Страница 47 из 72
23.
12 мая 1194 г.
На бритье ножом Анри все-таки согласился. Правда, с горячей водой и золой из очага вместо мыла. Результат, конечно, получился неблестящим, и лицо сильно саднило, но щетина хотя бы не выглядывала из-под покрывала.
- Мне интереснее другое, - со вздохом сказал он. – Как я буду по якорной цепи забираться в платье с длинными широкими рукавами. И в плаще. Не получится без плаща – надо же как-то распоротые швы скрывать.
- Кстати, вам не помешает надеть под блио шоссы и сюрко, сэр, - заметил Уилл. – Не вечно же вы будете женщиной. А как забираться… Задерите блио, примотайте его плащом к груди. Рукава завяжите потуже. Все, конечно, будет измятое и перепачканное, но… И вы не подумали еще об одной вещи.
- О какой? – тяжело вздохнул Анри.
- Допустим, вас не поймают, вы сможете поговорить с герцогиней, и она возьмет вас под свою защиту. И что вы собираетесь делать дальше? У вас не будет ни денег, ни самого необходимого.
Не говоря ни слова, Анри завязал в узел на рукаве несколько монет. Чтобы натянуть платье на сюрко, пришлось еще больше надрезать швы и распустить шнуровку по бокам. Дама из него получилась не слишком стройная, да и грудь из пуха то и дело норовила куда-то сползти.
Как бы не потерять ее, пока буду забираться по цепи, подумал Анри.
Судя по высоте месяца, было уже глубоко за полночь, когда их лодка, отчалив от берега, направилась к кораблю герцогини.
- Как ты только видишь в такой темноте? – удивился Анри, глядя, как уверенно Уилл держит курс.
- Матушка рассказывала, что, когда она была мною в тягости, ей на живот легла кошка. Тише, сэр. На воде слышно дальше, чем на земле.
Наконец впереди выросла черная громада корабля. Уилл старался грести как можно тише, чтобы ни единый всплеск не мог привлечь внимание караульных. Впрочем, его опасения оказались излишними: шторм утих, но волнение все еще было достаточно сильным. Мягко коснувшись борта, лодка остановилась там, где толстая ржавая цепь уходила в воду.
- Ну, да поможет вам бог, сэр!
Похлопав на прощание Уилла по плечу, Анри уцепился за цепь и начал подтягиваться. Руки скользили, рукава мешали, даже туго затянутые. Течение немного оттащило корабль, и цепь поднималась с наклоном. Это чуть облегчало задачу, но не давало оттолкнуться ногами от борта.
Добравшись до клюза – отверстия, через которое вытравливают якорную цепь, Анри встал на него, чтобы отдышаться и прислушаться. На корабле было тихо. Караульные либо спали, либо находились где-то с другой стороны. Протиснуться сквозь клюз точно не получилось бы – он был слишком узким. С лодки все выглядело так, что от него до края борта совсем близко, но это впечатление оказалось обманчивым.
Вытянув руки как только мог, Анри все же достал до края и уцепился за него. Он подтянулся, извиваясь по-змеиному, уперся ногами в борт и перевалился на палубу. И тут же услышал шаги. Крепко выругавшись про себя, ползком пробрался за свернутую бухту каната и притаился там.
Кто-то прошел буквально в двух шагах от него, так близко, что можно было дотронуться рукой. В отличие от Уилла, Анри в темноте видел плохо – наверно, живот леди Сибил кошка своим посещением не почтила. Поэтому он счел разумным остаться в своем убежище, пока не начнет светать, а потом поискать другое, понадежнее. Где можно было дождаться, когда дамы герцогини окажутся на борту.
И вот тут-то глаза предательски начали слипаться. Как ни боролся Анри со сном, тот все-таки одолел.
Только на одну минутку прикрою, подумал он. А когда открыл, было уже почти совсем светло. Откуда-то доносились голоса. Высунув голову из-за каната, Анри убедился, что рядом никого нет, и нырнул по узкой лестнице в трюм, где спрятался за наваленными горой мешками.
Прошла, наверно, целая вечность. Корабль ожил, наполнился звуками: шум, крики, топот, лязг металла. Анри не столько услышал, сколько почувствовал, как подняли якорь. Корабль дрогнул и устремился навстречу волнам, ловя в паруса попутный ветер.
Выждав еще немного, Анри выбрался из-за мешков. Сквозь щели пробивались тонкие, как нити, лучи света, и он попытался хоть как-то осмотреть себя и привести в порядок. Блио и плащ были измяты и испачканы, покрывало сползло и едва держалось. Грудь скомкалась и сбилась под мышки. Несмотря на все старания, вид у Анри был жалкий. Намочив руки в натекшей через щель лужице, он смог хотя бы немного отчистить и расправить плащ. Теперь надо было выбраться на палубу так, чтобы его не заметили.
Осторожно нащупывая ногами скрипучие ступени, готовый юркнуть обратно при малейшем подозрительном шуме, Анри поднялся до самого верха и приоткрыл крышку. Выглянул в щель и убедился, что рядом никого нет. Выскочил, как лисица из норы, и бросился к борту – сделать вид, что стоит там уже давно.
За спиной раздались женские голоса. Чуть повернувшись, Анри разглядел герцогиню, которая прогуливалась по палубе в сопровождении десятка дам. Среди них была и Мэрион – он даже не увидел, а почувствовал ее присутствие. Попятившись, Анри смешался с дамами, постаравшись оказаться за их спинами. Не хватало только, чтобы герцогиня обратилась к нему зачем-нибудь.
Для Алиеноры на возвышении под балдахином было установлено кресло, остальные дамы расселись вокруг на ковре. От воды тянуло сыростью, и все они кутались в плащи, что очень даже устраивало Анри, который ничем среди них не выделялся. Однако вопрос оставался открытым: как ему поговорить с Алиенорой наедине.
Он стоял у борта, делая вид, что плохо переносит качку. И одним глазом посматривал на дам, лихорадочно размышляя, что делать дальше. И вдруг встретился взглядом с Мэрион. Брови ее изумленно взлетели под покрывало, рот приоткрылся. Анри прижал палец ко рту: молчите!
Мэрион сначала покраснела, потом побледнела, что не укрылось от взгляда герцогини.
- Леди Мэрион, что с вами? – спросила она. – Вас уже укачало?
- Да, ваша милость, - пробормотала Мэрион и поспешила к борту.
Уцепившись за край, она наклонилась, посмотрела на волны и прошептала:
- Как вы здесь оказались?
- Мне надо поговорить с герцогиней. Самому, - так же тихо ответил Анри, не глядя на нее.
- Я постараюсь что-нибудь сделать. Главное – не попадайтесь ей на глаза сейчас. Лучше вообще уйдите отсюда.
Медленно, шаг за шагом, Анри отошел вдоль борта так, чтобы оказаться за спиной герцогини. Теперь она не могла его видеть и загораживала собою остальным дамам. Сам он тоже не мог разглядеть, что происходит, однако заметил, как Мэрион решительно отошла от борта и направилась к Алиеноре.
- Мне надо прилечь, - услышал Анри спустя какое-то время. – Леди Мэрион, проводите меня вниз. А вы все оставайтесь здесь.
Ему казалось, что они должны уже были приближаться к нормандским берегам, когда Мэрион поманила его рукой из отверстия под кормовой площадкой.
- Идемте, герцогиня ждет вас, - сказала она, дождавшись, пока Анри, обойдя несколько матросов и дам, спустится в трюм, туда, где находились два помещения – одно для Алиеноры, другое для придворных.
- Что она сказала?
- Что совсем не удивлена.
- Вы рассказали ей об отце? И о?..
- Обо всем, что произошло, - со вздохом кивнула Мэрион. – Кроме того, что, возможно, он донес на вашу мать, Анри. Об этом расскажите ей сами.
Она открыла дверь и пропустила его в просторную каюту. Герцогиня сидела на узкой кровати, застеленной зеленым, как трава, покрывалом.
- Оставьте нас, Мэрион, - приказала Алиенора и махнула рукой в сторону скамьи у противоположной стены. – Присаживайтесь, Анри де Дюньер. Должна сказать, что вы отвратительно выглядите. Совсем не похожи на моих придворных дам. Но вы смельчак. Убежать из замка по веревочной лестнице, а потом пробраться на корабль! Как знать, возможно, вы и вправду внук великолепной Мод.