Страница 22 из 120
Глава 5
Глава пятая
Чем слоняться по округе, руки в брюки,
Развивай мускулатуру физкультурой.
Штангою качайся, в проруби купайся,
Соблюдай культуру тела, тело в дело!
Помни о фигуре, о мускулатуре...
Александр Шаганов.
Следующей парой была общая гигиена. Кстати, один из любимейших мной предметов на начальных курсах. Возможно, потому, что и в то время, и впоследствии, если не считать клинических дисциплин, ни один другой предмет так не пригодился мне в последующей жизни, как этот. И что характерно, большей частью не для медицинской практики.
Это как в школе: решаешь задачки по алгебре, пишешь сочинения, заучиваешь стихи, исторические даты, географические названия. И всё вроде бы правильно — развитие интеллекта, повышение общей эрудиции, оттачивание риторики. Просто прелесть!
Но вот чтобы хотя бы малая толика этих знаний помогла в повседневной жизни, так нет. А сделанная на уроке труда своими руками табуретка и выточенный из куска железа на верстаке хомут, или, скажем, спаянная под чутким руководством учителя из УПК по вырезке из журнала схема светомузыки — обязательно будут помянуты с сердечной благодарностью. И не раз.
И упомянутые первым предметы ничуть не хуже вторых. Просто одни для жизни, для дела и имеют вполне ощутимую практическую пользу. А другие, словно беспроигрышная лотерея, повезёт — пригодятся, а не повезёт — поставят на полку красивым, но бесполезным напоминанием.
Так получилось и с общей гигиеной. Обычного человека, никогда не касавшегося учебного процесса в медицинском вузе, или далёкого от медицины в принципе, название предмета вполне могло бы дезориентировать. В обывательском смысле большинство людей гигиену понимают слишком утилитарно. И в этом нет ничего плохого! Во многих знаниях многие печали.
«Мойте руки перед едой!» и «Одеколон — не роскошь, а гигиена!» — лозунги, заезженные и надоевший всем хуже горькой редьки, порождённые полузабытыми временами великих потрясений, войн и революций тем не менее не преминули гаденько и по-крупному напомнить о себе ещё совсем недавно в эпоху ковидной вакханалии.
На самом деле, как и большинство из медицинских наук, гигиена есть отдельный мир, отражающий извечную борьбу антропогенной среды со своим создателем, несправедливо возомнившим о себе невесть что. Главной её целью является как раз защитить самоуверенного хомо сапиенса, подготовить его, бедолагу, старающегося с маниакальным упорством завоевать эту самую среду, или соломки, так сказать, подстелить.
Хвала и вечный поклон тем преподам, что довольно сухую и прагматичную науку, опирающуюся на настоящие Гималаи цифр, статистических выкладок, экспериментов и наблюдений, выпестованных многими годами огромным количеством больших и малых профильных учреждений СССР, смогли донести до нас, вечно отвлекающихся на всякую хрень, студиозусов, в интересной форме.
Живые или, как впоследствии любили называть, интерактивные занятия заставляли по-настоящему забывать о времени. Потому что, несмотря на отсутствие на них больных или трупов, органов в банках или тканей в пробирках, были они не только про людей, но и для людей. А ещё про эту жизнь. Если кто понимает, о чём я.
Довольно резкий переход от лагерной жизни к студенческой, несмотря на давно пройденные и даже позабытые этапы обучения, неожиданно возбудил во мне дикий интерес к занятиям. Я буквально впитывал атмосферу институтских коридоров и кафедральных холлов. Даже поверхностный ретроспективный анализ порой приводил к неожиданным выводам.
Так что занятия по гигиене я буду приходить с превеликим удовольствием! И не потому, что на отработках пропущенных семинаров старый профессор угощает студентов лично принесёнными бутербродами с докторской колбасой и сладким чаем. Это слишком мелко. А потому что в нас здесь видят не только неотёсанные заготовки под будущих врачей, а прежде всего человеков.
В целом день прошёл продуктивно, я даже успел немного устать и погрузиться в неожиданно навалившуюся тоску. Новые впечатления о почти полузабытом, старые друзья, знакомые…такие ещё молодые, полные сил. Некстати накатили воспоминания о юбилейных встречах выпускников, когда вдруг в солидных дяденьках и тётеньках, после пары бокалов неожиданно начинают проступать знакомые черты весёлых и бесхитростных мальчишек и девчонок, что когда-то легко влюблялись, ревновали, предавали и предавались с головой самым невероятным глупостям, завидовали и прощали, плакали и смеялись — короче, жили, как умели, как получалось. И что примечательно: не забывали мечтать.
Несмотря на вполне положительный в эмоциональном плане день, сегодняшние занятия завершились для меня досадным сюрпризом: я забыл в общаге спортивную форму. Ничего экстраординарного. Кеды «два мяча», старые штопанные треники и футболку. Невесть что, конечно. Но зная принципы нашего препода, без формы третья пара, занятая ФОК, была для меня закрыта. И я автоматически влетал на отработку.
Физрук Матько лишь недоверчиво пошевелил густыми чёрными усами в ответ на мои искренние извинения и уверения, что это первый и последний раз. Он молча указал мне рукой на скамейку у стены спортивного зала. Я всё же попытался вставить пару слов, но был остановлен строгим взглядом коренастого преподавателя:
— Останешься после пары, Луговой. А сейчас сиди и не рыпайся. Уроки поучи, что ли… Уйдёшь — без разрешения деканата на физкультуру можешь не являться!
Блин, и какая муха его сегодня укусила? Или я забыл, каким он бывает занудой?
На самом деле Матько уважали. За принципиальность и суровый, но справедливый, характер. В прошлом мастер спорта по дзюдо, он был строг и сдержан, что не мешало ему, как и другим преподавателям, брать мзду от ленивых и не очень, но имеющих средства студентов.
Оформлялись подобные поборы довольно просто. Каждый преподаватель регистрировал какую-нибудь платную спортивную секцию. Не обязательно на базе мединститута и записывал туда желающих с помесячной оплатой. Посещение такой секции освобождало от официальных занятий физкультурой, что оформлялось специальной справкой, предоставляемой на кафедру. Понятное дело, всё это проходило не без участия заведующего кафедрой, который крышевал всю эту лавочку. Злые языки с придыханием указывали на коррупционную цепочку, тянущуюся и повыше. Но я особенно этому не верил. Да и оно мне надо?