Страница 51 из 83
Глава 11
— Ну, что там? — спросила Айвинэль, когда мы приземлились у нас на острове.
Все дело в том, что очнулся я непосредственно перед полетом. Голова кружилась, и мне было не до рассказов, я даже не особо всматривался в окружающую обстановку, хотя и надо было бы. Насколько я тогда понял, у них только что закончилась стычка с охранниками зиккурата, и мы собирались улетать, пока не подошли новые «студни». Весь полет я приходил в себя, поэтому Айви молчала, сдерживая свое любопытство, которое я чувствовал очень отчетливо.
— Пойдемте в дом, там и поговорим.
Дома нас ожидали тоже очень интересные новости. Это я понял по эмоциям и лицам девушек, а задумчивое выражение лица верховной жрицы подтвердило мое мнение. Сначала я решил выслушать ее.
— Знаете, — женщина обратилась сразу ко всем нам, — девочка, действительно, является жрицей. Я сумела ей объяснить некоторые моменты и нюансы, свойственные нам, и у нее все получилось. Но имеется многое, чего я не понимаю — например, ее возраст, ее умение чувствовать эмоции. К сожалению, эту часть я совсем не знаю, поскольку наша Богиня отсутствует в этом мире.
По лицу верховной жрицы невозможно было ничего сказать, но все-таки было нечто такое, из-за чего я почувствовал сильную горечь женщины от этого факта. Посмотрев на остальных девчонок, понял, что они тоже почувствовали это. Между тем, Лийанэль продолжила:
— Ее нельзя сейчас увозить отсюда — это очень плохо скажется и на Алине, и на Богине, жрицей которой она является.
— А кто она? — задала вопрос цесаревна. — Богиня эта?
— Я не могу ответить на этот вопрос. В наших жреческих легендах говорится, что Богиня иногда отзывается на молитву жриц, но не упоминается, чтобы мы чувствовали ее эмоции. Разве только тогда, когда госпожа специально хотела сама что-то показать. К сожалению, у меня очень мало опыта в подобном, но я абсолютно уверена, что девочку нельзя увозить отсюда.
Не успели мы ничего сказать, как прозвучал голос цесаревны.
— Я поговорю с отцом, чтобы он разрешил и Любови Игоревне сюда переехать. Старшая дочь точно в этом году поступит в школу.
После этого я рассказал о том, что видел в Джунглях. По виду цесаревны и графини можно сказать, что эта информация сказалась на них не так сильно, как на Айвинэль и верховной жрице. У последней даже глаза вспыхнули гневом, когда она осознала, что часть эльвари предали Богиню, переметнувшись на сторону кровожадного Супайче. Эта информация оказалась настолько важной, что Лийанэль улетела к Владыке. Куда-то делась и Шшасса, поэтому мы остались предоставленными сами себе. Занялись тем, что Шетиан показал нам свои ферму и вспаханные поля. Последние находились в отдалении — как раз там, где лес был редким. Когда возвращались, зашли в храм и вознесли хвалу, причем все вместе, включая и главу рода, и телохранителей, и двух русских девчонок. И тут нас поразила Алинка.
— Ей становится легче, когда вы к ней обращаетесь, — неожиданно произнесла она.
Из дальнейших вопросов мы поняли только то, что после нашего обращения к неизвестной Богине, душа которой заключена в камне, девочка почувствовала облегчение. Более подробно объяснить она не могла, но эта информация заставила нас задуматься. Где же находится это высшее существо, что почувствовало облегчение? Что с ним? Я стал абсолютно уверенным в том, что это отголоски той Войны Богов, о которой у нас сохранилось много легенд и совсем немного вещей той эпохи. В этом же мире об этом даже не знали, хотя и его зацепила та война.
Жрица вернулась только через декаду, а вместе с ней прибыли Рикнан и наши сокурсники: князь Ярославский с принцессой клана Серебряные Струи Иоэль. Первой состоялась беседа с начальником службы безопасности правящего клана. Он настолько дотошно все расспрашивал, что затянулось это действо на несколько часов. А когда я, наконец, вышел к друзьям, меня ошарашили:
— Раэш, Айвинэль, — обратился к нам Александр, — приглашаем вас на нашу свадьбу, которая состоится через полгода, во время зимних каникул. Специальные приглашения вы получите уже в России.
Мы порадовались за друзей и решили отметить это событие.
А затем начались отдых и тренировки. Мы с Айви целенаправленно готовились к турниру, который будет через год, занимались специальной гимнастикой, а еще я начал учить ее заклинанию «Водоворот стихий». Ей, так же как и мне, очень хотелось проверить, получится оно у нее или нет — все же мы немного смешали нашу кровь, и девушка вошла в мой род. Мне оставалось совсем немного, и оно у меня получится. Сложность его состояла в том, что создавая линии плетения, необходимо еще произносить слова, и по аналогии с ритуалами — с ударениями на определенных слогах, да еще и интонацию менять. Я в детстве, когда учился, то рисовал плетение на бумаге. Так и здесь, начинали с рисунка на бумаге, и только когда Айви могла нарисовать его сама, приступили к фразам.
Таэль гоняла ее в плане боевых искусств, и по ее словам, дочь Владыки подошла к своему потолку на втором уровне, поэтому телохранительница готовила ее к переходу на третий. А еще по нашей просьбе начала подтягивать графиню Шувалову в боевых искусствах. Верховная жрица эльвари переехала к нам и серьезно занималась обучением Алины в силу своих и ее возможностей.
Для морского отдыха мы облюбовали пляж на юго-западе, куда постоянно летали на небольшом дирижабле, подаренном нам родителями супруги на нашу годовщину. Прознав про наше предпочтение, Шетиан направил сюда своего природного мага, который занимается строительством. Он уже вырастил здесь пять отличных бунгало, где мы проводили время. И когда к нам в гости приехали родители моей принцессы, они сами облюбовали это место.
Кстати, после происшествия в Джунглях драконы Африки присоединились к нам. Их оказалось еще меньше — всего четыре, включая двух самок. Остальные погибли, сражаясь с эльфами, идущими в лес — точнее, не столько с ними, сколько с порождениями Супайче — «студнями»(вот уж на удивление серьезный противник). Теперь за территорией вокруг зиккурата они только наблюдали. Насколько я понял из вопросов, задаваемых Рикнаном, Владыка хотел совершить серьезный рейд вглубь Джунглей, дабы уничтожить там все, но разделение эльфов на два лагеря не способствовало этому. Тем более, что из другого лагеря по-прежнему раздавались лозунги — дескать, не надо было вообще трогать этих любителей жертвоприношений, и тогда жилось бы лучше. В общем, у правителя Африэнна просто не хватало сил, и если он пойдет туда только со своими, то наверняка получит удар от оппозиции.