Страница 40 из 76
— Я вас умоляю, — Олег Иванович закатил глаза, — Шестако-о-ов… Да-а-амы… — насмешливо протянул Пермский ищейка, который в отличие от Борисовой имел честь лично пообщаться и с бывшим ментом, и с батюшками, и с послушниками, — Какая секта? Это же для отвода глаз. Хотя… нет, — помогая себе жестами продолжил Потапов, — Возможно, Шестаков и его женщины принадлежат к какой-то там секте. Не отрицаю, потому что не проверял. Каюсь… Но дело-то не в этом… Мне они пели совсем другие песни. И поверьте, репутация задержанного Вами батюшки далека от представления истинного проповедника заповедей божьих. И кстати, судя по тому, что вы не спрашиваете меня ничего о послушниках, вы уже знаете?
— О чём?
— Не о чём, а скорее — о ком? Ведь послушников было двое. А убит, насколько мне стало известно, только один. Не уж то «богопослушный» Пётр вам рассказал правду?
— Всё интереснее и интереснее! — вздёрнула аккуратными бровками Борисова.
— Не сомневаюсь. Значит, не рассказал… — Потапов словил недоумение в глазах коллеги. Но прежде чем я продолжу посвящать вас в «тайны следствия», предлагаю всё же позавтракать…
— Рано или поздно, по моему личному запросу, до меня и так дошли бы материалы дела, — Ольга Николаевна не спешила рассыпаться в благодарностях, дабы возникший из ниоткуда Пермский «помогайла», с практически неизвестными ей мотивами, (лишь с его слов) зато так страждущий засадить за решетку Шестакова, малость остепенился и не набивал себе цену.
— Вопрос времени, — коллега сухо улыбнулся, — Вопрос времени…
Ярославль. Май 2021.
События, произошедшие в Чурилково, конечно, как это обычно и случалось в подобных ситуациях, вызвали лёгкую панику среди местного населения. Но дальше деревеньки, где всё это свершилось, а также пары близлежащих районов Ярославля, сарафанное радио так и не ушло.
Может, потому что убиенные были заезжими, равно как и те, кто святош порешил, может, от того, что уже привыкли к ежедневным новостям и криминальной хронике, где постоянно мелькали сводки МВД, а возможно, некоторые пересмотрели хоррорных фильмов.
Равнодушие, холодность… всё, как и везде — моя хата с краю, ничего не знаю.
Обошло стороной, не в нашем дворе… и ладно.
Так или иначе, многие в Чурилково и в Ярославле опрометчиво списывали кровавый замес в доме алкаша, на междусобойные бытовые разборки каких-то очередных придурков, и не более.
Ярославль. Май 2021.
Конечно… для обычных людей, ни коем образом не связанным с произошедшим, все эти Чурилковские страсти-мордасти поутихли достаточно быстро, и только Патриарх, его святейшество, до которого после звонка следователя в Москву, в монастырь, откуда примчался отец Пётр, по иерархическим ступеням докатились дурные вести, сейчас, уединившись в личных покоях, терзал себя сомнениями, пожиная горькие плоды своих прошлых опасений и упущений, когда всячески отстранялся от прошений о помощи, дабы не выставиться глупцом перед Президентом.
В отличие от несведущей толпы, он то прекрасно понимал, в чём тут суть дела. Да только и ныне — не просто всё было, как могло бы показаться на первый взгляд, даже с его статусом и возможностями.
— Ввязываться в освобождение отца Петра? — размышлял он, испытывая сейчас жутчайшую головную боль. Всё же сказывался возраст и нажитые с годами болезни. А тут ещё и события подстегнули, — Мог бы конечно. Мог! Но нельзя… — владыка, как и прежде, будто самым дорогим и бесценным бриллиантом, дорожил собственной репутацией и отвечать перед главой государства за проделки обычных московских церковников, которые по «какой-то причине» (хотя, о причине он как раз-таки догадывался) стали жертвами жестокой кровавой резни в Ярославле, уважаемый Владыка Всея Руси точно не собирался. Причём ни сейчас, ни потом, в каком-то ближайшем или отдалённом будущем,
— У-у-у-м-м-м, — тяжело выдохнув, он обхватил обеими руками седовласую голову, разрывающуюся от боли, чуть ли не колокольным многоголосьем трезвонившей в ушах, — Нельзя… нельзя… нельзя, —… патриарх сейчас сам себя настраивал, — Стоит только хоть как-то подсобить и это будет прекрасный повод уцепиться и перевернуть историю так… Нет! Нет! Нет! — помотал головой, — Это разом подорвёт доверие Президента. Умолчал о существовании упырей… тогда. А это уже грех… Пользуясь статусом, вызволял подследственного? Да я даже не знаю… в чём там было дело… Да-а-а-а… Да-а-а-а… Создать тайную упыреборческую общину всегда успеется, — беседа патриарха с батюшками о существовании дьявольского отродья в наши дни, до сего момента так и оставалась тайной для несведущих, — А если Пётр вдруг и проговорится, возьмёт грех на душу, то бог ему судья… С большей вероятностью, те кто его сейчас наблюдает, сочтут что на фоне случившегося, батюшка совсем потерял рассудок. А остальные… уже ничего не расскажут… Ничего… Бог ему судья… Ежели не грешен, отпустят! — перекрестился владыка, нашептывая молитву.
Ярославль. Май. 2021.
—…Кирилл… — топая обратно к машине после завтрака в кафешке, Ольга Николаевна, продолжила увлекательную беседу, которая в общем-то и не прерывалась, но в заведении общественного питания не особо-то раскрывалась в деталях и подробностях, —…он заметил Шестакова и его даму на берегу пляжа с металлоискателем в руках, — делилась Борисова, — По крайней мере так пояснил мне сам отец Пётр и свидетели, которые рыбачили в это время на другом берегу Которосли, тоже подтвердили этот факт.
— С металлоискателем в руках. Видимо «мент» никак не угомонится и опять ищет антиквариат? — из уст Пермской ищейки вырвались мысли в слух, — А может быть, у него по всей России полно таких «кладов»? — он начал сыпать риторическими вопросами, — Хм! Не удивлюсь, если Шестаков сейчас, после шумихи в Ярославле, на какое-то время затаился… Хотя… кто знает? Может быть он со своей дамой уже на пути к очередному подобному сокровищу, — смекнул себе следователь, — И смотрите, Ольга Николаевна, как интересно получается. В обоих случаях, что там в Рябинино, что здесь, попов будто что-то притягивало на тайну и бабло. Да? — следователь открыл дверку авто, пригласительным жестом указав Борисовой на сиденье.
— А Тверь? — дамочка, занимая переднее пассажирское кресло покосилась на коллегу.