Страница 72 из 102
Глава 33. Улыбка — идеальная иллюзия
— Где ты его взял? — спросил Кайл, изучая глазами золотые часы.
А я в тысячный раз поразилась тому, насколько бывает обманчива внешность, и как мы не замечаем очевидных вещей за фальшивой улыбкой.
Например такой, которую сейчас демонстрировал Кайл Сальтеро, но при этом от меня не укрылось, что его руки в карманах были сжаты в кулаки.
— Убил Эйвари, — пожал плечами Лайон. — Неожиданная встреча.
— Что?! — мои глаза округлились от удивления.
— Да. Он пытался найти недостающий элемент, и я появился совсем не вовремя. Битва была сложной, но я все же победил.
— Как ты его убил? — спросил Кайл, проявив неподдельный интерес.
— Вырвал сердце, — Лайон махнул на окровавленную руку, что держала артефакт. — Правда, меня тоже надо залатать…
Я осмотрела его порванный костюм, где во многих местах виднелись глубокие раны. У меня была с собой нить исцеления, но почему-то мне не хотелось показывать ее при Кайле.
— Давай вернемся в отдел и я обработаю раны, — предложила, схватив Лайона за локоть. — Кайл, ты с нами?
— Я вам нужен?
— На сегодня, я думаю, больше дел не планируется, — я послала ему улыбку, которая стала самой тяжелой в моей жизни. — Мне нужно подлатать своего напарника.
— Тогда я все же навещу родителей, а уже завтра мы приступим к работе. Что вы собираетесь делать с часами?
Во рту появилась неприятная горечь. Проклятый предатель. И как я раньше не замечала его странного поведения?
— Пока побудет у меня. Бейкер все равно не сможет его уничтожить, пока он не работает, — заявил Лайон, положив часы в карман. — По крайней мере, преступник повержен и королевству больше ничего не грозит. Поэтому артефакт больше не представляет опасности.
— Тоже верно, — казалось, Кайла порадовала воодушевленная речь моего напарника. — Тогда до завтра?
— До завтра, — я потянула Лайона за локоть, побуждая к движению.
Мне хотелось побыстрее убраться отсюда. Бежать, как можно дальше… И мне стоило огромных усилий идти абсолютно спокойно, чтобы не вызвать подозрений, хотя я чувствовала спиной взгляд Кайла…
Как и в первый день, когда он проводил меня до гостиницы.
И если бы Лайон не повел себя с самого начала, как полный мерзавец, возможно, я бы была более внимательна к своему зеленоглазому «другу».
— Это Кайл, — прошептала я Лайону, когда мы свернули на другую улицу.
— Уже знаю, — голос Лайона был ледяным.
Я взглянула на него растерянно… И он абсолютно верно уловил в моих глазах немой вопрос.
— Мне Эйвари сказал, — сознался мой напарник. — Все совсем не так, Мэйлин, как мы думали…
— Это я уже поняла. Я не хочу завтра видеть его в отделе…
— Он не придет.
— Откуда уверенность? — я не смогла скрыть своего удивления.
— Я уверен в том, что в данный момент Кайл ищет в доме Ренальди тело своего взбунтовавшегося подданного… Но он его не найдет.
— Объяснишь?
— Да. Как только мы дойдем до отдела. На улице вести такие беседы опасно.
Я покрепче схватила его за руку и напоследок обернулась, словно боялась, что Кайл уже следует за нами…
Часы были у Лайона. Поэтому выкрасть их у него — есть все шансы… Но мне оставалась одна маленькая деталь для того, чтобы уничтожить этот проклятый артефакт.
И для этого мне нужно было вернуть свою память…
И я знала, кто может мне в этом помочь. Правда, это может стоить мне жизни…
33.1
Стоило нам оказаться в отделе, как вся сдержанность, которую Лайон Уэйд демонстрировал на улицах Шейринга, испарилась.
— Проклятый сукин сын! Я убью его!
Лайон крушил все, что попадалось ему под руку, а я устало плюхнулась в кресло, закрыв глаза, и приложила руки к вискам.
— В Кайле живет самый сильный демон, который послан сюда для защиты чернокнижников… — сказала громко, чтобы мой напарник меня услышал. — Его не так-то просто убить. А тем более с такой-то армией.
— Я вырву его проклятое сердце! — орал Лайон, переворачивая все вверх тормашками.
И я все же распахнула глаза от сильного грохота, сотрясающего весь вестибюль.
— Лайон…
— Я четыре года грел под своей крышей убийцу своей семьи! Четыре проклятых года я думал о том, что убил виновных в их смерти! Четыре проклятых года меня съедает чувство вины за то, что я не спас их! — голос Лайона садился и почти охрип, а он все так же продолжал метаться по вестибюлю, как вихрь сметая все на своем пути. — А он был здесь! Убийца моей семьи был здесь!
Рука Лайона указала на перевернутый стол Кайла Сальтеро.
Я поднялась на ноги и медленно направилась к нему, чувствуя, что сейчас нужна ему.
Видела это в покрасневших воспаленных глазах, в которых застыло безумие…
— Лайон, остановись, — тихо прошептала, дотронувшись до его плеча.
Он дышал, как дикий зверь, и казалось, был готов снова ринуться в бой, уничтожая свой же дом до последнего камешка…
— Мэйлин, ты не понимаешь…
— Понимаю, Лайон, — я обняла его сзади и прижалась лбом к мощной спине, чувствуя, как сильно колотится его сердце. — Он убил всю мою семью у меня на глазах. Всю. В ту ночь меня чудом спас Демиус Рингли, за что он поплатился своим здоровьем. Мне стерли память, заставили поверить в иное прошлое. Оставили мне от воспоминаний лишь жалкие крохи… Я знаю, что такое боль, Лайон. И понимаю тебя. Но мы сейчас должны думать головой, а не эмоциями, как бы нам не хотелось сделать обратное.
Лайон резко развернулся ко мне и сжал меня в своих объятьях. Стиснул так крепко, что я зажмурилась.
— Прости меня, Мэйлин… — охрипшим голосом прошептал он, и я ощутила, как его губы коснулись моего виска.
— За что?
— За все.
Два слова.
Всего два слова, но я поняла их смысл. Он извинялся за прошлое, настоящее и… будущее. Не смог этого озвучить, признаться мне до конца, но я все поняла и так.
— Поцелуй меня, Лайон Уэйд… Пусть за сегодня я почувствую что-то кроме страха… — произнесла тихо и подняла голову, тут же встретившись с ним взглядом.
Он смотрел на меня спокойно, словно и не было этой бури две минуты назад. Смотрел так, что я на миг поверила в то, что я что-то действительно значу для него. Что я не просто его развлечение…
Но и тешить себя напрасными иллюзиями я не хотела.
— Поцелуй, — снова прошептала, приблизив к нему свои губы.
— Мэйлин… Я боюсь себя, когда ты рядом, — его хриплый шепот и это тихое признание заставило мое сердце пропустить удар.
И я, не выдержав этой тени надежды, которую он только что попытался мне дать, сама приникла к его губам, чтобы больше не позволить ему что-либо сказать.
Не дать ему подарить надежду, которую он потом сам же и отнимет.