Страница 11 из 15
Меня взяли под руки и повели, точнее потащили, поскольку ходить у меня получалось не так чтобы успешно, после столь долгого времени в постели. А пройтись мне тупо не дали.
Теперь я не только хотел раздобыть книгу жалоб, но и сайт данного заведения, чтобы написать напрочь негативный отзыв.
Еще и смайликов добавлю угрожающих, чтобы каждый хипстер знал где проводить свое драгоценное время явно не стоит.
Ха-ха. Ха...
Не заметил, как мы вошли в новое помещение. Которое смутно напоминало собой допросную. Зеркальная стена, за которой, как я смел предположить находилась другая комната. Припаянный к полу стол. Два табурета и дознаватель.
Только заместо последнего напротив меня сидела Кристина?
— Госпожа Рубцова, какой приятный сюрприз! — воскликнул было я, когда пара гвардейцев приковала мои кандалы цепью к середине стола.
Вот настолько они меня опасаются? Да что я им сделал? Половину города прирезал? Ах, точно...
— И тебе доброго дня, Марк, — сквозь силу улыбнулась блондинка, — Жаль, что встречаемся при «таких» обстоятельствах.
— Был бы в состоянии, я бы развел руки в стороны, но, увы, что есть, то есть, — неопределённо дернул щекой, — Может хоть вы расскажете, что, наконец, здесь творится. И где я, собственно?
— Сейчас мы с тобой разговариваем на нижних уровнях Петропавловской крепости, — вздохнула женщина.
Я деланно осмотрелся.
— Косметический ремонт?
— Марк...
— Нет, лучше не говорите! Отделка потолков? А то больно всё вокруг смахивает...
— Саша жива. Генерал Орлов расстарался, чтобы ее мигом доставили к целителям Императорского клана в столице.
Я мигом умолк. Замотанный узел в груди невольно опустился, отяего мне стало как-то особенно хреново. Вроде и облегчение, причем немаленькое, но сил в теле за секунду серьезно поубавилось.
Да и теперь перед Орловым висит неслабый такой должок с моей стороны.
Причём, двойной. Ведь, я как раз сейчас вспомнил, что именно его голос остановил Олега Романова от того, чтобы снести мне голову.
Мда, следует конкретно так отблагодарить старого генерала за всё, что он сделал по отношению к роду Ливен.
— Это замечательно. В каком она состоянии? — понизил я тон, перестав поясничать.
Может, это была такая защитная реакция на панику в голове. Или я пытался действительно не думать о том, что я сотворил. Наверное, я просто пытался притвориться самым настоящим невинным подростком, совершенно позабыв о всей той ответственности, что все еще повисла на моих плечах.
— В стабильно отвратительном. Девушка пережила клиническую смерть. Почти четыре минуты ее сердце не билось, что серьёзно отразилось на отделах мозга. Она в коме, Марк, — подвела итог Кристина, скрестив руки под грудью.
Зато жива. А значит всегда оставался шанс на полноценное исцеление.
— Госпожа Рубцова, — я посмотрел в глаза блондинки, — Что по итогу произошло в тот день?
Я до сих пор не понимал, что случилось. По какой такой причине недавние союзники встали против нас. С какого перепугу все начали гоняться за Ливен, как за ведьмами.
Была ли во всем этом моя вина, как человека, что разворошил улей? Следовало ли мне действовать куда более осмотрительнее и неспешнее?
— Официальная версия состоит в том, что триада оказалась на территории Ливен. После чего прибыли агенты «ВЭБа» и завязалась битва. Последние, как утверждает замминистра Рысев, были атакованы патриархом Ливен, что и привело тех к выводу о покровительстве им триады. После чего последовало твое скорейшее задержание с сестрой, но в виду вашего сопротивления, образовавшееся в полноценную бойню. К тому же, в это же время была отправлена первая принцесса, что также сейчас не по первому и даже не по второму кругу размусоливается, как твоя личная инициатива, — продолжила блондинка поражать меня, точно громом, одной новостью за другой.
— Но это же бред! Практически каждый из этих пунктов!
— Можно посчитать и так. Именно Генерал Орлов при поддержке Багратиона и других бывших оппортунистов пытаются продавить альтернативную версию событий, которая заключается в том, что триада атаковала Ливен, а уже от этого пошли все заблуждения и истерия. Тут играет и твои недавние заслуги перед принцессой и Империей, и твое поступление в «Куб». Большая часть дворян пока молчит, предпочитаю смотреть в стороне за противостоянием рьяных лоялистов и бывших бунтовщиков. По Санкт-Петербургу даже начали ходить слухи, что вот-вот начнётся новая гражданская, — опечаленно покачала головой Кристина Сергеевна.
— И зачем вы это мне рассказываете? Мы вроде бы в Петропавловской крепости. А потому мне кажется, что вы что-то упускаете в своих словах, госпожа Рубцова, — сощурил я веки.
Собеседница как-то обречённо мотнула головой в согласии с моими словами.
— Тебя будут судить за убийства гвардейцев и агента «ВЭБа».
Вот так новости, конечно.
— Что-то конкретное?
— Изначально планировали судить обычным способом, то есть с предоставлением права голоса сторонам защиты и обвинения. Но второй принц напомнил, что у тебя была заключена дуэль с Воронцовым спустя десять дней по окончании зачистки. Ты пролежал без чувств и бреду трое суток. Через неделю состоится судебный поединок, по итогу которого станут решать твою судьбу. Если умрешь, то и волноваться не нужно будет, но если же выйдешь победителем... — ошарашила меня известием девушка.
— То у меня появится шанс на вызволение отсюда? — прикинул я расклад.
— Именно так, — подтвердила Рубцова.
Снова без маны против пика 3-ей звезды. Возможно, Денис даже мог ступить на порог 4-ой.
И мне следовало его одолеть, будучи не в состоянии владеть маной еще 2-3 недели?
Мне одному кажется или Константин действительно жаждет моей смерти, раз он проводит подобный трюк с судебным поединком, чтобы я опозорился на всю Империю и умер от лап Воронцова.
Паршиво! Крайне паршиво!
— А как отец отреагировал на всё это? И в порядке ли он вообще? — сменил я тему. До поединка еще неделя. Есть время, чтобы что-то да придумать. Авось, еще что придет на ум.
Сейчас же следовало выцепить побольше информации из Рубцовой, ради чего она, похоже, и прибыла.
Этакий жест поддержки со стороны директриссы. Мол, мы с тобой. Морально только, но всё же с тобой!
— Твой отец, Марк... Пропал.
— То есть как пропал? — не понял я.