Страница 15 из 89
Глава 8
Антон Стольный с непроницаемым лицом скрылся за деревянной дверью. Если бы я когда-нибудь раньше видела его живьем, то ни за что не пошла к нему в кабинет. Да еще и так беспардонно. Сердце громко билось в груди, желудок скручивало, в висках стучало. Хотелось одновременно пить, есть, провалиться под пол.
Вовремя вспомнила, что я вроде как профессионал. И ничего страшного не произошло. Заодно немного высмеяла себя за глупость. Это же просто один руководитель пришел к другому руководителю. Ничего особенного. Такое происходит чуть ли не каждый день. Вот только туфли жалко.
Отправив срочный заказ в кофейню, собрала рассыпанные по полу карточки и достала запасную пару обуви. Черные лодочки на рюмочном каблуке. Подарок от Кирилла. Вполне себе милая обувь, но мою стопу она, мягко говоря, уродовала. Длинный, острый нос превращал ногу в лыжу. Дизайн каблука отдавал нафталином. Такие туфли больше подойдут пожилой леди, чем хорошенькой секретарше.
Чтобы не обижать бывшего, унесла туфли в офис. Сейчас, держа в руках черные лодочки, казалось, что это было когда-то в прошлой жизни. И не со мной. Выдохнула и вспомнила, что, кроме спорной внешности, у них еще был один огромный недостаток. Кирилл не угадал с размером. Пальцы уперлись в узкий мысок и немножко всплакнули. Нет ничего в мире хуже неподходящей обуви.
Дверь в кабинет открылась. Робот курьер принес заказ. Ничего не оставалось, как превозмогая боль нести кофе.
Кабинет дяди полностью соответствовал его чудаковатой репутации. Неподготовленный посетитель, попадая в царство Бриля, мог сойти с ума от обилия открытых виртуальных окон, говорящих голов, бегущих по стенам финансовых сводок и разбросанных бумаг, блокнотов, книг. Чтобы обезопасить посторонних, посетителей Аркадий принимал в отдельном помещении. За его презентабельным внешним видом тщательно следила Маша. А вот в основном кабинете никто не смел ничего трогать.
Антон, войдя в кабинет родственника, переложил коробку с информационными картами на стул и сел в кресло. Аркадий занял свое место. Сдвинул все бумаги в сторону. Посмотрел на Антона и спросил:
— И что тебя заставило спуститься к бедному родственнику?
Оплывшее лицо господина Бриля озарила добродушная улыбка. Антон, несмотря на стриженную полубоксом голову, бычью шею и взгляд озверевшего питбуля, оставался для Аркадия Бриля все тем же тощим мальчишкой, которого растил его двоюродный брат.
— Не такой ты уж и бедный. — Лениво произнес Антон.
— Это, смотря с кем сравнивать. — Подмигнул Бриль. — Так что надо? Отчеты я тебе еще вчера отправил.
— А отдел чего гоняешь, раз все давно готово?
— Чтобы не расслаблялись. И репутацию психа, знаешь ли, поддерживать надо. Но ты тему не переводи, племянничек. Зачем пришел?
Дверь открылась. В кабинет вошла Маша с подносом в руках. Две пузатые чашки, кофейник, блюдо с бутербродами и сливочные конфеты. Те самые, которые Антон мог есть килограммами. Сладость таяла во рту, разливалась на языке молочным привкусом. Антон сглотнул слюну и вспомнил, что так и не поел сегодня.
— Бутербродики! — Пискнул Бриль и хлопнул в ладоши.
Маша знала, аппетит у начальника в дни отчетов был адский. И его гостю могло просто ничего не достаться. Поэтому девушка удвоила заказ и сейчас мечтала скорее поставить поднос на стол и сбежать из кабинета. Туфли сильно жали, руки тряслись. А еще очень хотелось есть. Как и Антон, пообедать Маша забыла.
Она поставила поднос на стол. Взгляд Стольного упал на ее ноги. Туфли были уродливыми и неподходящими для этой женщины. А еще сквозь плотную ткань пробивались очертания маленьких мизинчиков. До этого мужчина никогда не обращал внимания на женскую обувь. А сейчас не просто обратил внимание, он будто почувствовал, как собственные пальцы упираются в ботинок и поморщился от фантомной боли.
Маша этот взгляд заметила и покраснела до самых кончиков ушей. Девушка сделала глубокий вдох, переставила содержимое подноса на стол и, стараясь не хромать, ушла прочь. Антон не удержался и проводил чужую секретаршу взглядом.
Этот интерес не скрылся от Аркадия. Бриль, аналитик от Бога, как сказали бы в далеком двадцатом веке, быстро сопоставил приход племянника, визы Маши на важных документах и этот заинтересованный взгляд.
— И на кого ты предлагаешь ее поменять?
— На Жанетт.
Антон такой проницательности дяди не удивился. Наоборот, порадовался. Не пришлось долго уговаривать и приводить разумные доводы, чтобы заполучить секретаршу. Он еще сам не понимал, зачем она ему нужна. Но желание видеть ее в собственной приемной зудело на кончиках пальцев. Зудело так сильно, что вены на руках вздулись и чуть потемнели.
— И что я буду с этой бестолковой курицей делать? — Поморщился Бриль.
Аркадию Федоровичу совсем не хотелось возиться с девицей, которая работала на Антона. Но и оставить Машу у себя он уже не мог. Чувствовал, так или иначе, Стольный заберет к себе девушку. Проще было ее отдать, выторговав для себя какие-нибудь бонусы. Чем тратить силы на противостояние с собственным племянником.
— Перевоспитывать. — Не растерялся Антон и ударил в самое слабое место родственника.
Аркадий моментально забыл, на какие бонусы собирался выменять Машу. Широко улыбнулся и потянулся к бутерброду.
— Ешь. Не зря же она двойную порцию сюда тащила.
— Так ты согласен?
— При одном условии!
— Каком?
— Если не понравится, вернешь ее мне. С нормальной психикой и без соплей. Понял?
Стольный кивнул и потянулся за чашкой. Теперь можно было и поесть спокойно. И обсудить рабочие дела. Антон положил перед родственником папку с проектом по Марсу.
Как часто бывает, пока Аркадий Федорович с посетителем разговаривали, в приемную началось настоящее паломничество. К концу рабочего дня здесь побывали все — от руководителя клининговой службы для утверждения сметных актов, до начальника ревизионной комиссии. Даже судебный курьер зашел. Принес решение, по очередному судебному заседанию.
Несмотря на внешнюю неказистость и проблемы с социализацией, мой начальник был тем еще Казановой. Только официальных жен у него было четыре. А про любовниц, вообще молчу. Раз в месяц рыжий мальчишка приносил из суда очередную претензию от какой-нибудь длинноногой дивы, требующей содержания от Бриля. И каждый раз Аркадий Федорович с огоньком и азартом ввязывался в судебное разбирательство. Иногда мне казалось, что провоцировал девушек на такие подвиги он специально.