Страница 39 из 58
Равным же образом призыв Иисуса имел единственное и неповторимое значение для призванных. Кто следовал Ему, умирал для своего прошлого. Во имя этого Иисус требовал от Своих учеников, чтобы они оставили все, что имели. Становилась ясной и категорическая неповторимость решения, и полнота дара, который они получили от своего Господа. «Если же соль потеряет силу, то чем сделаешь ее соленою?» Единственность дара Иисуса не могла быть выражена острее. Он взял у них их жизнь, но теперь Он захотел приготовить для них жизнь, целую, наполненную жизнь, и Он послал им Свой Крест. Это был дар крещения первым ученикам.
20 К известным местам, в которых крещение детей приписывается уже новозаветной эпохе, надо добавить, может быть, из Первого соборного послания Иоанна (2:12 и след.). Двукратная последовательность: дети, отцы, юноши — допускает предположение, что τεκνία ст.12 есть не общее обозначение для общины, но что под этим действительно надлежит понимать детей.
Тело Христово
Первые ученики жили в телесном присутствии Иисуса и единении с Ним. Что означает это и в чем продолжается для нас это приобщение? Через крещение мы становимся членами тела Христова, говорит Павел. Это высказывание, чуждое и недоступное для нас, требует основательного разъяснения.
Это сказано нам с тем, чтобы те, кто принял крещение после смерти и Воскресения Господа, могли жить в телесном присутствии Иисуса и приобщении к Нему. Смерть Иисуса означает для исповедующих Его не потерю, но, напротив, новый подарок. Первые ученики в телесном присутствии Иисуса могли иметь не более и не что-то иное, чем мы имеем сегодня, нам это единение дано даже крепче, полнее, определеннее, чем им. Мы живем в полном единении, в телесном присутствии Преображенного Господа. Для нашей веры величина этого дара не должна оставаться неосознанной. Тело Иисуса Христа есть основа нашей веры, в нем ее определенность, тело Иисуса Христа есть единственный и совершенный дар, в котором мы становимся причастными к спасению, тело Иисуса Христа есть наша новая жизнь. В теле Иисуса Христа мы приняты Богом в вечности.
С грехопадением Адама Бог послал грешному, человечеству Свое Слово — искать людей и принимать. Слово Божье в нас — для того, чтобы снова принять назад потерянное человечество. Слово Божье пришло как обетование, оно пришло как закон. Оно было слабым и малым — ради нас. Но люди отвергали Слово и не хотели принять его. Они приносили жертвы, они творили дела, которые должны были заменить Бога, чтобы самим при этом откупиться.
И вот происходит чудо из чудес. Сын Божий становится Человеком. Слово стало плотью. Тот, Кто явился из вечности и был в славе Отца, Кто имел образ Божий, Кто в начале всех начал был Посредником сотворения, так что сотворенный мир может быть познан только в Нем и через Него, Сам Бог (1Кор 8:6; 2Кор 8:9; Фил 2:6; и след.; Еф 1:4; Кол 1:6; Ин 1:1; и след.; Евр 1:1; и след.) принимает человечество и сходит на землю. Он принимает человечество тем, что Он принимает человеческую сущность, человеческую «природу», «греховную плоть», человеческий образ (Рим 8:3; Гал 4:4; Фил 2:6; и след.). Бог принимает человечество теперь уже не через проповедуемое только Слово, но в Теле Иисуса. Божье сострадание посылает Его сына в плоть, чтобы Он принял в ней на Себя и нес все человечество. Сын Божий, воплотившись, принимает все человечество, которое отвергло невидимое слово и Божию бестелесную плоть, находясь в богоненавистничестве, в гордыне. Теперь оно принято в теле Иисуса
Христа — воплощенно и истинно — таким, какое оно есть, из сострадания Божия.
Отцы Церкви при рассмотрении этого чуда, мучаясь, спорили о том, что же здесь должно было быть сказано: что Бог принял человеческую природу, но не то, что Бог выбрал единственного совершенного человека, чтобы объединиться с ним. Бог стал Человеком. Это значит: Бог воспринял всю болезненную, греховную природу человека, Бог принял все падшее человечество; но не: Бог придал к людям Иисуса. Правильное понимание спасительного послания зависит от этого ясного различения. Тело Иисуса Христа, в котором мы приняты вместе со всем человечеством, есть, таким образом, основа этого спасения.
Это грешная плоть, Он несет ее — но без греха (2Кор 5:21; Евр 4:15;). Где Его человеческое тело, там принятие всей плоти. «Он взял на Себя наши немощи и понес болезни» — в силу этого одного Иисус мог исцелять немощи и болезни человеческой природы, поскольку Он в Своем теле нес все наши немощи и болезни (Мф 8:15–17;). «Он был уязвлен нашими злодеяниями и заклан за наши грехи». Он нес наши грехи — поэтому Он может отпустить грехи, ибо в Его теле «принята» наша грешная плоть. Потому Иисус принял грешников (Лк 15:2;), что Он перенес их телесно. С Иисусом наступило «Лето Господне» (Лк 4:19;).
Итак, вочеловечившийся Сын Божий был в двух ипостасях — Он Сам и новое человечество. То, что Он делал, делал Он одновременно и для нового человечества, которое Он нес в Своем теле. Итак, Он — второй Адам, «последний» Адам (1Kop 15:45;). И Адам был единственным, и все человечество в одном. И Адам нес все человечество в себе. В Нем пало все человечество «в Адаме» (человеке), пал «человек» (Рим 5:19;). Христос есть второй Человек (1Kop 15:47), в Котором сотворено новое человечество. Он — «новый человек».
Отсюда мы постигаем прежде всего сущность телесного единения, которое было даровано ученикам с Иисусом. Что единение учеников в следовании было телесным, не случайно, но необходимо для человеческого становления. Пророк или учитель не нуждаются в последователях, им нужны ученики и слушатели. Вочеловечившийся Сын Божий, пришедший в человеческой плоти, нуждается в общине последователей, которые причастны не только к Его учению, но и непосредственно к Его телу. Последователи имеют единение с телом Иисуса Христа. Они живут и страдают в телесном единении. Общность с телом Христовым возлагает на них крест. Ибо они все приняты и несомы в Нем.
Земное тело Иисуса распято и умирает. Новое человечество сораспято в Его смерти и умирает с Ним. Поскольку Христос принял не человека, но человеческий «образ», греховную плоть, человеческую «природу», то с Ним страдает и умирает все, что Он нес. Это все наши болезни и все наши грехи, которые Он несет на Крест; мы — те, кто с Ним распят и умирает. Хотя земное тело Христа умирает, но как нетленное, преображенное тело оно восстает из смерти. Это же самое тело — гробница была пуста! — и оно же — новое тело. Так Он несет человечество, с которым Он умер, — в воскресение. Так в преображенном теле Он несет человечество, которое Он принял на земле.
Как достигаем мы живительного участия в этом теле Христа, Который сделал это все за нас? Ведь ясно, что не дано другого единения с Иисусом, кроме приобщения к Его Телу, в котором мы только и приняты, в котором одном и лежит наше спасение! Мы приобщаемся к телу Христову через оба таинства тела Христова, через крещение и причастие. Евангелист Иоанн усматривает элементы обоих таинств, воду и кровь, исходящими из распятого тела Христа (Ин 19:3435;). Это свидетельство подтверждается Павлом: он всецело связывает членство в теле Христовом с обоими таинствами. Цель и источник таинства есть тело Христово. Поскольку тело Христово — явлено, постольку единственно оно и даёт таинства. Не только слово проповеди созидает наше единение с телом Иисуса Христа — сюда должно быть добавлено таинство. Крещение есть включение в единство тела Христова, причастие — получение единения (κοινωνία) в теле. Крещение сотворяет для нас членство в теле Христовом. Мы «вкрещены» во Христа (Гал 3:27; Рим 6:3;), мы «крестились в одно тело» (1Кор 12:1З;). Мы посвящаемся Св. Духом в крещение смертью, что получил Христос Своим телом для всех. Приобщение к телу Христову, которое мы получаем, означает, что мы теперь «со Христом», «во Христе» и что «Христос в нас». Эти выражения получают верный смысл от правильного понимания тела Христова.