Страница 26 из 71
— Вот родился на условной, вполне комфортной планете, человек. Прошло детство, юность; родители достаточно состоятельны, чтобы накормить, напоить, дать какие-то первые умения и навыки, но до определенного возраста. А дальше уже сам. Возможно, если родители позаботились о будущем своего чада, то сделали вклад, который рос вместе с ребенком и к моменту его совершеннолетия, он может позволить себе приличную нейросеть и хороший комплекс учебных баз для дальнейшего самостоятельного развития. Все его показатели средние, начиная от умственных, физических, социальных и финансовых. Это и есть общий уровень по всей расе. Не считая отдельно взятых гениев или конченных идиотов. Серединка. А вот у старших рас происходит все не так. Они эту среднюю планку непрерывно совершенствуют, причем за счет тех, кто не дотягивает даже до минимальных показателей по всем пунктам включительно. Например, если у владельца корпорации потомок не дотягивает, но папа вполне может оплатить ему более дорогую нейросеть, расширенную базу и разгон при обучении, то такое поведение в их обществе не приветствуется. А вот если такой разумный обладающий возможностями тратит собственные ресурсы не для своего отпрыска, а на того, кто реально вытягивает, вот такой поступок получает общественное одобрение. Но у такого процесса есть и обратная сторона.
— Кастовая система, — догадался я.
— Именно так. Разделение на касты. Социальное неравенство независимо от твоего материального положения. И причем, что интересно, нет каст высших или низших, есть просто разные, условно высшие и условно низшие. Военный, врач, учитель, исследователь, ученый, художник в расширенном смысле этого слова, то есть мастер своего дела и творчески одаренная личность – это высшая каста. А вот юрист, банкир, рабочий, политик, — это уже низшая каста. Без умаления их достоинств. Тут просто идет внимательное отслеживание индивидуальных характеристик, генетическая предрасположенность и еще куча факторов. В результате жертвуя одним, они получают рост в другом.
— Ну, где-то так я себе все это и представлял, Шас. Не пойму, только, к чему ты завел весь этот разговор.
— К тому, Ник, что я для себя уже давно решил, что моя личная свобода в рамках законов нашей империи устраивает меня гораздо больше, чем в рамках касты или сословия. А глядя на то, какой корабль ты сделал, то о тебе можно сказать как о человеке, который готов поступиться личной свободой во благо империи. Я всегда опасался таких людей. Опасался и сторонился, чувствуя неуверенность. В тебе, я опасности не чувствую, хоть ты и аристократ, как сам мне рассказывал, что титул этот приобретенный, родился ты простым смертным, обычным человеком.
— Хочешь сказать Шас, что не любишь аристократов?
— Не аристократов, а людей во власти, которые подменяют ценности. Говорят об одном, а делают совсем другое. У тебя, в этом смысле расхождений нет. Мне это нравится.
Что имел ввиду старый наемник, понять было не просто. Но говорил он о чем-то скрытом глубоко внутри, о чем-то сокровенном, что никогда и никому не говорил прежде. Пусть я толком и не понял, что за мысль он пытался до меня донести, одна попытка высказаться уже достойна уважения.
А теперь нас ждал последний прыжок, прямиком в систему, о которой ходят самые разные, пугающие слухи.
К сожалению, для Яры, пленившие ее очередные пираты, оказались аварцами. Это было понятно по их отношению к узникам. Система регенерации трюма, где их изолировали, то и дело сбоила, в результате, было довольно прохладно, но ни одеял, ни даже подстилок им не дали. Свет не выключался ни днем, ни ночью. Для полета в замкнутом пространстве трюма, это сродни изощренной пытке. Вот в трюм забросили несколько ящиков со скудными рационами и водой. Кас, и бывший второй бригадир Саруд, уверенно взяли власть в свои руки и поддерживали подобие порядка и хоть какой-то дисциплины. Пайков и воды не хватало, поэтому приходилось применять силу, чтобы распределить скудные припасы равномерно, а не по принципу – выживает сильнейший. Здесь все были в равном положении, но при этом каждый сам за себя. Было бы хуже, если бы сформировались противоборствующие стороны. А так, дворфу и бывшему сержанту, удалось объединить силы и установить единовластие.
Было бы намного хуже, если бы пришлось выполнять какую-то работу. При активной физической нагрузке еды бы не хватало катастрофически. А так, когда просто нужно ждать неизвестно чего и терпеть духоту и тесноту, можно просто отлежаться, выспаться, снижая тем самым нагрузку на регенератор.
В конце пятой недели корабль в очередной раз вышел из гиперпространства и стал активно маневрировать вблизи какого-то крупного объекта. Планетоида, или даже полноценной планеты, потому, что внутренняя система искусственной гравитации заметно конфликтовала с естественным фоном. Изначально в трюме такой системы не имелось, ее установили наспех и настроить как следует не потрудились, как и регенератор.
Небольшая группа приближенных Каса, в число которых входила Вильна и Яра, собрались вокруг дворфа в попытке понять, что с ними происходит.
— Слишком долго летели, — басил Кас, поглядывая на своих подопечных. – Разгон, гипер, разгон, гипер. Три остановки на заправку, после маневрирования и все три без очереди.
— Вывезли нас далеко за фронтир. Заправлялись в тайниках, — предположил бывший сержант Саруд. – Вот только какой смысл увозить так далеко?
— Смысл очень простой, — продолжил Кас. – Дальняя колония. Кто-то нашел очень хорошую планету и спешно ее осваивает. Нужны рабочие руки, послушные и желательно дешевые.
— Тогда зачем нам нейросети всем вырвали? – спросила Яра. – С базами знаний от нас будет больше толку, особенно в колонии.
— С базами знаний мы опасней, — возразил Саруд. – Ты техник, Кас шахтер, я бывший военный, тем более что моя нейросеть не была демилитаризирована.
— Нет смысла гадать, просто продолжаем держаться вместе, слаженно. Если нас не раскидают. Станем поддерживать друг друга, сможем найти выход, — не унимался Кас. – Всегда есть шанс, наша задача его не упустить.
Часов через пять трюм, в котором находились рабы, стало сильно трясти. Послышались щелчки механических захватов. Примерно на пять минут отключилось энергоснабжение.
— Перегружают на другой борт или проводят стыковку, — предположил Саруд.