Страница 17 из 36
— Да! Он купил сразу пять бутылок той микстуры! Самой дорогой! Представляешь?
Валена натянуто улыбнулась сыну и встретилась взглядом с Юлием.
— Его жене совсем худо, — вздохнул аптекарь. — Совсем не спит, по ночам лихорадит, и глаза всё темнеют…
— А новых заболевших нет?
— Слышал, что в Подгорном Квартале объявились ещё двое. Мрак знает что с этой напастью делать… Хорошо, хоть ты наконец домой вернулась. Правильно старший салий говорит — охайцы эту заразу нам и принесли.
— Среди охайцев я черноглазых не замечала, — задумалась Валена. — Ни одного. А вот наших — постоянно. Моих только трое за последний месяц.
— Ох, страшно жить, — заворчал Юлий, макая колбаску в брусничный соус. — Уже и не знаешь, чего ждать от завтрашнего дня…
— Юлий, — вдруг начала Валена, — я хотела тебе кое о чём рассказать…
Аптекарь поднял глаза на жену и напрягся. Он никогда не видел её такой. Поджатые губы, бегающий взгляд… Перед ним как будто был другой человек. Его Валену ничто не было способно напугать и сбить с толку. Она всегда смотрела прямо в глаза любому испытанию, будь то сражение с врагом на поле боя, воспитание сына или обучение нерадивых рекрутов. А сейчас у неё словно выбили почву из-под ног. Хотя кому сейчас легко? Шесть лет проклятая война выжимала все соки из Аструма. И, хоть Валене и пришлось вернуться домой, сердцем она всегда оставалась там, на поле боя. Да и дома теперь не было отдохновения: проклятый эгерум мог добраться до кого угодно и напряжение постоянно витало в воздухе. Хоть сердца имперцев и полнились надеждами на светлое мирное будущее, которое только-только расцветало впереди, им было просто страшно растить своих детей в мире, где можно однажды попросту не проснуться.
— Конечно, дорогая. Что такое?
— У нас… будет ребёнок, — сдавленно сказала Валена.