Страница 69 из 106
Естественно, я немного волновался, всё-таки это мое самое первое заседание Совета Восьми, и на нём мне нужно представить четкий план развития нашей расы на самое ближайшее будущее. Это первое собрание очень важно для меня — какое я создам у этого Совета о себе первоначальное впечатление как о Лидере, такое оно со мною и останется на всё оставшееся время.
Вик, напутствуя меня на этот Совет, старался мне это втолковать, да я и сам это прекрасно понимал. Уникальная База знаний, плотно сидевшая в моей голове, и навыки — как правильно себя вести на подобных мероприятиях, вбитые в меня тренажером, не давали повода для беспокойства, но всё же...
Как-то это всё было необычно и очень волнующе!
Обруч плотно обхватывал мою голову, камень, вмонтированный в него, приятно холодил лоб. Я на ходу дотронулся до него пальцем и улыбнулся.
Совсем непростой это обруч! Кира опознала его как устройство, усиливающее мои память и интеллект больше чем на пятьдесят процентов независимо от уровня бриала. А кольцо Главы клана, что сейчас красовалось на моём безымянном пальце правой руки, усиливало настолько же мои физические способности — силу, реакцию, ловкость, защиту, ну и всё такое!
Я не думаю, что мне с моим Хигури эти обруч и кольцо так уж очень сильно необходимы, но это, в первую очередь, знаки власти, и поэтому мне без них никуда.
Вик, когда вручал мне их, так и сказал: «Цени и храни». И насколько я знаю из рассказов Илеи, Крон их почти никогда не снимал, часто даже спал в них!
Входя в зал для заседаний, я окинул взглядом собравшихся там представителей от всех кланов, образующих новый Совет Восьми. На всё это у меня ушло чуть меньше секунды, но я хорошо успел рассмотреть во всех подробностях каждого.
У всех на головах обручи наподобие моего. Поверх комбинезонов свободные белоснежные накидки со множеством складок, как у римских сенаторов. Они расположились на трибунах на небольшом расстоянии друг от друга, заняв нижние два ряда.
В первом ряду, блистая своей красотой и грацией, сидела, гордо выпрямив спину и сложив руки на коленях, дочь главы клана Гури — несравненная Лили ен Баат.
Я прекрасно помню ту нашу первую встречу, когда она только прибыла в Ковчег после долгого сна. Как, выходя из телепортационного зала, она одарила меня многообещающим взглядом и улыбкой. Сейчас же ее улыбка была скупа, и она только слегка наклонила голову в ритуальном приветственном поклоне.
Метрах в пяти от нее сидел Мор, а еще дальше, метрах в десяти, самый, наверное, опытный из всех нас — Лот ин Эрма из клана Сеннаш. За ними во втором ряду расположились представители кланов Зори, Цыхал, Дамбу, Акум и Ной.
Встав на площадку перед трибунами, я обратился к находящимся здесь членам вновь созданного Совета:
— Приветствую Высшее Собрание!
Выдержав необходимую паузу, я громко и четко, чеканя каждое свое слово, провозгласил:
— Я, избранный глава клана Кинхов Зорг ин Стаат, приношу клятву верности зотэрианской Расе и народу Хогов! Клянусь в мире и битве, в смерти и в жизни всем сердцем быть верным этой клятве по воле своей и во славу зотэрианской расы!
Говоря слова этой священной клятвы, я чуть шагнул назад и склонил голову в поклоне под строго определенным углом, как это было принято в таких ритуалах.
Теперь, если представители Совета Восьми принимали эту клятву, они согласно ритуала сейчас должны встать со своих мест и поприветствовать меня стоя.
Первым, показывая свою лояльность ко мне, встал представитель клана Сеннаш — Лот ин Эрма. Задержавшись за ним лишь на мгновение, поднялся Чук ин Дот из Клана Акум, затем встал на ноги Мор и уже за ним следом все остальные представители других кланов, за исключением Лили ен Баат из клана Гури.
Она сидела, гордо выпрямив спину, вперив свой отрешенно-безучастный взгляд куда-то мне в переносицу, и о чём-то напряженно размышляла.
Ее красивые, чуть пухлые губы были упрямо поджаты и, если бы я точно не знал, что функция мыслесвязи в этом помещении надежно отключена, то я бы подумал, что она сейчас участвует с кем-то в каком-то очень нешуточном споре, пытаясь в нём твердо отстоять свою точку зрения. Но и эта заминка продолжалась совсем недолго, всего с десяток секунд, не больше. Глаза Лили прояснились, взгляд стал осмысленным, губы слегка растянулись в вымученную улыбку, и она грациозно поднялась со своего места.
— Я повинуюсь нашим древним законам и принимаю твою клятву! Но ты... ты, не проживший в нашем обществе ни одного цикла... как ты можешь направлять нашу расу по истинному пути? Как ты, чужак…
Пока она говорила, я заглянул ей в глаза и с удивлением для себя обнаружил там — не радение за развитие нашей великой расы, и как я буду с этим справляться, а тщательно скрываемую на меня обиду и злость. В один миг в голове сложился нужный мне алгоритм поведения с этой непростой и, скорее всего, коварной женщиной, и мне, если честно, он пришёлся не по душе.
Снова перед глазами промелькнула наша сцена в телепортационном зале — взгляды, многообещающие улыбки, и мне вдруг всё встало ясно и понятно!
Виза… мое поспешное бракосочетание с ней — это безвозвратно упущенные возможности, уязвленное самолюбие Лили — всё это для меня читалось в ее теперешнем взгляде так же легко, как в раскрытой книге!
В памяти тут же всплыли предупреждающие слова Крона о непростом характере зотэрианок, о мести, на которую они способны, если в их романтической душе поселится обида, и что лучше до этого совсем не доводить!
Да… дела!
— … нам всем, хотелось бы это знать здесь и сейчас! — закончила свою короткую речь Лили, из которой я, к своему стыду, большую часть как-то совсем пропустил мимо своих ушей, но ничего, Кира сейчас восстановит ее во всех деталях, вплоть до интонаций.
Уважительно кивнув Лили и дав этим самым понять, что я воспринял ее слова более чем серьезно, я дождался пока все рассядутся по своим местам и, стараясь, чтобы мой голос звучал твердо и уверенно, начал свою речь:
— Я говорил уже это перед своим кланом, повторюсь и перед вами. Встать во главе клана Кинхов и возглавить Совет Восьми — это не мое решение и, уж поверьте, не мое желание! Так, когда-то заглянув в будущее, решили уважаемый всеми Мор ин Хог и Великий Крон ин Стаат, и я, следуя их заветам, полностью им в этом повинуюсь и не пожалею своей жизни для достижения нашей общей великой цели!
Обведя внимательным взглядом притихших членов Совета, я продолжил: