Страница 9 из 15
Томаш напомнил мне Шварценеггера в фильме «Командо» — он шагал спокойно и невозмутимо, в полный рост, стреляя с обеих рук. АКМ злобно тряслись, распуская веера пуль, а Платек лишь ловко менял магазины. Щелк! — пустой долой. Щелк! — полный на место.
— Етта… Бьем по флангам!
Я метнулся к валуну, затянутому мхом, и открыл огонь по левому краю. Трое упало, но пули нашли лишь одного, а парочка залегла, отстреливаясь.
Ромуальдыч бил справа, гвоздя неприятеля экономными очередями. Злобно рявкал «Стечкин», минусуя автоматчиков. Корнеев, пластаясь, едва не падая в наклоне, добежал до ближайшего мертвяка. Отнял у того «калаш», и пальнул одиночным. Замешкался, но допёр-таки, перевел с «ОД» на «АВ» — и застрочил, скалясь от напряга.
Боевики метались недолго. Разобравшись, что в тылу — бывшие заложники, они перенесли огонь на нас, паля из доброго десятка стволов.
Я скорчился за валуном, сильно щурясь — пули щелкали по камню, и отлетали рикошетом с противным зуденьем, а выбитые крошки гранита чиркали, как мелкие осколки. Окриветь — нечего делать…
Пластаясь, я выглянул, касаясь щекой песка — и очень удивился. В суматохе перестрелки никто не смотрел за спину, в сторону озера. А там творились странные дела — из камышовых зарослей, из проток, разрубавших перешеек, вылетали надувные «Зодиаки», глиссируя на мелкой волне, и с ходу выбрасывались на узкий пляжик.
Бойцы в темно-синей форме и в касках с прозрачными забралами лихо спрыгивали на песок, тут же пуская в ход пистолет-пулеметы «РАК».
— Зомоле! — проверещал кто-то.
— Сдаемся! Поддавач ще!
Бесполезно — высадившиеся патронов не жалели.
— Бросить оружие! — зарявкал мегафон, бряцая жестяным призвуком. — Работает ЗОМО!
«Бьющий отряд партии», грюкая черными ботинками-скутерами, живо разбежался по острову. Отыскав выживших боевиков, их тут же прикончили, а десяток «зомовцев» окружил нас.
Честно говоря, очередная перемена в житии не шокировала, принеся не облегчение, а опустошенность.
Томаш с достоинством швырнул в траву оба «калаша», я добавил свой. Сверху звякнул автомат Ромуальдыча. Витёк очень не хотел расставаться с убойной игрушкой, однако пришлось разоружиться и ему.
Расслабленной походкой приблизился офицер — длинный как жердь, с лицом, посеченным шрамами, — и небрежно отдал честь.
— Поручик Вихура! Кто есть пан Машеров?
Петр Миронович вышел из строя, с подозрением взглядывая на поручика.
— Добже! — хищно оскалился тот. — Кто есть ваши товажеш… товарищи?
— Это — ученые, — генсек неловко повел рукой в мою сторону — Вайткус и Корнеев с Кивриным кучковались у меня за спиной. — А это, — он всем корпусом развернулся к Чеснокову и Платеку, — мои люди, водитель и переводчик.
Томаш, получив новое «назначение», удержал на лице бесстрастную мину.
— Добже! — Вихура махнул рукой на катер. — Пшеходичь… Проходим на палубу!
Десятью минутами позже за кормой белого кораблика, слегка покоцанного пулями, вспух бурун. Островок с тевтонскими руинами, измаранными в крови бойцов Малютки Гжеся, отдалялся во времени и пространстве, над озерным краем распахивалось лазурное небо, а вот опаска всё никак не пропадала, не замещалась тихой радостью.
Я покосился на Вайткуса. Ромуальдыч перехватил мой взгляд, нахмурился и покачал головой — он тоже уловил фальшь.
И мне стало чуток полегче.
Отряд Рахимова высадили у Сейны, а еще четыре вертолета группы «А» кружили над Августовской пущей — следы похищенных вели к заповедным дебрям. Вычислить банду Малютки Гжеся оказалось самым простым, а вот разыскать их в краю озер, болот и лесов… Та еще задачка.
Помогли умники из Голицыно-2. На снимках со спутника они разглядели тот самый «Ми-8», садившийся на крохотный островок, отмеченный разве что руинами тевтонской крепости.
Переброска по воздуху отпадала, слишком шумно, а спецназ должен появляться незамеченным, иначе сомнут числом. Приданный отряду Дудусь Колицкий, вдумчивый здоровяк из польской СБ, раздобыл три «каюка» — рыбацкие лодки с мотором, и прозвучала команда: «Выдвигаемся!»
Моторок на здешних водах — масса, к ним привыкли и не замечают. Мало ли кому вздумалось рыбку потягать? Тем более, на выходных…
В узком проливе между озер каюки заглушили движки, качаясь в дрейфе. Вода в борт толкалась черно-зеленая, с ошметками ряски.
— Иван Второй и ты, Дудусь, на разведку, — распорядился Рустам. — Малым ходом. В контакт не вступать, даже если пошлют далеко.
— Понял, — серьезно кивнул «царевич».
— Давай… На связи.
Моторка негромко зарокотала, острым носом раздвигая тростники. Шум быстро стих, мешаясь с шелестом камышей и птичьим распевом, а десятью минутами позже пискнула рация.
— Третий — Первому. Ждем. Можно полным ходом.
— Принято, — буркнул Рахимов, морщась.
Видать, никого. Опоздали, упустили…
Действительность удивила бывалого спецназовца. Весь остров был завален трупами. Причем, вместе с боевиками, лежащими вповалку, попадались рядовые ЗОМО.
— Так не бывает! — выпалил обычно сдержанный Дудусь, энергично помогая языку руками. — Трупаки свежие, бой случился часа три назад. Если на группу Малютки вышел отряд ЗОМО, то почему не забрали убитых товарищей? А документы их где? Зато — вот! — он протянул большой картонный ящик из-под макарон. — Паспорта Машерова, Гарина, Киврина… и еще кого-то из захваченных. Они были здесь!
— Та-ак… — подобрался Умар, зорко вглядываясь в следы недавней заварушки. — А этот… Малютка?
— Убит. Правда, как-то странно — ему печенку, будто кайлом пробило. И Рулевский тут…
— Яхши, — кивнул Рустам. — Вызывай местного коменданта ЗОМО! Если они сняли наших — отлично. Но… — он задумчиво покусал губу. — Меня терзают смутные сомненья… Вань, видел последние серии «Рожденной революцией»?
— А-а… — затянул Иван Первый. — «Оборотни»?
— Да! — с силой выдохнул Рахимов. — Ну, не настоящие это «зомовцы», нутром чую! Значит, что?..
— Будем искать! — хищно оскалился Юсупов.