Принцип иллюзии

Глава 4

Дорога вдоль Канавки оказалась сносной, упиралась в небольшое одноэтажное здание с потертой надписью: «Типография». Кажется, я пошла не туда, потому что, изогнувшись, дорожка влилась в тупиковую широкую улицу с автомобильным движением, которая в свою очередь уходила в перекресток со светофором.

Развернувшись, я потопала обратно, держа курс на видневшиеся крыши гаражей. Вскоре заметила неприметную тропинку, уходившую между деревьев в бок, а потом выводящую к старому деревянному мостику. Перейдя Канавку, я пошла по хорошо утоптанной дороге. По правую руку оказались гаражи, по левую в отдалении за деревьями текла речка.

Логово Любы я нашла только потому, что очень желала. Оно спряталось за разросшимся кустарником, и выдала его протянутая в стороне веревка, на которой висело непонятное серое полотнище.

— Эй, есть тут кто-нибудь? — позвала я, аккуратно отодвинув ветки.

И даже присвистнула. Да тут целое жилище, даже старый полуразвалившийся диван есть. Тряпьем завешено типа стен, оттуда и высунулась дама. Я опять не стала зацикливаться на возрасте. Скажем так, от тридцати до сорока, мне лично такой характеристики вполне достаточно.

— Тебе чего? — буркнула она, потирая покрасневшие глаза и шмыгая носом.

— Я насчет убиенного… В плане насчет Витьки вашего, что скончался.

— Ну… — дама сразу насторожилась.

— Я из газеты. Уточнить хотела. Ходят слухи, что у Витьки проблем с сердцем не было? А тут сердечный приступ…

— И что? — она замолчала, я тоскливо подумала, что так наш разговор ни к чему не приведет, когда дама вылезла из-за полотен ко мне. — Можно подумать, если ты напишешь, кто-то будет расследовать его смерть? Умер и ладно, им только в радость.

— Так есть что расследовать?

— Проблем у Витьки с сердцем действительно не было. Он вообще на удивление крепкий. Столько пить, а даже печень как у трезвенника.

— Он ее проверял, что ли?

— Было дело… По программе соцзащиты. Делали нам в прошлом году дис… Диспанзери…

— Диспансеризацию, — подсказала я.

— Во-во. Кого-то даже лечили. А Витька здоровый как бык оказался. Ему даже работу предлагали, если с синькой завяжет, но это ж Витька…

Я понимающе кивнула.

— Но если у него проблем не было, с чего бы ему умирать? — задала вопрос.

— Вот и я о том, — понизила голос Люба. — Не с чего! И откуда у него бутылка эта с шампанским, скажи мне? — она так посмотрела, словно знала, что это я ее подсунула бедному не по годам здоровому Витьке.

— Не знаю. Откуда?

— Вот и именно… Я ментам сказала, проверьте бутылочку-то. Уж больно примета явная. Но им, конечно, не до того. Только посмеялись надо мной, мол, преступление века: бомжа травить дорогим шампанским. А ежели не его отравить хотели? — она понизила голос, а я раскрыла широко глаза.

Вот тебе и на, а говорят, асоциальные элементы в виду нездорового образа жизни соображают плохо.

— А кого? — спросила шепотом.

— Откуда ж я знаю? Может, Витька эту бутылку подобрал открытую, а там отрава внутри. Вот сердце и того.

— Но тогда в новостях было бы два трупа.

Люба фыркнула, посмотрев на меня, как на дитя неразумное.

— Это за Витьку никто радеть не будет. А кому надо, так могут и труп спрятать. Даже в Канавке, нет-нет, а по весне трупак всплывает.

— Ясно, — я передернулась. Где я, а где трупы в Канавке? — Спасибо за содержательную беседу. Как только выйдет статья, я пришлю вам номер.

И пока Люба не принялась задавать ненужные вопросы, я ретировалась. Первым делом, усевшись на лавке в ожидании электрички, еще раз перечитала все, что нашла о смерти Витьки. Надо сказать, она мало кого волновала и среди населения, и среди самой прессы. Можно было не сомневаться, что никто копаться в деле не будет.

Но факт оставался фактом: вчера в номер фрицу принесли шампанское, от которого он мог умереть. И я, кстати, тоже. Выходит, или официант в маске был подставным, или кто-то подсунул ему шампанское, велев отнести в номер.

А за неделю до этого я получила в парке конверт с фото парня, время и место. Именно те, в которые его пытались убить.

— Что-то мне все это не нравится, — задумчиво пробормотала я в воздух.

Усевшись в приехавшую электричку и осмыслив все еще раз, пришла к выводу: необходимо переговорить с фрицем. Как ни крути, он в этой истории фигура значительная. А вот я оказалась втянута совершенно случайным образом. И черт дернул меня отправиться в этот «Медальон»! Сидела бы себе дома, и… Фриц, возможно, был бы мертв. Он, конечно, парень малоприятный, но все же брать на себя ответственность за его смерть не хотелось.

В общем, я отправилась в «Медальон», особенно не надеясь на удачу. Однако мне повезло. Я встретила фрица в холле, он как раз вышел из лифта и направился к дверям. Увидев меня, не обрадовался, не только не попытался это скрыть, я бы даже сказала, явственно продемонстрировал, отчего охрана покосилась на меня неодобрительно.

— Привет, Марк, — я подошла к нему, он кивнул в ответ, продолжая двигаться на выход. Я засеменила следом, стараясь держаться рядом.

— Слушай, тут такое дело… — начала я, когда мы вышли на улицу, фриц, устало вздохнув, повернулся ко мне. Пришлось задрать голову, ибо мои глаза упирались парню в грудь.

— Вера? — поинтересовался для надежности, я кивнула. — У тебя какие-то проблемы? Мы вроде договорились, что ты не будешь лезть ко мне после встречи?

— После секса, — уточнила я. Секса-то не было, так что формально я даже не нарушила условия договоренности.

— Неважно. Ты мне неинтересна, я вроде ясно дал понять? Или у тебя какой-то комплекс? Типа он меня гнобит, а я таю?

— Стокгольмский синдром? — уточнила я.

— Да пофиг. Просто оставь меня в покое, окей? Свали.

Он потопал в машину, я уже открыла рот, чтобы окликнуть, но в итоге просто закрыла рот. Не, ну а чего, он ведет себя, как козел, так и пусть его убивают. Чего это я должна тут жизнью рисковать, сообщая ему об опасности?

Нет уж, не должна. Тем более фриц себя так ведет, что ему точно не выжить. Не эти чудаки с конвертами, так какая-нибудь девка его прихлопнет.

Пока я себя так убеждала, Марк сел в машину и уехал. Машина была на питерских номерах, и я их на всякий случай запомнила. Зачем? Понятия не имею. Забив данные в заметки на телефоне, набрала Пашку, который все это время атаковал меня в мессенджере.

— Ну чего тебе? — поинтересовалась, шествуя к остановке маршрутки.

— Ну хоть жива, — выдохнул друг.

— С чего бы мне умирать? — удивилась я. — В случае опасности я просто прыгну в черный ящик и растворюсь.

— Ха-ха, я вообще-то переживал. Ты зачем на Канавку поперлась?