Страница 11 из 14
Но сейчас по-настоящему важны для неё только Тема и Марий, остальные и сами позаботятся о себе. Она сбросила с себя этот груз и ей стало значительно легче.
Глава 18. Мистика.
Во вторник вечером Марий приехал. Он стоял перед ней на пороге немного растерянно, она тоже, кажется, испуганно смотрела на него, привыкая к мысли, что вот теперь он будет здесь, с ней. А потом она подошла к нему, обняла и поцеловала и все встало на свои места.
Неделя подходила к концу и все оказалось совсем не так трудно, как Ася боялась. Тема и Марий довольно быстро нашли общий язык. Ася объяснила Теме, что папа теперь будет жить с бабушкой, а Марий с ними. В силу возраста он ещё не очень понимал суть их взаимоотношений. Он принял Мария, как какой-то новый персонаж его вселенной. Если бы Рома не отсутствовал так долго в командировках, Тема адаптировался бы сложнее, но он привык, что папа редко бывает дома.
По телефону она поставила Рому в известность о тех изменениях, которые у них произошли и не стала вдаваться в подробности его реакции. Во всяком случае, вслух он ничего не сказал, принял новость, как нечто должное.
Она рассказала про Мария Маргарите.
– Когда он успел?! – с досадой воскликнула она, – Ася, а ты не боишься? Почему так быстро?
Ася помотала головой:
– Не боюсь. Я его люблю. И если я чем и рискую, то знаю, ради чего… – она помолчала и продолжила – Я не знаю, как быть с Андреем. Он ничего не говорил мне, но мне бы не хотелось, чтобы он на что-то надеялся.
– Я скажу ему, – пообещала Маргарита.
На днях ей предстояло встретиться с дочкой Мария. Они собирались вместе пойти гулять в парк. Но эта встреча почему-то совсем Асю не пугала.
За всеми изменениями она даже не рассказала о Марии никому из своих подруг. Знали только её родители. Ну ничего она ещё успеет.
Засыпать и просыпаться вместе с Марием, видеть его по вечерам и делить с ним быт оказалось легко и приятно. И сама жизнь стала для Аси лёгкой, почти невесомой, потому что она была счастлива.
***
Асе приснился сон, словно она пытается заглянуть куда-то в бездну, пытается понять что-то запретное, тайное и тут ударяет молния и происходит что-то ужасное, кто-то умирает.
Ася проснулась и открыла глаза. Она осмысляла свой сон. Это про потусторонний мир, про который она пытается понять и вспомнить. Не нужно этого делать. Может, вся эта мистика нужна была только для того, чтобы они с Марием были вместе? А теперь ей нужно просто обо всём забыть?
Она повернулась к Марию и легонько провела пальцем по его щеке и волосам.
– Марий, Марий… – позвала она шёпотом.
– А..? – сквозь сон отозвался Марий.
– Марий, – снова позвала она.
– Что?
– Может, вся эта мистика была нужна, чтобы мы с тобой встретились?
Он нашёл её рукой под одеялом, притянул к себе и поцеловал:
– Конечно. А ты в этом сомневалась?
Часть вторая. О жизни и смерти.
Глава 1. Наставница.
Архангел Лилия сидела в своей комнате в мягком бархатистом кресле, уютно облокотившись на подушки. Напряжённый день подходил к концу, а она ожидала визита. С минуты на минуту к ней должна была заглянуть переродительница и распределительница душ и её подруга Архангел Роза. Им нужно было обсудить текущие дела.
Сама Лилия уже долгое время была наставницей. Она обучала ангелов. Она должна была увидеть и раскрыть их особенности, дать алмазам огранку, чтобы они засияли. В этом и была суть её миссии.
Сейчас под её началом была четвёрка малышей и трое ангелов постарше.
Четверо младших ангелов – Рей, Дон, Златовласка и Алана – сейчас играли в саду. За ними присматривали старшие – Лис, Кэтрин и Барбарис.
Алана была её любимицей. Тихая, внимательная, загадочная и мечтательная девочка с большими чёрными глазами и тёмными волосами до плеч.
Златовласка – сама нежность. Её золотистые волосы струились и растекались, обволакивая её всю, и была она худенькой и легкой, почти невесомой.
Ангелы обычно красивы, но Дон не имел ангельской внешности. Он был неприметным светло-русым мальчишкой с карими глазами. И Лилия думала, что это тоже было его особенностью – неброскость. Дон был серьёзным, педантичным, упрямым, вдумчивым, своенравным, но в то же время, спокойным.
Ему нравилась Златовласка и он быстро взял над ней шефство. Златовласка следовала за ним, как тень и во всём соглашалась с ним.
И Рей – худенький черноволосый мальчишка. Быстрый, верткий и ловкий, смешливый, любопытный и смышленый. Он один из них четверых был самым шумным и непоседливым.
Старшие ангелы росли и менялись у неё на глазах. У ангелов не было возраста, как такового. Души тех ангелов, которые попадали к Лилии, чаще всего перерождала Роза. Она, как и другие переродительницы, встречала души умерших людей, которых направили на небеса, и решала, вернуть ли их обратно на Землю или переродить в ангелы. У ангелов было лишь две возрастных градации – малыши, которые выглядели, как дошкольники, и взрослые ангелы, которые внешне больше походили на подростков.
В нынешней тройке ангелов у Лилии была Кэтрин – кареглазая брюнетка с локонами до плеч и очаровательной, открытой улыбкой. Рыжеволосая и веснушчатая Лис с серо-голубыми глазами. И Барбарис с классической внешностью ангела – довольно упитанный, с длинными белокурыми локонами, пухлыми щеками и губами.
Сама Лилия – голубоглазая блондинка. Она была очень хорошенькой, будучи ангелом, но после черты её лица утратили детскость, а вместе с тем и часть очарования. Однако внешность ее осталась приятной, а утрата обворожительности придавала её облику больше внушительности и располагала к доверию. Идеальное сочетание для наставницы.
Раздался звонок дверного колокольчика.
– Войдите, открыто, – сказала Лилия. Дверь растворилась и вошла распределительница душ Роза. Высокая, стройная и утончённая с густыми и длинными, до колен, тёмными волосами, большими серыми глазами, чувственными губами и плавными, округлыми чертами лица, она была воплощением женственности.
– Здравствуй, Лилия, – Роза села в кресло напротив подруги без приглашения – она была здесь своя.
– Я ждала тебя, – отозвалась Лилия.
– Что у тебя есть мне рассказать? – осведомилась Роза, – Как поживают наши подопечные?
– Я пока только приглядываюсь к младшей группе. Они интересные. Четвёрки обычно распределяются по парам. Так ведь? – Лилия помнила по своему опыту, что так оно и было. Пары могли быть разнополыми или однополыми, это не имело большого значения. Иногда в четвёрках образовывались тройки и кто-то один оставался в изоляции. Не самый благоприятный сценарий. Тогда четвёрки чаще всего перераспределяли.
– Да, это характерно, – подтвердила Роза.
– Дон и Златовласка большую часть времени вместе. Они даже ходят за ручку. У них очень тесная связь друг с другом. Но Алана и Рей – каждый сам по себе. Они оба занимают позицию лидера, но и не соперничают друг с другом, потому что они слишком разные. Алана где-то глубоко в своём мире, она прекрасно знает, что и как надо делать и имеет сильно выраженный свой ритм, свою энергетику, поэтому стремится обособиться и больше наблюдать, лишь исподволь, ненавязчиво влияя на других.
А Рей – это беспрестанный фонтан идей, ему надо быть все время во взаимодействии с внешнем миром и ему нужны соратники, последователи.
– Но подожди, может, когда они чуть подрастут Алана и Рей прекрасно дополнят друг друга.
– Да, возможно, – согласилась Лилия, – Я думала об этом, но меня больше беспокоят ангелы.
– Что с ними?
– У них, у троих очень много энергии, они очень сплотились между собой, но они так похожи друг на друга, им скучно втроём, они никуда не движутся.
– Добавить к ним кого-нибудь?
– Да, я даже знаю, кого. Точнее, они сами его нашли. Они почти всё своё свободное время проводят с Юлианом.
– С Юлианом? – Роза задумалась.
– Что, есть проблема?
Роза махнула рукой:
– Нет… Это и хорошо и плохо. Хорошо, потому что тройку Юлиана я уже подумывала расформировывать. Мирей не может с Юлианом. Он не принимает его лидерства, он сам хочет быть главным. Но он и не соперничает с ним, он просто отдаляется и замыкается, копит агрессию и все больше отделяется от группы. Потому ещё, что там есть Корнелия. Я о ней как раз сейчас задумалась. Дело в том, что Корнелия в Юлиана влюблена. А Юлиан, он ангел, у него хорошо развита эмпатия. Он отвечает на её чувства, заражается ими. Ну и это его выбор тоже.