Страница 21 из 28
Глава 7. Дорогами интриг
Ректор шагнула в вихрь перехода, а через миг меня оглушило вспышкой чужой боли. Не понимая толком, что делаю, я рванула к рассеивающемуся порталу, на лету срывая браслет.
Метка пары пульсировала и прожигала кожу калёным железом, а в голове билась одна-единственная мысль: «Я должна спасти СВОЕГО дракона!».
Не отдам никому! Не позволю кукловоду снова лишить меня права на счастье.
— Эльза, стой! — голос Беатрисы звучал словно сквозь густой туман, и не выскочи она наперерез, я бы не обратила внимания на предупреждение.
Но подруга закрыла собой портал, а Лесли схватила меня на руку, оттесняя дальше от магического туннеля.
— Нет! — закричала, пытаясь вырваться. — Я должна…
— Эльза, очнись! — Беата метнулась ко мне и встряхнула за плечи, приводя в чувство. — Там Элисандра, и, если нас не позвали, значит, наша помощь не нужна.
— Но…
— Мы можем всё испортить, — Лесли подняла с пола браслет и протянула мне, — возможно, императора накрыло откатом, и, приблизившись к нему, ты сделаешь только хуже!
Да… возможно, так и есть… но почему так не хочется вновь надевать браслет?
Я столько лет носила его и боялась, что однажды он даст сбой, а сейчас блокиратор казался ядовитой змеёй… Мне была отвратительна сама мысль о том, что нужно нацепить его обратно! Хотелось подхватить эту мерзость кочергой и швырнуть в огонь или выкинуть в окно.
Зато метка истинной пары притягивала взгляд, очаровывала, пленяла…
Сейчас, когда боль отступила, я сполна ощутила узы магии, связывавшей меня с императором. Я чувствовала его эмоции и переживания, знала, что сейчас он думает обо мне и снова пытается вспомнить. Хотя и понимала, что через миг меня снова забудут…
Последнее было горько осознавать, но почему-то именно эта мысль придала сил и позволила взять себя в руки.
Да, я совершила ошибку! Отвернулась от истинного, послушав напевы кукловода, и даже не попыталась разобраться, что произошло на самом деле. Бросила его и сбежала, словно трусливая мышь… но всё изменилось, и теперь я готова сражаться за своё счастье!
Я всё исправлю, помогу найти кукловода и снять с Эдмунда управляющий аркан. А после исцелю ему душу и заставлю забыть о пустоте и боли, на которые сама же невольно его и обрекла…
Бездна, как я могла быть такой глупой и наивной?!
— Эльза, у тебя не было шансов противостоять кукловоду, — прочитав мои мысли, сказала Беата, — сама подумай, император великий воин, но даже он…
— Если бы я не ослабила его дракона, ничего бы не случилось! — всхлипнула я.
— Его личная охрана пропустила предателя! — воскликнула Лесли. — А она состоит из лучших магов империи! Совет пропустил предателя, да что там… мой дядя и Элисандра до сегодняшнего дня не замечали, что с Эдмундом что-то не так!
— Вот-вот! — поддержала её Беата. — А они, на минуточку, лучшие друзья и старые боевые товарищи. Так что прекращай заниматься самобичеванием и надевай браслет, пока император не вернулся.
Лесли протянула мне украшение, и, подхватив блокиратор, я всё же нацепила его обратно. Правда, до последнего медлила, не желая нажимать на активирующий кристалл. На миг мне даже показалось, что я услышала полный боли и тоски рёв дракона и раскаты грома…
— Эльза, ты сама знаешь, что сейчас притяжение между вами может повредить его разум, — напомнила Беата, — возможно, Элисандра позже разрешит тебе снимать браслет, когда ты будешь находиться вдали от императора, но сейчас лучше не рисковать.
— Знаю, — с тоской ответила, активируя блокиратор.
— Давай лучше сосредоточимся на поиске предателя, — предложила Лесли, отвлекая меня от браслета и тяжёлых мыслей, — чем быстрее найдём заговорщиков, тем быстрее сможешь снять браслет и выйти за императора.
От слов подруги щёки опалило румянцем. Я готова была сражаться с врагами за своего дракона, но о браке как-то вообще не думала… а как я обучаться буду?
— Ну я же обучаюсь, — заливисто рассмеялась Беата, — и вообще, соберись! А то твои мысли скоро на весь дворец разноситься будут.
Ой…
— Давайте вернёмся к заговорщикам и кукловодам, — смущённо буркнула я, — мне кажется, что мы не случайно оказались на той поляне.
— Я почти уверена, что нас туда заманили, — кивнула Беата, — вопрос лишь в том, сделал ли магистр Лоренси это намеренно или на него также кто-то воздействовал магией?
— Не хочу верить, что лепрекон предатель, — вздохнула Лесли, — но и версия, что им кто-то управлял, тоже маловероятна. Купол академии защищает всех адептов и преподавателей от любого внешнего воздействия. И существуй хоть одна лазейка, кукловод бы просто выманил Эльзу зовом, а не проворачивал многоходовку с магистром.
— Согласна, — кивнула я, — но обычный шантаж ещё никто не отменял. У Лоренси жена и шесть дочерей, и его вполне могли запугать расправой над близкими.
— Ну, если всё обстоит именно так, у нас неплохие шансы докопаться до правды, — немного подумав, ответила Беата, — во время сессий или боевых курсов преподавателям и учащимся запрещено покидать территорию академии без личного разрешения ректора. Значит, шантажисты должны были связаться с Лоренси по миркалу или прислать письмо.
Хм… а ведь она права! Причём использование связного кристалла маловероятно, ведь все сообщения, переданные через него, можно записать и сохранить в памяти артефакта.
— Думаю, магистру прислали письмо, — сказала я, — враг не стал бы рисковать, используя миркало. Слишком серьёзная и «жирная» улика.
— Я тоже думаю, что ему прислали обычную немагическую записку, — поддержала меня Лесли.
— А почему именно немагическую? — нахмурилась Беата. — Самоуничтожающиеся письма…
— Запрещены уставом академии, — перебила её Лесли и, слегка покраснев, добавила: — Мне Себастьян с боевого факультета любовные письма присылает, и первый раз по привычке засекретил его. Вот оно и сгорело при пересечении купола…
М-м-м-м… мы с Беатой многозначительно переглянулись, вспомнив красавца огневика. Он давно оказывал Лес знаки внимания, но подруга стойко держала оборону. Драконица мечтала встретить истинного, и роман с голубоглазым оборотнем не входил в её планы.
А в планы Себастьяна явно не входило поражение. Поэтому комендант каждый день приносила в наши комнаты букеты, сладости и любовные послания.
— Мне потом комендант показала этот пункт в уставе, — смущённо добавила Лес, — в целях безопасности адептам и преподавателям запрещено присылать засекреченные и самоуничтожающиеся послания. Так что Лоренси могли прислать только обычное письмо.