Страница 38 из 51
– Она из подопытных, – добавил Лестат, оглядывая храбрившегося парня.
О да. Тот ужас, который пронесся в его глазах стоил того, чтобы подлететь и все ему рассказать. С другой стороны, боль в глазах говорила о том, что парень-то уже успел ею проникнуться. Когда успел-то? Раньше он его рядом с Миланой не видел.
– А ты кто? – выдохнул Литий, уставившись на соседа по балкону.
Он помнил этого орлана, живущего с девушкой ранее. Но сейчас взглянул на него по-новому. Узнавая о нем подробную информацию и его отце, а также семействе в общем, он думал, что тот встречается с девушкой, но никак не присматривает за ней с иной целью с подачи Совета. Литий тогда подумал, что мажор из богатой семьи решил с Миланой поиграться и наигравшись, улетит к себе, где бы он ни жил. А оказалось все по-другому. Никуда он не улетит и даже прогнать его теперь нет возможности, даже с помощью поддержки друзей. Не этот, так другой.
Эти эксперименты. Литий попытался вспомнить о них хоть что-то, но кроме того, что подопытных выбирают среди людей с негативной репутацией, ничего припомнить более не смог. Поначалу всех держали в лабораториях на отельной территории на втором ранге под усиленной охраной и ставили разные опыты и эксперименты: пришивали разные части тел, копировали клонов, добавляли мутации, проверяли реакции разных препаратов, которые проявлялись не сразу, а в процессе жизнедеятельности, в зависимости от препарата. Все эксперименты были согласованы высшим Советом ввиду того, что проводились исключительно с будущей пользой для второго и третьего рангов. Но лаборатории просуществовали недолго – большую половину не представляющих возможной опасности людей выпустили назад. Общество по защите людей среди орланов добилось пересмотра условий содержания «лабораторных крыс». Часть экспериментов ушла в подполье и стала скрытной от ненужных глаз.
– А я приглядываю, пока не созреет, – кивнул Лестат, умолчав о том, что именно тогда, поняв, что Милана – практикантка, заявился сначала к Леандру, а потом к Аскеру и вызвался быть побегушным мальчиком на присмотре. Таких обычно Министерство назначает. Легкая подработка для школьников – слежка за жертвой и предоставление отчетов о ее состоянии.
До этого слушая рассказы Леандры и Сельсы о подопытных Аскера, Лестат и не представлял, что малая часть населения с первого ранга подвергается согласованным Советом экспериментам и исследованиям. И никогда бы не подумал, что кто-то из его знакомых попадет в это поле.
Аскер тогда отказал ему, Леандр с Сельсой вообще его дурачком обозвали, не понимая, зачем ему это нужно: все время наблюдать за девушкой, быть как можно ближе к ней и сообщить, когда придет время. Но он настаивал. Жизнь этой девушки складывалась не так, как у всех. Она очаровывала его, а потом уходила. Издевалась над ним, а потом влипала в какую-то историю, где он был готов все бросить и лететь ей помогать. Он же тогда все бросил, как узнал… И здесь, сейчас. Он не мог уже ее просто так отпустить. Она уже стала его наваждением.
Литий молчал, обдумывая ситуацию, понимая, что то, на что он рассчитывал прежде – уже не произойдет.
– Я люблю ее, – добавил он, помолчав.
– Полюби другую, мой тебе совет. Мучиться всю жизнь с подопытной – такое себе.
– А если не хочу? – буркнул зло парень. – Ты бы отказался от своей любви?
Глаза полные боли сейчас смотрели на Лестата. Ох, как же он хорошо попал со своим вопросом. В самый эпицентр его головы. Лестат не мог сказать, что любит эту девушку. Несмотря на это он был здесь и следил за ней. Что он к ней чувствовал? Обиду? Он все еще хотел отомстить? Он ждет того часа, когда выскажет ей об эксперименте и посмотрит в ее глаза? Для чего он здесь?
– Тогда наслаждайся, пока есть время. Потом его не будет, – проигнорировал он вопрос Лития и ответил по-своему.
Лестат улетел, оставив парнишку в одиночестве и раздумьях. Тот был прав. Пришло время действовать, тем более, что Милана сама ему написала и попросила еще утром о встрече. Возможно, стоит применить все уловки одновременно: заставить ревновать, вызвать разные чувства от благодарности до страсти. Все, что раньше на нее действовало и могло бы ему помочь ускорить ее возвращение к нему, а потом… Потом будет видно. Молодой человек посмотрел в телефон и нашел номер ее родителей. Можно начать с них.
Глава 21
– … кто подскажет, какими правами обладает человек на втором ранге?
Милана пихнула Милку в бок. Та отстранилась от телефона и взглянула на подругу, а затем перевела взгляд на в упор смотревшего на нее декана.
– Может быть Мила хочет нам поведать? – мужчина стукнул тростью по столу, отвлекая девушку от посторонних дел и привлекая к себе внимание.
– Никакими, – сказала та, пожав плечами, недолго думая.
Иосиф Леонтьевич поднялся и подошел к столу, за которым сидели Милана с Милой и постучал по нему пальцами, обращая свой взгляд к остальным.
– Ну же, Мила, подумай. Если ты поехала на работу, а злой орлан толкнул тебя, что ты будешь делать?
Мила снова пожала плечами.
– Извинюсь?
– Нет. Кто-то хочет что-то добавить? – обратился тот к классу, не меняя места локации.
Он так и стоял у края стола рядом с Милой, но смотрел не на нее. Милана наблюдала за этим мужчиной и думала над тем, насколько тот был настырным и упертым. Из урока в урок он вдалбливал всем окружающим ее студентам, как можно было бы отстоять свои права в отношении орланов и все жутко упрямились, понимая, что сопротивление ни к чему не приведет, кроме наказания.
Люди давно прогнулись под установленную систему и предпочитали не высовываться, чтобы не потерять свои места работы, жительства. Всех все устраивало.
– Нужно опираться на закон о притеснении, – сказала громко Милана после длительного молчания.
– Кто бы говорил! – услышала она от девушки с каре, которая напала на нее в первую их стычку у университета с рыжей девчонкой по имени Эльза. Она наконец узнала ее имя, услышав, как ту звали друзья на перемене.
– Да уж. Соблазнить всех орланов, переспать с ними, а потом в притеснении и домогательствах быстро обвинить. – прокричала ей еще одна особь женского пола. – Первую часть уже выполнила небось?
Милана резко развернулась на окрик. Как она устала от них! Хотелось броситься и разделаться с каждой по очереди. Кровь заиграла в жилах, частота дыхания усилилась, зрачки расширились, кулачки сжались. Все замедлилось: Милка ее успокаивающая, и что-то буркнувшая тем в ответ, ребята с соседних столов, ухмыляющиеся и откровенно за ней наблюдающие, молчавший учитель, с грустью уставившийся в окно. Девушка чувствовала, что в ней что-то меняется прямо сейчас. Еще секунда…
– Милана верно сказала. Я ставлю ей за это пять! – ослабил напряжение преподаватель.
Он, словно почувствовал, что ее терпение с минуты на минуту лопнет и таким образом отвлек ее? Милана ощутила, как гнев отпускает ее. Расслабилась спина, пропала легкая тяжесть рук от сильного их сжатия. Она сама не заметила, как сильно и стиснула. И зубы тоже.
Она же чуть было не кинулась в яростном запале на девчонок. Девушка развернулась к себе и уткнулась глазами в стол. Так, она слегка выпустила ситуацию из-под контроля. Милана медленно задышала.
– Ты в порядке? – шикнула ей прямо в ухо Мила, отвлекая ее от мыслей.
– Да.
Декан попросил шушукающийся класс замолкнуть и продолжил тему.
– Как сказала Милана нужно обязательно заявлять о притеснении, и в случае чего звонить или идти в отделение правопорядка и обращаться к ним. С учетом того, что камеры на втором ранге расположены на каждом шагу – виновника быстро вычислят, и если он действительно проявил к вам беспочвенную агрессию, то он будет наказан.
– Да, – Милка кивнула. – Оштрафован на мизерную сумму. – Она говорила это со знанием дела, когда остальные ее слушали.
За месяц слух о том, что она работает на втором ранге, разнесся по всему университету. Все считали, что ей повезло, ведь в дальнейшем она сможет указывать на наличие опыта при трудоустройстве и это будет большим плюсом в ее деле. Если бы не Диуз, посоветовавший девушку одному своему приятелю, чей отец держал магазин по продаже детских товаров, то не видать бы ей этого места, как своих ушей. Помимо всего прочего, он выписал ей пропуск наверх, чтобы она могла прийти на встречу.