Страница 30 из 120
Короче, спортсменка, красавица, комсомолка. Не удивлюсь, если она ещё и подрабатывала на Контору Глубокого Бурения. Из чистого энтузиазма и любви к интеллектуальным интригам.
Именно её я хотел сделать послом своей доброй воли, то есть убедить разрешить мне сдачу экстерном четырёх выбранных предметов и, при удаче и достаточной доле наглости, одного госэкзамена. Это я уже потом решил присовокупить, так сказать. Из чувства протеста к собственной нерешительности. Тварь ли я дрожащая или Миротворец, мать вашу?!
Я уже осознал, что просто так заниматься методичными поисками Демиурга будет довольно скучно. Эта мысль несколько раз приходила мне на ум во время ночной тренировки. В первых двух миссиях мне нередко приходилось для достижения цели играть в салочки со смертью. А здесь? О какой опасности до появления на горизонте клевретов Хранителей можно вообще говорить? Да и появятся ли они ещё большой вопрос.
Полагаю, что это случится не раньше, чем мы пересечёмся на конечных этапах по захвату искомого объекта. Вот только когда произойдёт это эпохальное событие одному Закону известно. Я же сдохну от скуки или тоски. Что же мне теперь, как нелегалу японской разведки только и делать, что точить по ночам катану, да притворяться днём бедным рикшей из китайского квартала?
Блин, да я тут пожить хочу! Просто жить. Впервые за последние полгода вокруг меня мирная жизнь, а не очередная война. И плевать, что перестройка и другие объективные причины исторического маховика превратили жизнь в стране в помесь лохотрона и спринтерских тараканьих бегов на выживание!
Что я видел-то последние полгода индивидуального времени? Воинский эшелон, окопы, шахту да лагерь военнопленных? Бесспорно, впечатлений, опыта, достижений — вагон и маленькая тележка. Не буду кокетничать, были и прекрасные моменты. Но всё это на бегу! В краткие минуты передышек. Даже секс у меня случился всего один раз. Один раз, Карл! Это как вообще? Нормально? Обидно, право слово.
Сейчас же я впервые никуда не спешу. Ремесленник обещал для тела моего аватара только прогрессирующие положительные изменения. Отсюда в первую очередь и следует исходить. Я не отступаю от основной цели. Лишь иду к ней оптимально выбранным путём, а не рвусь в саморазрушительном отчаянном порыве. Успеется. И если я буду всё время есть себя поедом и тосковать, то с высокой долей вероятности сойду с ума и ничего в итоге не добьюсь. Эрго — срывай день и держи глаза и уши открытыми, Гавр. И будет тебе счастье…
Завтракать в общаге не было смысла, лишь вскипятил кружку с турецким чаем, бухнув туда десять ложек сахара. Напиток получился омерзительный, но сладкий. К тому же прекрасно бодрил и смыл привкус мха с моих зубов. Хотя хрен редьки не слаще.
В институте еле высидел первый час лекции, обдумывая с чего начать разговор с заместительницей декана. Но так толком ничего и не придумал. Да что там выдумывать? Скажу прямо, всё как есть, а уж потом попробую подогнать доказательную базу.
— Доброе утро, Сапфира Султановна! — я улучил минутку и заглянул в деканат, воспользовавшись моментом, когда та осталась одна, а секретарь вышла в институтский буфет
— Здравствуй, Луговой. Почему не на занятиях? — отвлечённо-официальный тон, видимо, должен был заставить трепетать сердце второкурсника. Оно и вправду затрепетало, но отнюдь не от робости. Сапфира была сегодня дивно хороша и свежа, загадочно поигрывая пальцами на крупных тёмно-синих камнях, которыми были украшены её серьги из белого металла.
— Сбежал со второго часа лекции, Сапфира Султановна. Хочу переговорить по важному делу. С вами, — всё это я проговорил на одном дыхании, преданно глядя в глаза заместительницы декана, стараясь чтобы мой взгляд не съезжал в сторону умопомрачительного декольте, куда спускалась цепочка белого золота с кулоном Нефертити.
Женщина приподняла правую бровь и уже с большим интересом взглянула на меня, откладывая в сторону какие-то бумаги.
— Что ж… честный ответ. Выкладывай, Луговой, побыстрее, что у тебя там.
— Хочу досрочно сдать экзамены по нескольким предметам, чтобы высвободить время для дополнительных занятий, — выдал я единственную заранее заготовленную фразу.
— И какие предметы? — интерес во взгляде Сапфиры приобрёл большую остроту.
— Философию, политологию, социологию и историю медицины с курсом истории, физкультуру, иностранный язык, латинский язык (просить так просить — авось хоть половину разрешат!) и… — я несколько замялся, — …анатомию.
— Наглости тебе не занимать, Гаврила Никитич, (феноменально, но Шахерезада знала всех подопечных студентов по именам-отчествам!). Анатомия — сразу нет! И не мечтай. И не потому, что я не верю, что ты её сдашь, изучив меньше половины запланированных тем. Технически ректор не даст разрешение. Да и для госэкзамена требуется особый протокол, состав комиссии. Даже дату согласуют с министерством. Беспрецедентно. Ну а остальные… ты твёрдо уверен в своём решении?
— Уверен, Сапфира Султановна. Всё лето учебники штудировал! На самом деле, я физкультуру уже практически сдал. Старший преподаватель Матько должен был вчера служебную записку передать.
— Да? — вторая соболиная бровь поползла вверх. Заместительница декана потянула к себе с края стола кожаную папку и, открыв её, зашуршала листками, — да, действительно. И заведующий кафедрой подписал, — теперь на её лице было написано пусть небольшое, но удивление, — когда ты успел, Луговой?
— Само как-то вышло, — если бы я стоял, то обязательно шаркнул ножкой. А так — просто потупил глаза.
— Само, значит, — протянула Сапфира Султановна, — и зачем тебе столько свободного времени Гаврила, если ты за лето умудрился пять предметов подготовить для сдачи экзамена? Да ещё иностранный язык! Хотя, — она открыла журнал курса, — может, ты в спецшколе учился? Так бывает...
Похоже, заместительница декана любила задавать себе вопросы, и сама же на них отвечать. Причём вслух. Не думал, что озадачу так своим предложением нашу железную Шахерезаду. Хотя что-то мне не приходит на память ни одного подобного случая за мою бытность студентом.
— Погоди, Луговой. У тебя в анкете написано, что в школе ты учил испанский. У нас в институте на кафедре испанского нет и тебя отправили во французскую группу. И ты хочешь сказать, что готов сдавать французский? — на этот раз от удивления Султановна сняла стильные очки в тонкой оправе и стала интенсивно протирать линзы бархоткой.