Страница 13 из 77
Конечно, должность второго секретаря посольства не бог весть какое прикрытие, а вот ранг шефа варшавской «станции» ЦРУ значил многое. Вопрос в том, надолго ли? Зачтутся ли прежние успехи, или пора готовиться к переводу куда-нибудь в Верхнюю Вольту?
«Быть или не быть?» — продекламировал Майкл про себя гамлетовскую сентенцию.
Поднявшись в кабинет, он открыл папку для входящих. Угу… Опять от Лонэма… Резвый мальчик…
Стоило Билли Лонэму возглавить мюнхенскую подрезидентуру, как он забурлил инициативами, смыкая БНД и ЦРУ.
«Вот и кандидат на мое место», — поморщился Андерсон.
Разобрав первые строки послания, он вчитался. Не поверил. Вскочил и пробежался по тексту стоя.
— Ага… — сорвавшись с места, Майкл бросился к послу.
Уильям Шауфеле-младший, похоже, как раз собирался покинуть свое рабочее место, и вбежавшего резидента встретил кисло.
— Ну, что еще, Майк? — капризно затянул он. — Я еще не ужинал, а уже, по-хорошему, спать пора!
— Прочтите, сэр!
Посол сердито выхватил распечатку.
— «Боевая группа „Свободы и Солидарности“ под командованием Ф. Вихуры захватила заложников, похищенных в СССР и вывезенных в Польшу. В числе захваченных П. Машеров, Генеральный секретарь ЦК КПСС; А. Вайткус, технический директор секретного НИИ, а также ученые из того же института: М. Гарин, старший научный сотрудник; В. Корнеев и В. Киврин, младшие научные сотрудники…» И что? — повысил он голос.
— Сэр! — с чувством вытолкнул Андерсон. — Внимательно перечитайте!
Морщась, Уильям Эверетт Шауфеле-младший перечел, и его зрачки будто споткнулись.
— М-м… — замычал он. — Михаил Гарин?
— Бинго! — выдохнул резидент.
— Создатель ускорителя… этих… как их… тахионов?
— Да-да-да! — почти выкрикнул Майкл.
Посол рассеянно глянул в темноту за окном, и встрепенулся.
— Собирайте свою группу, Майк! — отчеканил он. — Немедленно! Сию минуту! Найдите этих заложников! Делайте с ними, что хотите, но Гарин должен быть здесь!
— Да, сэр! — Андерсон лихо отдал честь, и выскочил из кабинета.
«Ан-24» авиакомпании LOT мерно гудел, наматывая темноту на винты.
— Проше, запьечь пасе! — прощебетала миловидная стюардесса, и Рехевам Алон послушно пристегнул ремень.
Самолет снижался, а за иллюминатором сверкал и переливался Гданьск, разбросанный широко и вольно, по старой деревенской привычке. Освещенная бетонная полоса будто всплыла из глубин ночи, медленно и плавно подставляясь выпущенному шасси.
Толчок — и земная твердь приняла лайнерок, разлучив его с небом. Пассажиры разом оживились, подхватываясь и хлопоча.
Алон обратил внимание на странную парочку — красивую, фигуристую шатенку «с холодной дерзостью лица» и бесформенного пузана, непонятно как вмещавшегося в кресле. Молодая женщина вволю издевалась над спутником, а тот лишь отшучивался, но оба поглядывали вокруг внимательно и зорко.
Помахивая чемоданчиком, полковник вышел в гулкие, полупустые залы аэропорта, и сразу приметил своих «гвардейцев» — четверка встречала его в полном составе.
— Шалом! — негромко обронил Алон, и усмехнулся, заметив недовольное выражение на лице Регева. — Что, задержал, да? Не волнуйся, Юваль, всё нормально. Опозданий не будет, — бегло осмотревшись, он продолжил, понижая голос: — Мой человек преследует конвой Францишека Вихуры от самого Элка. Минут пять назад отзвонился — говорит, подъезжают к Ольштыну. Так что в Мальборк приедем первыми…
— В Мальборк, рабби? — задрал бровь Ари Кахлон.
Алон утвердительно кивнул.
— Вихуру после армии пристроили в замок Мариенбург — там работал смотрителем его отец. Дембель охотно согласился, хотя платили мало, зато он мог вволю искать сокровища — то ли тевтонов, то ли тамплиеров. Клада Вихура не нашел, зато обнаружил несколько тайных комнат и ходов в подземелье, замурованных веке в шестнадцатом, чтобы уберечь тогдашних хозяев цитадели — польских королей — от неприятных сюрпризов и ловушек. В ЗОМО Францишек записался лишь в прошлом году, но живет по-прежнему в Мальборке, в старинном доме неподалеку от крепостных стен…
— И он везет заложников именно туда! — прищелкнул пальцами Ливлат. — К себе!
— Там мы его и встретим, — мягко заключил Рехевам. — Поехали!
Винт молотил с неумолчным рокотом, отбиваясь лопастями от черноты ночи. Внизу и немного в сторонке тянулось шоссе, высвеченное редкими фонарями и фарами машин. Два грязных фургона «Стар-200» катились почти впритык, синея крышами — борта и кабину покрывали разводы и потеки грязи.
Рустаму невмоготу стало высматривать команду Вихуры через маленький иллюминатор, и он пролез в кабину к пилотам — тут обзор куда лучше.
Грузный вертолетчик обернулся к нему, поправляя наушники с «ларингами».
— «Люцина» адрес не сообщала? — громко спросил он.
— Только улицу! — сообщил Рахимов, перекрикивая ревущий, клокочущий гул. — Пястовская!
Пилот развернул карту и ткнул толстым пальцем.
— Это близко к замку! У парка! Сесть не сможем, будете высаживаться на спусковых веревках!
— Шуму наделаем…
Грузный развел руками, и вдруг скомкал жест.
— Они там что, — заорал он, — совсем с ума посходили⁈
Рустам и сам дивился — на перекрестке, залитом светом, «Стары» затормозили. Блокпост. Рядом — капонир из мешков, набитых песком.
Хоть в Польше и не ввели военное положение, но на улицах частенько мелькали бэтээры, там и сям вставали импровизированные КПП. Поляки помалкивали — пары расстрелов «мирных» демонстраций хватило, чтобы даже самые отмороженные уяснили — шутки кончились.
Вот и тут — опустился шлагбаум возле БМД, перегородившей встречную полосу, и два десантника зашагали к притормозившим авто. Проверка документов, прошу пана…
И вдруг из переднего «Стара» забили злые огни очередей — они скосили добрых молодцев в голубых беретах, прошлись по балку, изображавшему контрольно-пропускной пункт…
Башенка боевой машины шевельнулась, разворачиваясь, и мощные трассеры КПВТ прошлись вдоль грузовика, расколачивая движок, пропарывая кабину и кунг.
— Там же… — охнул штурман.