Страница 13 из 157
Глава 6
Упрашивать Матильду и Вальтера не пришлось. Странно, но они беспрекословно слушались этого паренька в скромном костюме. Блондинка и «чекист» бросились врассыпную как раз в тот момент, когда сноп янтарных искр сорвался с моих рук и полетел прямиком в нового знакомого.
— Дыши глубоко! — велел он и первым делом накрыл нас уже знакомым мне по иллюзии куполом. Цвет его магии был белоснежным, и почему-то каждое проявление этой силы до ужаса раздражало и бесило мою.
— Я пытаюсь! Оно не слушается.
Действительно, руки словно действовали отдельно от меня. У меня внутри все бурлило, кипело, я чувствовал непонятную чужеродную ярость, природы которой понять не мог. Может, был какой-то старый родовой конфликт, и теперь это так проявляется?
В моих руках снова вспыхнули янтарные светящиеся шары и полетели в паренька. Тот легко отбился, разрубив их белоснежным мечом, сотканным из чистой силы. Судя по всему, уровень магии у него был повыше, чем у меня. Ну или просто он мастерски ею владел.
— Стой! — крикнул он. — Закрой глаза. Просто закрой и делай все точно так, как я говорю.
Усилием воли, наверное, последним, я все же заставил руки опуститься по швам. Сила сопротивлялась, клокотала и требовала выхода.
Я закрыл глаза. Купол и правда был непроницаемым, поскольку теперь я не слышал ничего, кроме голоса незнакомца.
— Слушай меня. В тебе сейчас борются две силы. Одна — от Осколка. Вторая — нечто более глубокое и древнее. И она у тебя отравлена.
— Это еще как? — не размыкая век, спросил я.
— Так бывает, когда в роду находятся те, кто совершил преступление или иначе насрал вам в карму.
Я против воли усмехнулся. Ну и лексикон у товарища. Очень странный для стен Зимнего дворца. Подозрительно знакомый мне.
А он начинал мне нравиться, несмотря на то, что сила внутри мня отчего-то желала его прикончить.
— Твоя задача сейчас погасить ту старую силу. Ты бьешь в меня силой Осколка, янтарной. А какого цвета твоя родовая, мы пока не знаем. Но именно она пытается захватить контроль. Ты должен ее успокоить.
— И каким, блин, образом?
Я и правда едва сдерживал ее. Даже зубы заскрежетали от напряжения, хотя со стороны могло показаться, что я просто стоял столбом.
— Потянись к ней. Поймай образ, который предстанет перед глазами. Это может быть что угодно. Но как только картинка станет четкой, собери внутри себя всю эту силу и… отправь туда. А потом резко оборви видение. Это самый простой способ.
Простой, говоришь? Ну да, ну да.
Но по рукам снова побежали разряды силы. Мне и правда нужно научиться успокаивать это дерьмо, иначе я стану опасен даже для себя. Жаль, что воспоминания предшественника так и не вернулись — сейчас мне бы очень помог его опыт.
— Давай, действуй, Николай! — торопил меня этот гуру родовой магии.
Я плотнее зажмурился. Что он сказал — потянуться к этой силе? Да как это, блин, сделать-то?
Сила-силушка, родовая, сербская… Я думал об этой силе и вспоминал рассказы отца про Югославию. Он по молодости даже туда съездил, еще до того, как на эти земли полетели натовские ракеты. Что папа рассказывал? Белград, говорил, очень странный… Говорил, там было высокое здание, состоявшее из двух высоких частей, которые соединял переход на самом верху. А еще выше был круглый вращающийся ресторан, как на телебашне в Останкино… я вспомнил открытку с фотографией этого здания. Башня «Генекс» — так оно называлось.
Я показывал образы этой силе, старался отвлечь ее, заинтересовать… Это же твое, родное, из тех краев… Только я не знал, была ли здесь, в этом мире, та башня.
Но сила, кажется, схватила наживку. Дрожь в руках чуть ослабела, а ноги стали держать меня чуть прочнее. Я вспомнил другие рассказы и образы — изящные босоножки на каблучках, которые папа привез маме, огромную игрушечную пожарную машину — мечту всего детского садика…
И, наконец, пришел другой образ. Образ, которого я раньше не видел. Это точно было не мое воспоминание.
Маленький городок у подножия не очень высокой, но древней зеленой горы. Много маленьких домиков с крышами из красной черепицы. В центре городка — роскошный парк, над которым возвышается старинное здание с окнами в виде арок. В центре три этажа, по краям — два, и к дому ведет красивая каменная лестница.
Но образ увел меня дальше, вглубь парка. Там, под сенью деревьев, притаился маленький павильон. Выкрашенный в желтый, со странными круглыми окнами. Я оказался внутри павильона — и передо мной оказалась большая чаша. Это был фонтан, из которого била вода.
Не знаю, откуда, но я знал, что эта вода необычная. Целебная. И очень важна для…
Не для меня. Для Рода.
«Верни отнятое!» — прогремел чужой незнакомый голос — вибрирующий, полифонический, словно это был хор сотни других голосов.
— Что вернуть?
Но мне не ответили. Я так увлекся увиденным образом, так погрузился в него, что едва не забыл о том, что меня просили сделать. Я обратился к силе, собрал ее в комочек… Но она сама исчезла. Просто ушла. Растворилась.
Я открыл глаза.
— У тебя получилось, — улыбнулся незнакомец.
Образ все стоял у меня перед глазами. Пришлось тряхнуть головой, чтобы отогнать наваждение. Оно меня не отпускало. Словно это не я пытался отвлекать силу воспоминаниями, а это сила сама достучалась до меня, чтобы показать нечто очень, очень важное. Понять бы еще, что это за место, существует ли оно на самом деле и что конкретно нужно вернуть? И кому?
Роду?
— Кажется, мне лучше присесть.
Гуру родовой магии кивнул, и я плюхнулся в кресло. Да уж, успел навести немного бардака в комнате: видимо, ветер, который подняли мои заклинания, разметал бумажки, сдул карту на пол. Даже кофейная пара словно отодвинулась от меня.
— Теперь это будет со мной постоянно? — спросил я.
— Не могу утверждать точно. Родовая сила тем и сложна, что у каждого рода она своя. Это формируется столетиями, влияет очень много факторов. Но для меня уже хороший знак, что она у тебя вообще проявилась. Значит, не все потеряно.
У меня в ушах все еще звенело. Но, кажется, наконец-то отпустило. Теперь я полностью владел телом и, кажется, даже начал лучше его чувствовать.
— Вы сказали, что ваш дух тоже призвали, —сказал я, когда мой визави уселся напротив.
— Да. И мне тоже пришлось поработать на свой род. До сих пор работаю. Но моя ситуация была совершенно иной. Твоя, Николай, куда сложнее. Я получил свою силу потому, что мой род оставался верен законам и обетам.
— Что это за законы?