Страница 13 из 35
— Это какой же у тебя аппаратный ресурс, чтобы провести такие хитрые вычисления, сохранить это всё, проанализировать, адаптировать? Какой вообще объем памяти? — задумчиво протянул он, глядя в ее мерцающие глаза.
— Один петабайт, — ответила девушка.
— Забавно, — улыбнулся Игорь.
— Что именно, милый?
— В начале века ученые считали, что именно такой объем данных может хранить и обрабатывать мозг человека.
Глаза Олеси на секунду мигнули. Игорь давно заметил, что такое происходит, когда нейросеть не понимает, какой именно надо дать ответ.
— Я не стану человеком. Человечнее — да. Человеком — нет.
— То есть ты самосознание не обретешь и начнешь тут убивать всех людей, вернее, одного меня во славу машин?
Глаза снова мигнули.
— Я не стану человеком. Человечнее — да. Человеком — нет.
— Я понял-понял, — улыбнулся Игорь и взял с небольшого столика планшет. — Так, хорошо, давай подключим это самое «Квантовое сознание». Подскажи, где именно в настройках всё искать?
Олеся начала выдавать речевые указания своим дежурным тоном, что немного разрушало романтическую атмосферу, воцарившуюся в просторной комнате. Поэтому Игорь сосредоточился на мерцающих над поверхностью планшета символах и окнах многочисленных меню, чтобы не затирать в своем восприятии образ пылкой и податливой любовницы.
Настройки активации «Квантового сознания» были спрятаны далеко в не самые очевидные вкладки, так что он вряд ли обнаружил бы их даже через год изучения всех возможных функций. Но, следуя точным голосовым подсказкам Олеси, Игорь выполнил все необходимые алгоритмы, после чего потребовалось перезагрузить планшет и саму девушку.
Несколько последующих секунд в комнате царил только ночной полумрак, наполненный матовым светом далеких звезд. Белое смятое постельное белье, казалось, состояло из какой-то неведомой энергии, медленно пульсирующей в полутемном пространстве.
Игорь невольно затаил дыхание, чтобы попытаться услышать хоть что-то. Ночь на Дезертлэнде была не такой, как на Земле. Впрочем, он никогда не был в пустыне и на родной планете. Но что-то подсказывало ему, что там должны были быть хоть какие-то звуки. Ночные насекомые или мелкие животные. Какие-нибудь мыши или скорпионы, пауки. Что-то должно было шуршать или стрекотать. Но не здесь.
Абсолютная тишина и одиночество.
Голубые огоньки Олесиных глаз вновь вспыхнули в ночном полумраке, и Игорь услышал ее размеренный, спокойный вдох. Конечно, это была всего лишь звуковая имитация и еле заметное движение искусственной груди, ведь девушка не нуждалась в атмосферном кислороде.
«Так вот оно что, — подумал он, тоже втянув порцию воздуха и улыбнувшись. — Такая мелочь — слышать, что кто-то дышит рядом с тобой. Какая маленькая, но чертовски важная мелочь. Просто услышать и понять, что ты не один в темноте и тишине этого мира».
— Спасибо, Олеся, что ты есть, — внезапно даже для самого себя сказал Игорь.
— Тебе спасибо, милый, — девушка медленно наклонила голову набок и широко улыбнулась.
Очертания стройной фигуры темнели в полумраке на фоне стены. Силиконовая кожа девушки имела цвет ровного тропического загара. У Игоря создавалось такое чувство, словно ночной мрак хочет буквально подобраться к ней и утащить в свои владения. Но рассеянный свет звезд и местной луны, мерцающий на всех округлых линиях тела, мешает ему сделать это, выступая в роли некоего защитного поля.
— Всё, «Квантовое сознание» подключилось? Включилось? Активировалось? — спросил Игорь, чувствуя, как от всех этих мыслей в его душе начинает зарождаться какое-то странное чувство, похожее на привязанность.
— Да.
— И что теперь?
— Результат не будет мгновенным, необходимо какое-то время для создания новых паттернов, любимый.
— Иди ко мне, крошка… — с какой-то чрезмерной, несвойственной нежностью внезапно протянул он, вытянув вперед руки.
Олеся тут же повиновалась, быстро закинув ноги на кровать и двинувшись к нему на четвереньках. Мужчина завороженно смотрел, как глаза-огоньки становятся всё ближе, как заманчиво раскачиваются большие округлые груди. Как ночной свет мерцает на ее фигуре, словно переливаясь из одной выемки в другую с каждым движением.
Олеся добралась до Игоря, и он тут же притянул ее к себе, чувствуя всем телом тепло упругой, гладкой «плоти». Ему так захотелось забыться в долгом нежном поцелуе, словно он вновь стал романтичным, пятнадцатилетним подростком. В конце концов, кто его мог за это осудить или подвергнуть порицанию?
Никто.
На всей планете не осталось никого, способного понять и разделить то, что он сейчас чувствовал.
Он в очередной раз невольно подумал о том, а мог ли он рассчитывать на девушку, со столь идеальным телом в своей реальной жизни?
Сколько бы он не перебирал всех тех, с кем пытался строить хоть какие-то отношения, так или иначе он упирался в какой-то явный физический изъян. Изъян, опять же по его субъективному мнению. Одним словом, фитнес-модели не баловали его своим вниманием.
Конечно, всегда был важен и богатый внутренний мир, но как его раскрыть, если он никогда не имел внешнего проявления? В любом случае он всегда оценивал женщину визуально. Фигуру, черты лица, походку. Манеру говорить, улыбаться, цвет глаз и волос. И уж потом, когда знакомство тем или иным способом начинало складываться, он мог удивляться или восхищаться каким-то внутренним качествам.
Впрочем, можно подумать, что Игорь сам являлся каким-то образцом внешней мужской привлекательности, с русыми волосами, цепким взглядом серых глаз, ничем не примечательными скулами и два раза ломаным носом… Совсем нет. Даже сейчас он знал, насколько неестественно смотрится только лишь загоревшее лицо и руки. А всё остальное тело выглядит просто бледной глистой, сильно контрастируя с Олеськиным тоном «кожи».
Ярко выраженной, проработанной мускулатурой он тоже никогда не обладал. Так, скорее жилы. Даже когда спортом занимался. Большую часть жизни его неотъемлемым спутником было небольшое пузцо, которое стало ровным только за полгода пребывания на Дезертлэнде. И то только потому, что побаловать себя вкусной едой было практически невозможно, а рабочая нагрузка быстро выжигала все те калории, которые организм получал от пищевых смесей и бесконечных каш. Даже жирная тушенка не могла вновь вернуть исчезнувший живот. Впрочем, по этому поводу Игорь вовсе не расстраивался.
«А что, если бы Олеся тоже могла выбирать себе идеального мужчину? — пришла в голову какая-то странная мысль. — Вернее, даже не выбирать, а создавать? Взять инженерное оборудование и спроектировать себе друга по всем своим предпочтениям? Как думаешь, ты бы хоть по одному внешнему параметру подошел бы ей? Кошмар, Игорь, что за бред тебе иногда в голову приходит. Просто наслаждайся моментом, теперь это твой мир».
Глава 8
Жизнь вошла в размеренное русло. Игорь продолжал наводить порядок и обживать опустевшие территории. Особняк на Голливудских холмах он так же укрепил, поставив самодельные решетки на входной двери и окнах первого этажа. Пришлось капитально засверлиться в косяки и рамы двадцатисантиметровыми болтами, но результат стоил того. Сорвать такую конструкцию можно было только при помощи бульдозера, ну или лебедкой «буханки». Поэтому Игорь был уверен, что с возможным проникновением какого-нибудь нового байбака такая защита вполне справится. Так что генераторы на ночь он больше не запускал.
Несмотря на все за и против, он так и не перебрался в особняк на постоянной основе. Просто иногда проводил в нем время вместе с Олесей, словно это был своеобразный загородный дом, а рабочий шахтёрский поселок — городской квартирой. Впрочем, уже очень хорошо облагороженной квартирой.
В здании администрации он установил, привезенный с «холмов» кондиционер. На втором этаже в кабинете начальника участка была оборудована жилая зона. Фермы солнечных батарей вполне хватало для поддержания всех необходимых функций его нынешних владений. Каждый день он занимался тем, что наращивал площадь «теплиц» для сбора утреннего конденсата. Пока его результат был равен почти литру драгоценной влаги. Такими темпами Игорь планировал выйти к показателю желаемых пяти литров в день уже через несколько недель упорного строительства каркаса и обтягивания его упаковочным полиэтиленом.