нее:
— Где передатчик?
Прелестница томно потянулась почти изогнувшись кольцом, затем улыбнулась и изящно сползла с ложа.
Подойдя к ближней стене, она вставила острый кончик своего хвоста в еле заметное отверстие, и тут же часть стены бесшумно ушла в сторону, открыв небольшую нишу с контейнером для хранения особо ценных вещей.
Приложив ладонь к крышке, она открыла контейнер и извлекла из него нужный ее повелителю передатчик.
— Вот, храню его по-особому, как ты и просил…
Гигемеш не дал ей договорить. Выхватил из ее рук прибор, побежал в безопасную зону и, упав там на колени, с трепетом и великой осторожностью положил его перед собой.
Сдвинув панель в сторону, он занес палец над засветившимися символами и замер в полной растерянности.
Генерал совсем не помнил координат, куда надо было отправить Буаегу послание. Он никогда и не запоминал их, потому как они, эти координаты, всегда приходили к нему в голову сами по себе и каждый раз были разными.
Что это⁈
Буаег не хочет говорить с ним? Как…
— Нет! Нет! — в отчаянии закричал он и стукнул кулаками по обеим сторонам от лежащего на полу прибора.
Трясущимися от нервного перенапряжения пальцами он стал нерешительно набирать символы наугад и тут же отбросил эту затею.
Нет, не то! Совсем не то!
Как же так? Как?..
Он закрыл лицо руками и тихо застонал.
— Буаег покинул меня. Как⁈ Как можно так поступить со мною сейчас, когда я только в начале пути? Как⁈
Наблюдавшая за ним Шейма тихо подошла сзади и, встав за его спиной на колени, прислонила к нему голову.
— Он просто решил, что дальше ты должен идти сам, — тихо проговорила она, оплетая руками шею Гигемеша.
— Нет! — он сбросил ее руки. — Нет! Нет! Он не может так со мною поступить! Не сейчас!
В неожиданно накатившем на него порыве ярости он схватил ставший бесполезным прибор и с силой запустил в стену. Хрупкая аппаратура не выдержала такого к себе обращения и разлетелась по всей каюте мелкими фрагментами.
Гигемеш вскочил на ноги и бросился в сторону рубки управления крейсером.
Воины Ши шли за генералом, еле поспевая за ним.
Почти вбежав в рубку, он крикнул старшему офицеру:
— Передатчик дальней связи на полную мощность! Остальные все вон отсюда!
Дежурная смена, обгоняя друг друга, поспешила на выход, с испугом поглядывая на грозных телохранителей разъярённого повелителя.
— Установка дальней связи готова, — доложил дежурный офицер, с испугом переводя взгляд с генерала на воинов Ши и обратно.
— Вон!
Офицер кивнул и вышел из рубки. Таким взбешенным Изгуша ему еще видеть не приходилось.